Поле боя – Земля - Хаббард Рональд Лафайет - Страница 200

Джонни продолжал бродить по комплексу. Проклятый Терл! Все складывается неожиданно рискованно. Всеми правдами и неправдами надо искать ответ. Однажды Джонни уже задумывался о разборке телепортационного мотора с потерпевшего аварию психлосского танка. Разумеется, управляющая панель машины отличается от пульта перевалочной платформы, но принцип телепортационных моторов наверняка тот же. Джонни направился в ремонтные мастерские с твердым намерением разобрать-таки двигатель. Изрядно развороченный танк стоял на прежнем месте. Джонни залез в кабину, проверил топливо и завел мотор. Да, надо отдать должное психлосам – их техника служит вечно. Джонни выключил и принялся отворачивать винты пульта. Его отвлек появившийся в дверях вооруженный охранник, протянувший наушники и попросивший их надеть. Джонни выбрался из кабины взглянуть, что происходит. Появился Стормалон вместе с толнепским младшим лейтенантом Слайтером Плиссом в окружении охраны.

– Что случилось? – спросил Джонни.

Его никто не услышал, так как все были в наушниках. Он увидел толнепский патрульный корабль, припаркованный в гараже. Об остальном догадаться было несложно: либо Стормалон сгорал от любопытства, как управлять судном, либо Ангус решил разобраться в физике парализующих лучей. Слайтер Плисс вел себя добродушно. Он, видимо, уже навсегда вычеркнул себя из расы толнепов. Он увидел Джонни и прошипел приветствие. Однако оставалась опасность, что злобный толнеп включит летаргическую вибрацию и сбежит. Джонни опустил наушники. Пришелец воспринял выдернутый из аккумулятора кабель как издевательство. Удалось все же разубедить его. Ему передали необходимые инструменты, и он довольно быстро все исправил. Машина начала вибрировать, и толнеп что-то отключил, после чего жестом указал Стормалону, где включать и с чем соединять. Норвежец схватывал на лету. Он кивнул пленнику и подал знак охранникам увести. Когда Плисс проходил мимо танка, Джонни приподнял наушники и собирался продолжить начатое. Но тут толнеп буквально переполошил всех охранников, резким движением распахнув дверцу танка. Его чуть не пристрелили. Джонни велел опустить оружие. Он бы в случае чего прекрасно справился гаечным ключом.

– Как я понял, ваши люди не служат психлосам? – уточнил толнеп, свесившись в распахнутую дверь. Но ответа не получил. – Что ты собираешься делать с мотором? – обратился он к Джонни.

Тот внимательно посмотрел прямо в глаза пришельца и, подумав, что толнеп как боевой офицер, возможно, знает психлосскую технику, спросил в свою очередь:

– Ты знаешь, как работают эти двигатели?

– Чтоб меня разорвало, нет! И никто ни в одной вселенной не знает! – эмоционально воскликнул Плисе. – На вашей планете я впервые, но участвовал в набегах на другие психлосские базы. Если верить книгам, тысячи таких вот штуковин пытались разбирать эксперты. – Он устрашающе улыбнулся. – С этим еще никому не удавалось справиться.

Не обращая внимания на озлобленность собеседника, Джонни слушал его внимательно.

– У нас есть их технические описания, учебники по математике. Удалось даже захватить телепортационный пульт. Везде сказано, что при включении все срабатывает, но лишь один раз, а потом, после разборки, не восстанавливается. Наши лучшие военные умы допрашивали психлосских инженеров, – признался толнеп, – но ничего не добились. Эти придурки либо набрасывались, либо убивали себя. А где у вас тут помещение с образцами металлов? Я голоден – вдруг найду что-нибудь съедобное…

Джонни вопросительно взглянул на Плисса и велел охранникам проводить.

– Удачи тебе, – прошипел толнеп, и его увели.

Что это в его шипении: обычная злоба, свирепость? Не похоже. Джонни сбился с порядка действий и начал все сначала. Нажал кнопку «Пуск» и повернул переключатель. Ничего не произошло. Проверил соединения: все исправно. Припомнил, не дотрагивался ли до чего-нибудь толнеп. Нет. Еще раз повторил действия – ничего. Так, что ему рассказывал о пультах Кер? Однажды у них вышел из строя скрепер. Стеклянный купол был снят, потому что Джонни не нуждался в дыхательной смеси, и грязь попала на панель управления… Кер вызвал не механика, а инженера. Тот приехал с небольшим передвижным краном, отсоединив провода, снял консоль пульта целиком и увез в подземные мастерские. Тогда Джонни больше всего интересовал кран, у которого были круговые магнитные пластины с отжимающими пружинами. И никаких двигателей. Захваты крана приводились в движение магнитным полем. Теперь он жалел, что не обратил внимание, как извлекали панель. Начнем еще раз. На чем он остановился, когда привели толнепа? Он откручивал винты… Психлосы часто пользовались гаечными ключами, хотя и имели в распоряжении молекулярные ножи. Он открутил все винты и поднял панель. Винты ушли в черный изоляционный материал с обратной стороны крышки, на которой была смонтирована электронная схема. Так, винты… Они должны что-то с чем-то скреплять. Присмотрелся: винты как винты, ничего особенного. Опустил крышку. Исследовал консоль другого пульта, изучая углы, под которыми ввинчен крепеж. Но и это не помогло. Наверное, все же дело в винтах. Когда в соединение попала грязь, они провернулись.

Джонни повторил действия раз пятьдесят. Все оставалось по-прежнему: мотор был мертв. Наконец он отступился. Пошел к озеру и начал бросать камни в крокодилов. И устыдился: по сравнению с психлосами, они были очаровательными, безобидными существами. Подкатил трехколесник от сэра Роберта с заботливым напоминанием, что не следует так долго оставаться в незащищенном месте, когда нет прикрытия с воздуха. Визитеры на орбите не дремлют!

– Тебе бы хотелось перестрелять всех психлосов? – неожиданно ошеломил посыльного Джонни.

Будь проклят Терл! Будь прокляты все психлосы! Что за радость узнать о том, как сотни рас произносят эти слова триста две тысячи лет… Надо что-то придумать, какой-то план, пусть рискованный и опасный, пусть! Иначе они лишатся родной планеты.

В Денвер пришла зима. Но ни холодные колючие ветры, ни обильный снегопад не могли испортить приподнятого настроения хромого Брауна. Он знал, что привезли новые банкноты. Огромная пачка лежала у него на столе. Ярко-желтые, с печатным текстом на одной стороне, а на другой, прямо по центру, – его, Брауна, портрет. Сколько пришлось пережить, прежде чем сделали фотографию. Браун перепробовал бесчисленное множество поз, поворачиваясь и так, и эдак. Старался добиться многозначительного выражения лица, хмурился и раздувал щеки – все не то. На помощь пришел Ларс Торенсон. Он сказал, что все дело в бороде. Браун носил черные усы и бороду. Усы были нормальные, а борода – длинная и очень жидкая. Пришлось сбрить. От усов, по настоянию Ларса, решено было оставить лишь узкую продольную полоску над верхней губой, как у великого полководца древности Гитлера. Потом возникли проблемы с костюмом. Ничего подходящего у него не было, и генерал Снит пообещал достать. Главарь наемников каким-то образом узнал о старинном кладбище с герметичными гробами. Откопали несколько в поисках подходяще одетого покойника. Наемников стало сильно рвать, а двое вообще померли. Доктор потом объяснил, что это от формальдегидного отравления. Наконец кто-то отыскал в подвале шоферский комбинезон, одна пожилая женщина его перешила. Раздобыли фуражку. Снит приволок награбленные украшения. Хромой знал, что рубины и алмазы фальшивые, но блестели здорово. Он приколол их слева, словно медали, и остался доволен. Позу они с Ларсом взяли у другого великого – Наполеона: заложенные за край сюртука пальцы одной руки. Мак-Адам все спрашивал, нравится ли портрет на кредитке самому Стаффору. Да, согласился тот, получилось превосходно.