Философия и логика времени или О неполноте сознания - Юрченко Сергей Борисович - Страница 29

При физическом дежавю должна возникать временная петля во Вселенной. Это – совсем не то же самое, поскольку работа с дхармами внутри памяти стрелу времени нисколько не изменяет, ибо сама «база данных» является нейронной, т.е. t-подобной структурой мозга. Воспоминания, связанные с перебором объектов памяти, можно вполне сравнить с обычным (локальным) перемещением тела по пространству. Настоящая временная петля в силу связности стрелы времени подразумевает точку остановки времени, при которой будет иметь место тождество двух ближайших страт:

В этой точке Вселенная должна застыть, а ПС остановиться. По крайней мере, для мозга это означает не дежавю, а смерть.

Понять, как неразрывно связан мозг со Вселенной можно из такого простого рассуждения, не имеющего прямого отношения к физике. Современный опыт нейрофизиологии говорит нам, что мозг способен сохранять личностные функции даже при полной утрате одного из полушарий. Самосознание сохраняется. Можно ли в таком случае теоретически разделить этот мозг на две части, пересадив, скажем, одно из полушарий в другое тело с сохранившейся в нем подкоркой? Нам известно, что самосознание формируется на высшем уровне, а значит, в этом случае должно произойти разделение ПС, т.е. раздвоение личности. Тогда два самосознания будут независимо друг от друга воспринимать Вселенную (или порождать ее). Ну и что? Вокруг миллионы таких независимых самосознаний.

Тонкость заключается в том, что речь идет об одном и том же ПС. Возможность такого раздвоения ПС логически эквивалентна возможности перемещения мозга в прошлое, ведь при таком переходе в предыдущую Вселенную самосознание попадает в свою собственную реальность, где будет присутствовать уже в двойном экземпляре. Лемма 9 говорит нам, что это строго невозможно, поскольку прошлое безвозвратно стирается из Вселенной. Но раздвоение мозга на два независимых ПС создает аналогичную ситуацию. Следовательно, запрет на перемещение во времени запрещает нам медицинскую процедуру пересадки половины мозга в другое тело или другую подходящую для него среду, хотя не запрещается пересадка всего мозга. Но при чем тут физика? Ей-то что за дело до мозга? Как ни странно, но единственность Вселенной эквивалента единственности воспринимающего ее самосознания. Мозг есть носитель уникальной вселенской сущности.

Пусть имеется два мозга (два ПС), один из которых медитирует. В чем может заключаться эта медитация, кроме того, что меняется активность разных отделов мозга? Электроэнцефалограммы (ЭЭГ) показывают, что при медитации или чтении молитв у подопытных появляется ритм мозга, естественный при обследовании детей. Выстроим основные ритмы в порядке возрастания частот, связывая их с дхармами ПС:

Дельта: 0,5—3 Гц,

Тета: 4—8 Гц,

Альфа: 8—13 Гц,

Бета: 14—40 Гц,

Гамма: выше 40 Гц,

Это позволяет оценивать ПС в релятивистских категориях, чему есть двоякое толкование. Первое подразумевает, что мозг – тоже физический объект и, как генератор волн, может иметь собственный эффект Доплера. Второе намекает, что физическая реальность есть проекция мозга на эфир. Последняя включает в себя голографическую Вселенную Бома [31], если понимать частоты как излучение мозгом маркеров или как его реакция на интерференционную картину реальности. Оставаясь в рамках экспериментальной нейропсихологии, можно сказать следующее. Медитация инициирует дельта-ритм, характерный при естественном или наркотическом сне, и тета-ритм, который возникает при глубокой релаксации мозга и является врожденным для младенцев. Напротив, гамма-ритм, обладающий наибольшей частотностью, наблюдается при решении задач, требующих сосредоточенного внимания. Именно его обычно связывают с работой интеллекта.

Эти ритмы имеют однозначную физическую природу, что позволяет говорить о медитации как о релятивистском замедлении психологического времени в физических терминах. Поскольку самосознание идентифицирует себя и тождественную ему реальность только в дхармах, то теоретически эффект замедления может выразиться только в их частоте, а частота может измениться благодаря растяжению психофизических квантов. Примем такой квант в первом ПС (ИСО1) за некоторый интервал , равный сумме физических квантов как ndt, а в медитирующем ПС (ИСО2) как .Тогда релятивистское замедление может быть выражено через преобразование Лоренца в рекурсивной форме (4.4), не нуждаясь при этом по смыслу в квадратичной форме, поскольку мы здесь уже не апеллируем к геометрическому пространству, но имеем дело с простым линейным процессом:

или kdt = ndt + ldt, (8.6)

где .

Здесь явным образом делается привязка психофизических квантов к объективной реальности, выраженной в кванте физического времени dt, но легко видеть, что можно обойтись и без этой отсылки. Тогда в истории, где фигурируют два мозга (два ПС), логика рассуждений будет ничем не отличаться от логики мысленного эксперимента, в котором фигурируют два наблюдателя (две ИСО), но при этом никакой объективной реальности в ней уже не останется. В такой интерпретации мы можем зайти гораздо дальше, чем мог позволить себе Эйнштейн. Мерилом времени будут не часы, статус которых оговорен как независимый прибор, отсчитывающий время, а сам мозг с его частотами и его субъективным восприятием мира. Собственно, только такую модель можно назвать по-настоящему «Теорией относительности», поскольку в ней абсолютно все оказывается относительным и нет ничего, что можно было бы считать реальностью. Тут можно возразить, что это не отменяет объективную реальность. Но в чем она заключается?

Хотим ли мы этим сказать, что субъективное время, при обсуждении которого философы всегда отделяют его от объективного времени, отдавая тем самым дань авторитету естественных наук и убеждению физиков , что они-то как раз изучают физический, независимый от самосознания параметр, проверяемый экспериментом и описываемый математикой, что это время тоже субъективно? Пожалуй, да, в том смысле, что такая объективность – это объективность мозга. И математика, и физический эксперимент – это, в конечном итоге, феномены самосознания.

По сути, единственным объективным фактором в СТО является скорость света. В нашем рассуждении она имеет статус дхармы как мгновенного покоя, но само время определяется только психофизическими квантами (ритмами мозга). Реальность возникает для мозга (наблюдателя) только в дхармах, которые иллюзорны, т.к. показывают мозгу то, чего нет, – настоящее, которое невозможно, ибо Вселенная в нем должна схлопнуться в сингулярность. Если при этом мозг имеет Вселенную, в которой живет, то она есть его собственное порождение. Без наблюдателя Вселенная отсутствует. Возвращаясь к сарказму Эйнштейна о том, меняется ли состояние Вселенной под взглядом мыши, позволительно заявить: без мыши Вселенной нет. Тут уместно вспомнить иронию Пуанкаре: «Если в мире нет наблюдателя, в чьей голове решается вопрос о существовании мира?» [32].

Древним изображением времени было принято считать трезубец, символизирующий троицу: прошлое-настоящее-будущее. Но мы уже пришли к выводу, что настоящего нет. Этот трезубец в действительности можно сравнить с таким понятием в музыке как «триоль» (фр. «triolet»). Это – группа из трёх нот одинаковой длительности, в сумме по времени звучания равная двум нотам той же длительности как 1+ 0 + 1. Музыка нашего бытия состоит именно из таких триолей, где каждая дхарма окружена двумя квантами, составляющими прошлое и будущее этого переживаемого как мимолетное настоящее акта самосознания:

…+ dt + D + dt +… (8.7)

А две дхармы связаны одним общим квантом времени:

…+ D + dt + D +… (8.8)

Мы воспринимаем мир только в дхармах. Если мы делаем объектом своего внимания квант времени, то он тут же становится дхармой, которую отделяет от предыдущей дхармы новый квант времени. А поскольку мы воспринимаем мир вне времени, то у нас возникает это странное и абсурдное ощущение, что – с одной стороны – настоящее неуловимо, а с другой – мы пребываем в вечном настоящем, как будто бытие состоит из одной протяжной ноты. Двухщелевой аппарат, о котором мы говорили ранее, есть по смыслу такой триоль.