Поле боя – Земля - Хаббард Рональд Лафайет - Страница 233

Джонни подползал под лучом, чтобы войти в свою комнату, когда на него внезапно накатила слабость. Там, на дамбе, он сумел удержаться силой воли и подавил это чувство. Но теперь, беспокоясь за Эдинбург и Крисси, он чувствует, что не вполне контролирует себя. Он смертельно устал за эти несколько дней. Джонни не был готов к такому повороту событий. Здесь было четверо человек, делавших то, что не мог сделать он. Они сидели на низких скамьях или на полу с опущенными головами, руки их непрерывно двигались. Цанг, скорее почувствовав его присутствие, вскочил с пола и поклонился:

– Господин Джонни, позвольте представить вам мою жену!

Седая китаянка с добрым, мягким лицом быстро встала и, улыбнувшись, поклонилась. Джонни поклонился в ответ. Голова его закружилась. Женщина села и вновь углубилась в работу.

– Позвольте теперь представить мою дочь!

Юная, очень хрупкая и красивая девушка с цветком в прическе. Джонни поклонился. Он чувствовал себя хуже некуда. Девушка села и продолжила свое занятие.

– Позвольте представить моего племянника! – продолжал Цанг.

Симпатичный юноша с грохотом вскочил со скамейки. Поклонился. Он был одет в синюю рабочую спецовку. Молодой человек сел и снова взялся за свои инструменты. Джонни посмотрел на китайцев. Все они работали сосредоточенно. На Джонни вдруг нахлынула легкая горечь: если переговоры сорвутся и они проиграют – сколько страданий ждет этих славных людей! Этих и тех тридцать пять тысяч, оставшихся от всей человеческой расы. Он не должен допустить такого.

Джонни шел в свою комнату. Кто-то еще, похоже, не терял времени даром, скорее всего Ангус и электрики: у стены над кроватью возвышался штатив с тремя обзорными экранами. Одна из камер была установлена в верхней комнате. Джонни видел столпившихся там, у пультов, людей с микрофонами и снимками разведдронов. Камера, передававшая изображение, была установлена в конференц-зале. Камера третьего экрана передавала изображение с платформы. Как раз когда он смотрел, появился представитель Толнепа. Он был в сверкающем зеленом одеянии, зеленой была и его шапочка, только ботинки – грязно-голубые. Глаза прикрывали огромные очки. В руках он держал подобие скипетра с большим набалдашником и зеленую корзинку с едой и личными вещами. Хотя и похожий на рептилию, он, тем не менее, ходил прямо, и у него были лицо, руки и ноги. Возможно, это результат эволюции динозавров в сторону развития чувств и уменьшения размеров. Содержание его речи было почти таким же, как у хокнера. Ответное слово он выслушал со зловещей улыбкой. Выглядел он при этом весьма озабоченно. Джонни намеревался с размаху броситься в кровать, как вдруг его неожиданно остановили. Сопровождавший его Цанг решительно сказал:

– Нет-нет, сейчас – в ванну!

Двое китайцев действовали под началом Цанга. У них была ванна, изготовленная из шахтерской вагонетки, установленной на голом полу.

– Да я уже ни рукой, ни ногой не могу двинуть! – слабо отбивался Джонни. – Пожалуй, только лицо сполосну.

Цанг возник перед ним с зеркалом в руках:

– Вы только взгляните на себя…

Джонни взял зеркало. Грязь. Следы взрывчатки. Перевязь черного шелка похожа на выцветшую тряпку. А в волосах ил… Он опустил глаза вниз, вспомнив, что прошелся по грязи по пояс. Посмотрев на свои ладони, он не смог бы определить цвет кожи. Он напоминал себе сейчас пса с деревенской помойки.

– Ваша взяла, – сказал вздохнув Джонни и начал стаскивать с себя одежду. У Цанга был большой шахтерский черпак, в который он бережно сложил весь гардероб Джонни, а также шлем, обувь и оружие.

Джонни забрался в ванну. Она была для него коротковата, чтобы вытянуть ноги, но вода доходила до груди. В жизни своей он кроме рек и холодных горных потоков нигде не мылся. Что уж говорить о горячей ванне! Он чувствовал, как усталость отступает. Освободив руку от повязки, Цанг начал яростно работать намыленной мочалкой. Неожиданно он прервал работу и о чем-то зашептался с другим. Он взялся за плечи Джонни. Снова шепот, и в протянутой руке Джонни оказался кусок бечевки. Джонни пришел в ужас, когда увидел, что дочь Цанга стоит перед ним в ванне абсолютно обнаженная! Он отвел взгляд, и та ушла. А Цанг все тер и тер. Он тщательно занимался волосами и бородой Джонни. Еще дважды мытье прерывалось. Один раз – чтобы обернуть бечевку вокруг грудной клетки, второй – чтобы расположить ее вдоль ног. Временами Цанг тер его волосы и бороду полотенцем, а когда Джонни выходил из ванны, набросил еще одно, большое-большое. Он вытирал Джонни насухо, при этом, чтобы достать до его плеча, китайцу приходилось подпрыгивать. Лишь надев на Джонни мягкий голубой халат, китаец позволил ему лечь в постель. Чтобы не смотреть на экраны, Джонни вытянулся в полный рост. Но его вновь потревожили.

Пришли доктор Мак-Кендрик и доктор Аллен. Рука Джонни была освобождена от халата. Доктор Аллен срезал повязку, прочистил рану чем-то бьющим в нос, затем посыпал на нее белым порошком и заставил Джонни проглотить сульфопрепарат. Когда доктор Аллен накладывал свежую повязку, заявился Цанг с чашкой бульона. Оба доктора отошли в сторону. Джонни стал подозревать, что они что-то задумали. Доктора бывают наигранно веселы или в связи с преподнесением сюрприза, или в связи с тем, что дела обстоят хуже некуда, но не знают, как об этом сказать больному.

– Я всегда знал, – заявил доктор Аллен, – что Даннелдин со Стормалоном – дикари. Когда ты подрывал скалу, я был снаружи. Ты тоже дикарь, Джонни Гудбой Тайлер. Признайся, ты всегда пользуешься боевым самолетом для подрыва?

Джонни вознамерился было дать отповедь, что на подготовку запалов не было времени, но к нему придвинулся доктор Мак-Кендрик:

– Подозреваю, что это для него естественная манера поведения.

Фраза для отвлечения внимания. Он как-то незаметно вставил длинный шприц и, держа кулак Джонни, всадил пару дюймов тонкой стали прямо в вену.

– Ой, – крикнул Джонни. – Больно все-таки! Вы же знаете, я терпеть не могу ваши иголки.

– Это тебе за твои обмороки, – бросил довольный Мак-Кендрик, протирая иглу. – Найденный нами препарат называется «Полный состав витаминов В». Змеиный яд плюс расслабляющее, да еще ко всему – сульфопрепарат… Очень скоро ты почувствуешь себя гораздо лучше.