Мрак остаeтся - Энтони Марк - Страница 165

Времени не оставалось. Нить добралась до Тревиса и обвилась вокруг него. Он почувствовал, как его плоть и кровь начали постепенно исчезать, как будто содрали все хорошее, что в нем когда-либо было, оставив только голый, почерневший скелет мрачных воспоминаний. Попытка разбудить Элис; ее тело было холодное, как лед. Бегство с чердака волшебника, когда Джек один оказался лицом к лицу с видениями. Осознание, что Макс выдал его «Дюратеку».

Наконец Тревис понял. Так вот как демон это делал, как он затягивал к себе людей и как в итоге пожирал их. Он прорывался сквозь пласты их жизней, эксгумируя все самые плохие моменты. А с такими мрачными останками кто же не пожелает отдать себя пустоте.

Темная нить сдавила, соскабливая последние крупинки успокоения, за которые Тревис держался, и оставляя только зарубцевавшиеся следы боли. Поблекший фермерский дом в штате Иллинойс в тот день, когда он покинул его навсегда. Лихорадочный безумный взгляд Макса, когда его объяло пламя. Бельтан, безжизненно лежащий в луже крови. Свежий могильный холмик, который он видел из окна своей спальни.

Нет.

Это слово шепотом звучало в его сознании, но Тревис внял ему как крику. Нет, он бы не позволил этому быть единственным воспоминанием о ней — маленькой частичке, брошенной в сырую, богатую червями почву того серого дня в Иллинойсе. Ее улыбка, ее волшебный смех, ее маленькое тело, свернувшееся в его больших руках, когда они читали книгу. Не важно, что случилось потом, он бы не забыл этого, не забыл.

Я люблю тебя, старший брат.

Я тоже люблю тебя, Букашечка.

Это было так ужасно. Его пальцы стали почти прозрачными, он уже исчезал. С последней искрой желания Тревис взял Синфатизар, коснулся им темного силуэта демона и сделал свой выбор.

— Превратись в камень!

Это было меньше чем шепот. Но голос Джека произнес эти слова в его мозгу, и сотни других голосов эхом отвечали им повторяющим хором: голоса всех Повелителей Рун, которые когда-либо жили, говорили сейчас как один, через него.

Превратись в камень!

Возник прекрасный серебристо-зеленый свет, обжигающий его руку. Раздался крик, не звук — вопль беззвучной агонии, которая пронзила его мозг перед внезапным концом.

Вдруг поднялся ветер.

Затем Тревис упал на мраморный пол с высоты нескольких десятков футов.

— Держись! — выкрикнул чистый голос.

Казалось, невидимые руки схватили Тревиса, остановив его падение. Звук, похожий на сотни раскатов грома, превратился в эхо.

Гром постепенно затих, и оставшиеся камни неслись вниз. С трудом Тревис повернул шею. Он увидел других падающих; их лица были такими же ошеломленными, как и его. Лирит, Дарж и Сарет вращались в падении с одной стороны от Тревиса, а на некотором расстоянии с другой стороны падали Эйрин, Бельтан и Вани с Фолкеном и Мелией.

Мелия светилась прекрасным голубым светом, ее руки сжимали виски, лицо было сосредоточенно.

Чувство паники поднялось к горлу Тревиса — последний раз, когда он видел Грейс, она была на полу Этериона. Потом он вздохнул, когда увидел, как она парит над Мелией. Сила демона, должно быть, подняла ее воздух как раз перед концом.

— Очень хорошо, Мелия, — ревел Фолкен, медленно переворачиваясь вверх ногами и путаясь в выцветшем голубом плаще. — Мы можем сейчас остановиться. Только делай это медленно.

— На самом деле это не так просто. Я то держу тебя, то нет. Нет даже промежутка.

Фолкен тяжело вздохнул:

— Что ты имеешь в виду, что нет промежутка? Все, что я хочу — получить…

Слово превратилось во что-то похожее на визг, когда Фолкен резко упал на несколько метров, затем остановился. Через секунду остальные последовали за ним, и Тревис чуть не прикусил язык, резко затормозив. Еще после нескольких падений и остановок каменный пол сделался значительно ближе. На последний бросок оставалось не более полутора метров, хотя Тревис все-таки умудрился приземлиться на заостренный камень.

Он был все еще в центре Этериона, остальные — вокруг него. Тревис увидел, как встает Вани, вот и Бельтан помог Грейс подняться.

В груди он почувствовал нежное тепло. Они живы, они все живы.

— Тревис! — крикнул Бельтан.

Рыцарь поддерживал Грейс. Она подняла взгляд и улыбнулась. Рядом с ними стояла Вани — руки на поясе, огонек в золотых глазах.

Тревис по-прежнему не знал, почему Джек выбрал его или кем на самом деле был брат Сай. Но в этот момент он совершенно не сомневался, что эти трое — все для него. Грейс — самый близкий друг, какой у него когда-либо был. И теперь он…

— Нет.

Позади раздался крик вместе со скрежетом сдвигаемого камня. Тревис повернулся. Лирит нависла над выступом булыжника, а Дарж спешил к ней.

— Тревис, — закричал Дарж, — нам требуется твоя помощь! Быстро.

Затем Тревис понял — эти двое пытались освободить третьего от груды камней.

Сарет.

Тревис спрятал Синфатизар в карман и припустился бежать, карабкаясь по высоким каменным выступам.

— Что случилось?

Лицо Даржа было белым от пыли скалы.

— Груда камней, на которую он упал, не была прочной. Она рассыпалась, когда он пытался взобраться на нее.

Лирит открыла глаза:

— Он жив. Но ему не хватает воздуха. Мы должны его освободить.

Дарж начал сталкивать камни с высокой глыбы. Лирит тащила булыжник, раня руки до крови.

— Отойдите, — сказал Тревис.

Рыцарь и колдунья с изумлением посмотрели на него.

— Сейчас же.

Он сам удивился металлу в своем голосе.

Они повиновались, а Тревис собрал свою волю. Положил правую руку на один из камней и затем произнес руну, которая эхом в сотни голосов отозвалась в мозгу.

— Сар.

Камни знали свое имя и послушались.

Валуны разлетелись, повисли в воздухе, затем с сокрушительным треском упали на пол на расстоянии дюжины футов. Где только что были камни, зашевелилась и села фигура.

— Сарет…

Лирит обхватила его руками. Глаза на пыльном лице Сарета приобрели осмысленное выражение.

— Тебя не раздавило, — сказал Дарж удивленно и немного разочарованно.

— И голову не повредило, — ухмыльнулся Сарет. — У меня есть кое-что, чем можно подпереть камни.