Семиотика культуры повседневности - Махлина Ася - Страница 5

Запах — предельно эластичная культурная модель. Каждый раз она получает новое символическое наполнение в зависимости от требований момента.[3]

Обоняние было необходимо для первобытных людей. Постепенно оно развивалось, удовлетворяя религиозно-культовые и эстетические потребности. Уже на самом раннем периоде становления человеческого общества, когда люди научились добывать огонь, они бросали в него душистые ветки кипариса, кедра, можжевельника, вдыхая благовонный дым. Начиная с эпохи верхнего палеолита люди курят благовонный фимиам для богов — во всех конфессиях. Индийское слово храм в переводе с санскрита означает «дом фимиама». Греческий элизиум, христианский рай, и исламское «седьмое небо» полны благовонных запахов.

В Древнем Египте основными силами для культовых воскурений оставались смола, кедр, ладан и мирра. Нильская голубая лилия была знаком фараона. Ее запах использовался в качестве психотропного и эротизирующего средства. Постепенно благовония стали важным средством торговли. Когда Египет захватили персы, они усилили в обществе потребление благовоний. Завоевавший персов Александр, не знавший восточной роскоши, посчитал, что именно благовония и сопутствуют настоящему царствованию. Переведенная им из Мемфиса столица в Александрию стала центром производства и продажи благовоний. Здесь использовали ладан, кедр, мирру, сандал, амбру, мускус. Особенно производство благовоний интенсифицировалось при правлении Клеопатры. Когда Египет стал римской провинцией, потребность в благовониях в Римской империи возросла. Их использовали в банях, храмах. Христианство продолжило традицию использования благовоний. В Арабском халифате были разработаны новые химические технологии приготовления благовоний. Спирт, по-арабски алкоголь, первыми стали производить перегонкой арабы. Появление спирта сделало возможным создание современных парфюмерных изделий.

В Европе ассортимент эфирных масел включал все продукты, знакомые александрийским мастерам. Но постепенно появлялось много новых. Республика Венеция держала в руках торговлю с Востоком, естественно, не забывая о благовониях.

На сегодняшний день Франция стала законодателем мод в парфюмерии, поставщиком духов и туалетных вод во все страны мира.

Обоняние — одна из важных способностей человека. У новорожденных оно особенно сильно развито. Но за один год жизни оно ослабевает на 40–50 % врожденного дара. В пожилом возрасте, особенно после утраты способности к деторождению, чувствительность обонятельных органов снижается. На этой врожденной естественной способности человека возникла ароматерапия. Воздействие ароматов используется для восстановления больных после травм, операций острых патологических кризисов. Так как ароматы антагонистичны уродству, они способствуют повышению комфорта, снятию разрушительных эмоций. Для каждого человека присущи определенные предпочтения в ароматах. Людям мечтательным, романтичным предпочтительнее ароматы сладковатые. Свежие ароматы больше привлекают людей, диагностирующих текущую полосу жизни как не самую удачную. Цветочные ароматы притягательны для людей, недовольных собой. Ароматы терпкие зовут за собой людей сильных и страстных. Ароматы бальзамические привлекают людей мыслящих. Горькие арматы свойственны натурам незаурядным. При этом надо знать, что натуральный аромат изменяет свой оттенок при соприкосновении с кожей человека: страх пробуждает кислинку в терпком аромате, страстное желание — пряные ноты в сладком букете.

Знаковый эффект аромата — самый мощный, но одновременно он и самый хрупкий.

Исторически смыслы запахов очень подвижны. Довольно широк разброс национальных предпочтений приятных запахов: у немцев приятные ассоциации вызывают запахи свежих, чистых простыней, леса трав. У японцев — предметы, связанные с ванной, цветы. Напротив традиционно неприятные запахи кала, мочи, гниющих продуктов, в ряде случаев могут расцениваться вполне позитивно: бедуины смачивают тело мочой верблюда, эскимосы едят выдержанное мясо, а французы навязали свою любовь к резкому запаху заплесневелого сыра. Все же устойчивые ассоциации вызывают определенные неприятные запахи. Вариативность приятных запахов более высока. Для пикантности в ароматические композиции прибавляют толику неприятных запахов — женского или мужского пота для женских или мужских духов, запах горелой резины, горячего металла.

Дешифровка запаха, как правило, регулируется культурными установками. Так, созданный к 300-летию дома Романовых аромат духов «Любимый букет императрицы», после революции был переименован в «Красную Москву» и стал знаком советскости. Итак, запах получает символическое наполнение в зависимости от требований момента. Запах воплощает наше желание быть другими, меняться и играть.

Гастика — наука о знаковых и коммуникативных функциях пищи и напитков, о приеме пищи, о культурных и коммуникативных функциях снадобий и угощений. Во Франции пьют вино больше, чем в других странах мира. Но пьяных вы не увидите. Г. Гачев это объясняет это тем, что «француз пьет, чтоб не из себя выходить, а как раз в себя, в человека, в социальность входить, свою меру получить, войти в землю, в сосуд свой, в социальное рондо — ибо, если не пьешь, какой собутыльник, сотрапезник и партизан в партийной борьбе! Так что питье во Франции есть абсолютно социальный акт, и де Голль советует возводить новое здание Сорбонны на сваях над старинными винными погребами…. В России ж, где человек худо прикреплен к месту, к городу, к социальности, пьянство изымает человека из общества и возвращает его в родное рассеянное бытие, так что это акт бытийственный, но антисоциальный».[4]

Понятно, что в зависимости от климата, географических условий формируется та или иная национальная пища. Например, в Болгарии производство помидоров — одно из самых многочисленных в мире. Соответственно, в национальной пище они входят во многие блюда. Широко используют здесь многие овощные ингредиенты, чеснок, орехи. Считается, что болгары живут долго, потому что все пьют молоко и едят йогурт на протяжении всей жизни каждый день. Горячее здесь едят два раза в день — в обед и ужин.

Голландия славится не только тюльпанами, но и знаменитыми, не только известным у нас в стране голландским, сырами. Символом голландской дородности является эдамский сыр — снаружи красный, внутри золотисто-желтый. Если во Франции сыры подают на десерт, то здесь сыр едят и в супе, и в салате, и с ананасами и ветчиной, с рыбой и т. п. Здесь любят поесть, по пять-шесть раз в день, с большим количеством специй. В картинах Питера Брейгеля мы видим толстяков, любящих поесть.

Близка голландской брюссельская кухня. Здесь любят вспоминать, что в XIV веке воины графа Люксембургского несли тяжелые ранцы. Когда во время битвы не хватило боеприпасов, он приказал открыть ранцы. Но в них оказались … бутылки с напитками и жареные куры.

В Чехии национальное блюдо — жареная свинина с клецками и капустой, шпекачки — жареные сосиски на древесном угле, повидлачкерли — вареники с повидлом, а в Словакии — кнедлики и роглики.

Италия знаменита не только памятниками культуры — античности, Возрождения, но и своей кухней. Ведь именно здесь проходили Лукулловы пиры. Все мы знаем теперь об итальянской пицце, макаронах (спагетти), равиолях, в каждой местности приготовляемых по своему особому рецепту, приправляемых особым соусом — сальсой из помидор. Считается, что название макаронам дал некий кардинал, который, увидев их, воскликнул: «О, ма карони!» (О, как мило!). Впрочем, другие утверждают, что палочки из теста привез из Китая Марко Поло. Суп — изобретение отнюдь не итальянское. Но слово Zuppa — взято у них. И распространен он в Италии в наше время довольно широко. Если по европейским правилам хорошего тона считается необходимым при еде жидких блюд как можно меньше производить звуков, то в Китае для того, чтобы показать уважение хозяйке, жидкую пищу надо с громким шумом втягивать в рот. Неприятные для европейского уха звуки эти звучат похвалой.