Орикс и Коростель - Этвуд Маргарет - Страница 29

В желудке банка сосисок «Диетона», в голове — цель, и Снежный человек чувствует себя почти человеком. У него есть задача; он даже предвкушает, как за нее возьмется. Раскопает кучу замечательных вещей. Жареный арахис, вишня в коньяке, драгоценная банка искусственного консервированного мяса (если его осенит, где искать). Реки выпивки. Компаунды ни в чем себе не отказывали: везде всего не хватает, а в Компаундах полный набор товаров и услуг.

Снежный человек встает, потягивается, чешет спину вокруг старых укусов (на ощупь — будто ногти на ногах), по тропинке возвращается к своему дереву и подбирает пустую бутылку из-под скотча, которой запустил ночью в волкопсов. Печально нюхает, затем кладет бутылку и банку из-под сосисок в большую кучу пустой тары, где уже веселится стая мух. Иногда по ночам он слышит, как скуноты роются в его личной мусорной куче, выискивая бесплатный обед в ошметках катастрофы, чем Снежный человек занимался не раз и намерен заняться вновь.

Он берется за приготовления. Заново перевязывает простыню, расправляет ее на плечах, пропускает между ногами, завязывает спереди на манер ремня и прячет в складку шоколадный батончик. Находит палку, длинную и сравнительно прямую. С собой он возьмет только одну бутылку воды — скорее всего, по дороге вода найдется. Если нет, он перехватит стоки послеобеденной грозы.

Придется сказать Детям Коростеля, что он уходит. Снежный человек не хочет, чтоб они обнаружили его отсутствие и принялись искать. Они заблудятся, им может грозить опасность. Несмотря на все их досадные качества — наивный оптимизм, дружелюбие, невозмутимость и ограниченный словарный запас, — он все-таки несет за этих людей ответственность. Нарочно или нет, но их оставили ему на попечение, а они просто не соображают. К примеру, не соображают, что его попечение неадекватно.

Он идет по тропинке к деревне, в руках палка, в голове история, которую он им расскажет. Они эту тропинку называют Рыбной Тропой Снежного Человека, потому что по ней каждую неделю приходят к нему с рыбой. Тропа идет по краю берега и практически вся в тени, но свет слишком ярок, и Снежный человек надвигает на глаза бейсболку, пряча лицо от лучей. Возле деревни он свистит — он всегда так поступает, чтоб они знали: он идет. Он не хочет пугать их, злоупотреблять их гостеприимством, без приглашения пересекать их границы — не хочет выскакивать на них из зарослей, точно эксгибиционист, который демонстрирует свои достоинства толпе школьников.

Его свист — колокольчик прокаженного: кто не любит калек, может уйти. Нет, он не заразен: такого они никогда не подхватят. У них к нему иммунитет.

Мурлыканье

Мужчины совершают утренний ритуал: встали в круг, в шести футах друг от друга, длинной дугой, уходящей в лес. Спиной к деревне, как на картинках с овцебыками, мочатся вдоль невидимой линии, которая обозначает границу территории. Мужчины серьезны, они осознают всю важность задачи. Они напоминают Снежному человеку его отца, когда тот уходил на работу: меж бровей складка, в руке портфель — воплощенная устремленность-к-великой-цели.

Мужчины делают это дважды в день, как их учили: важно сохранять интенсивность запаха и регулярно обновлять линию. Коростель взял в качестве образца псовых, куньих и парочку других семейств и видов. Разметка территории запахами — распространенный поведенческий стереотип у млекопитающих, говорил он, да и не только у них. Определенные рептилии, ящерицы…

— К черту ящериц, — сказал Джимми.

Если верить Коростелю — а Снежный человек опровержений этой теории пока не видел, — химический состав мочи эффективно отгоняет волкопсов и скунотов и в меньшей степени — рыськов и свиноидов. Рыськи и волкопсы реагируют на запах себе подобных и, видимо, воображают гигантского рыська или волкопса, от которого мудро держаться подальше. Скуноты и свиноиды воображают крупных хищников. По крайней мере, такова теория.

Коростель наделил специальной мочой только мужчин — они должны делать нечто важное, что компенсирует им невозможность рожать, сказал он, а стало быть, они не будут чувствовать себя бесполезными. Обработка древесины, охота, финансы, войны и игра в гольф больше не рассматриваются, пошутил он.

На практике оказалось, что у этой методы имеются некоторые изъяны — эта самая граница теперь воняет, как плохо вычищенный зоопарк, — но круг достаточно велик, и внутри запах слабый. В любом случае, Снежный человек уже привык.

Он вежливо ждет, пока мужчины закончат. Они его не приглашают — уже знают, что пользы от его мочи никакой. К тому же они имеют обыкновение во время ритуала молчать: им нужно сконцентрироваться, чтобы моча приземлилась точно куда надо. Каждому выделен трехфутовый участок границы, своя ответственность. Незабываемое зрелище: как и женщины, эти мужчины — гладкая кожа, развитая мускулатура — похожи на статуи и все вместе будто изображают барочный фонтан. Не хватает русалок, дельфинов и херувимчиков. В голове у Снежного человека возникает картинка: обнаженные автомеханики стоят кружком, у каждого — гаечный ключ. Целая рота Мистеров Всё-Починим. Разворот гейского журнала. Наблюдая эту синхронную процедуру, Снежный человек почти ожидает, что сейчас они затянут пошлые куплеты, как в убогом ночном клубе.

Мужчины стряхивают, разрывают круг, смотрят на Снежного человека стандартными зелеными глазами, улыбаются. Они всегда так любезны, черт бы их подрал.

— Добро пожаловать, о Снежный человек, — говорит Авраам Линкольн. — Ты зайдешь к нам? — Кажется, он у них становится лидером. Берегись лидеров, говорил Коростель. Сначала просто ведущие и ведомые, потом тираны и рабы, а потом начинается кровопролитие. Так оно всегда происходит.

Снежный человек переступает мокрую линию на земле и шагает вдоль нее вместе с мужчинами. У него родилась великолепная идея: а что, если взять с собой земли с границы — как защитное средство? Может, она отпугнет волкопсов. Но, с другой стороны, мужчины заметят брешь в укреплениях и поймут, что это сделал он. Могут неправильно истолковать: он же не хочет, чтоб они думали, будто он пытается ослабить их оборону и подвергнуть опасности детей.

Придется сочинять новую директиву от Коростеля, изложить им позже. Коростель сказал мне, что вы должны собрать приношение из вашего запаха. Попросить их помочиться в жестяную банку. Разлить мочу вокруг дерева. Нарисовать ведьмино кольцо. Собственную линию на песке.

Они приходят на поляну в центре деревни. Три женщины и один мужчина склонились над маленьким мальчиком — тот, кажется, поранился. Эти люди не защищены от ран — дети падают, разбивают головы о деревья, женщины обжигаются, разводя костры, случаются порезы и царапины — но до сего дня увечья были незначительны и запросто лечились мурлыканьем.

Коростель трудился над мурлыканьем долгие годы. Узнав, что кошачьи урчат на частоте ультразвука, применяемого для сращивания кожи и сломанных костей, и, таким образом, обладают механизмом самоизлечения, он наизнанку вывернулся, чтобы инсталлировать своим людям такой модуль. Проблема была в том, чтобы модифицировать гиоидный аппарат, соединить соматические проводящие пути нервной системы и адаптировать систему контроля неокортекса, не повредив речевые способности. Несколько экспериментов закончились не очень удачно, припоминает Снежный человек. Дети из одного пробного поколения обрастали усами и карабкались по занавескам, у пары других были проблемы с речью: один общался только существительными и глаголами, а еще рычал.

Но Коростелю все удалось, думает Снежный человек. Он своего добился. Только посмотрите на этих четверых — склонили головы, урчат над ребенком, точно кошачьи моторы.

— Что с ним случилось? — спрашивает он.

— Его покусали, — говорит Авраам. — Один из Детей Орикс его укусил.

Это что-то новенькое.

— Который?

— Рысек. Без причин.

— Вне круга, в лесу, — прибавляет одна из женщин — Элеанора Рузвельт? Императрица Жозефина? — Снежный человек вечно забывает имена.