Уорлегган (ЛП) - Грэхем (Грэм) Уинстон - Страница 75

— Но теперь вы просто обязаны нарушить это обещание. Вы же понимаете, что он сделал? Конечно же, понимаете...

— Понимаю.

— Без его своевременной помощи я был бы уже в долговой тюрьме без малейшей надежды на освобождение. Шахта закрылась бы. Мои жена и сын стали бы нищими. Теперь дело не в обещании, Харрис. А в благодарности.

— О да, согласен. Н-но это не избавляет меня от обещания.

— А я считаю, что избавляет. Я обязан ему практически всем и хочу сказать ему об этом. Как его зовут?

Паско махнул рукой:

— Я напишу и спрошу у него разрешения.

— Вздор. Так значит, это не вы?

— Не я. Я уже вам говорил. Хотел бы я, чтобы мое положение позволило мне так поступить.

— Он живет в Труро?

— Нет. Вообще-то...

— Что?

— Что ж... Вообще-то это и вовсе не мужчина.

— Что? — как громом пораженный, вытаращился на него Росс. — О чем это вы? Это женщина? Ребенок?

— Женщина.

— Кто? Ваша дочь?

— Нет. Боже ты мой, похоже, я уже...

— Среди моих знакомых не так-то много богатых наследниц, вообще-то, на ум никто не приходит, я не знаю ни одной женщины, которая в состоянии отдать мне тысячу четыреста фунтов. Это невозможно! Вы шутите, Харрис. Признайтесь, что вы шутите.

Банкир выглядел расстроенным.

— Я уже чувствую вину за то, что раскрыл тайну доверителя. Лишь тот факт, что вы вскоре сможете выплатить долг... Это Кэролайн Пенвенен.

— Кэро... — Росс сглотнул и уставился на Паско. Через мгновение он произнес: — О нет, не могу в это поверить!

— Но это правда.

— Кэролайн Пенвенен? Но я едва ее знаю. Разговаривал с ней два или три раза, не больше. Мы говорили... Откуда она узнала? Я не болтаю о своем финансовом положении с каждой встречной. Это немыслимо! И как она связалась с вами?

— Как-то утром пришла в мою контору и сказала, хочет вложить капитал и считает лучшим его применением одолжить вам тысячу четыреста фунтов. Она знала всё об этом займе, о том, как хотят поступить с ним Уорлегганы, о ваших стесненных обстоятельствах. Я посчитал своим долгом, уж простите меня, но посчитал своим долгом предупредить ее о том, что она рискует больше никогда не увидеть своих денег. Она не обратила на это ни малейшего внимания. И сказала, что если это не смогу устроить я, она обратится куда-нибудь еще. Сделав всё в-возможное, чтобы ее отговорить, я, разумеется, с удовольствием выполнил ее просьбу.

— Положительно не могу в это поверить.

— Не знаю, как она отнесется к тому, что я вам все рассказал.

Росс поскреб свежий шрам на голове. Заживающая рана чесалась.

— Что ж, я никогда не был настолько поражен. Никогда! Хотя могу догадаться, как она обо всем узнала. Но то, как она решила действовать... Неудивительно, что я не мог догадаться, кто мне помог. Боже ты мой! До чего же странное создание! Просто уму непостижимо. Нужно сказать жене. Ее это тоже ошарашит.

— Я был бы признателен, если бы вы н-никому больше не рассказывали, — сказал Паско. — Впервые в жизни я нарушил подобного рода обещание. Мне жаль, что вы меня вынудили.

— Не буду, — ответил Росс.

Они купили кое-какую мебель: чудесный туалетный столик в спальню Демельзы за пять футов и десять шиллингов, новые часы на замену тем, что продали два года назад. Стол, хотя и слегка подержанный, с великолепной полировкой и толстыми ножками по последней моде, два турецких ковра по четыре фунта каждый, прекрасную коломянку на шторы в спальне и роскошный шелковый падесой кремового цвета на шторы в гостиной. Другие ткани, отрезы алого бархата и зеленого атласа, Росс купил только потому, что они понравились Демельзе на ощупь, без определенной цели, разве что помочь Демельзе переменить настроение. Они купили шесть винных бокалов модной формы, которые обошлись в двадцать восемь шиллингов, и дюжину оловянных кружек, довольно дешевых, по четыре пенса каждая, а также новую посуду и столовые приборы, весьма дорогие, и еще кресло-качалку из лозы.

Демельза купила две пары данцигских туфель, тонкой шерсти на плащик для Джереми, игрушечную лошадку и погремушку. Росс купил себе шейные платки и еще два для Джона Гимлетта, а Демельза приобрела муслин в полоску для Джейн.

Во время покупок они не переставали думать о Кэролайн Пенвенен.

К тому времени, как они закончили, день уже клонился к вечеру, и это означало долгую поездку в темноте. Супруги отправились домой медленно, находясь ближе друг к другу, чем в течение многих месяцев. В прежние дни, будучи еще подростком, Демельза иногда ездила с Россом на луке седла, но те времена давно миновали. Росс с удовольствием ощущал ее руки на поясе, а иногда ее плечо терлось о его спину, они могли и разговаривать, не повышая голоса, чтобы перекричать ветер.

Причины, по которым он предпринял эту экспедицию за покупками, были самыми очевидными, но по дороге домой Росс гадал, не достиг ли и другой цели. Пару раз за день он расслышал теплые нотки в тоне жены, по которым скучал, сам того не замечая, пока те не вернулись.

На полпути домой Демельза сказала:

— Росс, чем больше я думаю о Кэролайн, тем больше ощущаю, как серьезно мы в ней заблуждались.

— Я знаю. Мы перед ней в неоплатном долгу. Думаю, нельзя это просто так оставить.

— Я тоже так считаю.

Некоторое время они молчали.

— Чем больше об этом думаю, тем хуже становится, — произнесла Демельза. — Кэролайн Пенвенен спасла нас от долговой тюрьмы. Дуайт тоже спас нас от тюрьмы. Нет сомнений, что он по-прежнему ее любит. Нет сомнений, что если бы не его поступок в ту ночь, они были бы женаты и жили бы в Бате.

— Я не понимаю, почему она так поступила, разве что с молчаливого согласия Дуайта. Наверное, он рассказал ей о наших затруднениях и вынудил ее помочь, так мне кажется. Но, похоже, услышав о нашей удаче, Дуайт удивился не меньше, а я не думаю, что он хороший актер. Хочу повидаться с ней и спросить.

— Мисс Пенвенен кажется мне очень импульсивной и пылкой, — медленно выговорила Демельза. — Она может отвергнуть одного мужчину и помочь другому, потому что ей внезапно так захотелось. Возможно, ты ей нравишься.

— Я? Но мы встречались два или три раза.

— Этого может оказаться достаточно. О, я не говорю, что она тобой увлеклась. Но в ней дурное соседствует с хорошим, хотя уверена, больше хорошего, так считал и Дуайт.

Они медленно поехали дальше. Вечер выдался теплым, но сырым, время от времени дождь стегал по лицу.

— Думаю, ты прав, Росс, — сказала Демельза. — Тебе нужно с ней повидаться.

— Она в Лондоне. Я получил у Паско ее адрес и намерен ей написать.

— Мне кажется, тебе лучше поехать, а не писать.

Росс натянул поводья, поскольку дорогу пересек барсук. Когда Брюнетка возобновила путь, он сказал:

— Вряд ли мы сможем вновь соединить Дуайта и Кэролайн. Она обручена с другим, и в любом случае, именно те ее недостатки, из-за которых она нам помогла, делают ее неподходящей парой для Дуайта.

— Я не говорю о том, чтобы вновь свести ее с Дуайтом. Дуайт отправляется в море, а она не может отвергнуть еще одного жениха. Но не думаю, что можно ограничиться только письмом, Росс. Этого недостаточно. Думаю, тебе следует с ней увидеться и сказать, что мы чувствуем и как ей благодарны. Может, она и не знает, как нам помогла, может, для нее тысяча четыреста фунтов — это пустяк, но это не значит, что мы перед ней в меньшем долгу.

Росс не стал с ней спорить.

— Поеду до Рождества. Это займет недели две, но могу оставить Хеншоу приглядывать за шахтой. Возьму с собой проценты за первый год и скажу ей, что надеюсь выплатить весь долг к Пасхе.

Он мысленно уже обдумывал детали предстоящего путешествия. Прошло десять лет с тех пор, как он бывал в Лондоне, да и тогда лишь проезжал мимо.

— И вот еще что, — сказала Демельза. — Думаю, кое-что для Кэролайн и Дуайта ты все-таки должен сделать, даже если это их и не соединит. Мне кажется, у Кэролайн были более веские причины отвергнуть его, чем то, что он не появился в ту ночь. Она, может, и импульсивна, но в таких делах женщины редко импульсивны. Иначе Кэролайн прекратила бы злиться, но она не прекратила даже после того, как Дуайт приехал и всё объяснил.