Мрак остаeтся - Энтони Марк - Страница 131

Лирит использовала Паутину, чтобы создать в его мыслях образ, и почувствовала, что он понял. Она отпустила нить и услышала рядом вздох. Однако когда взглянула на Даржа, его лицо было полно решимости. Сегодня большой меч рыцаря находился у него за спиной. Руки Даржа нетерпеливо сжимались и разжимались, готовые пустить его в ход.

Шедшие впереди Мелия и Фолкен свернули на другую улицу. Лирит, Эйрин и Дарж последовали за ними. Как только они свернули за угол, эмбарец был уже готов к бою. Он достал меч и прижался к стене.

Помоги мне, сестра!

Это голос Эйрин.

Лирит сразу поняла, что хотела сделать ее сестра. У Эйрин была сила, но ей не хватало опыта и умения.

Лирит протянула невидимые руки вперед, направляя их к рукам сестры. Они вместе сплели нити Паутины жизни в тонкий занавес. Все было сделано на одном дыхании. Любой, кто посмотрел бы на них, увидел бы только пустую стену.

Надо подождать. Вот фигура в черном появилась в поле их зрения. Незнакомец двигался очень осторожно. Когда фигура поравнялась с ними, Дарж вышел за пределы чар невидимости.

Тень попыталась ускользнуть, но рыцарь действовал быстро. Его меч сверкнул как молния, и острие замерло в сантиметре от сердца врага. Преследователь замер. Эйрин и Лирит выступили вперед, когда заклинание утратило свое действие.

— Покажись! — прогремел Дарж.

Фигура колебалась какое-то время, затем подняла две коричневые руки и откинула капюшон. Лирит посмотрела незнакомцу в глаза, и ее сердце замерло.

— Приветствую тебя, бешала, — сказал человек звучным глубоким голосом. Его красивое лицо выражало замешательство.

У Эйрин захватило дух. Дарж что-то проворчал.

— Я узнаю тебя, — сказал он, опуская меч. — Ты тот морниш, который отвел нас к повозке старухи в Ар-Толоре.

Сарет уже раскрыл рот, но тут подошли Мелия и Фолкен.

— Вот ты где, — с упреком сказала Мелия. — У нас нет времени на пустяки. Если мы… — Ее янтарные глаза сверкнули. — О, я вижу, тебя отвлекли.

Фолкен внимательно посмотрел на Сарета:

— Итак, кто же твой друг, морниш?

Лирит попыталась говорить, но казалось, что сердце застряло у нее в горле. Тело покрылось потом.

— Сарет! — позвал женский голос.

Они оглянулись, пытаясь увидеть обладателя этого голоса.

— Сарет.

Теперь голос звучал ближе. Сарет обернулся, глаза его расширились, и он скинул с себя мантию.

— Вани!

Теперь Лирит увидела ее — женщину, укутанную в желтое, чья кожа и глаза были такого же медного оттенка, как и у Сарета. Женщина отличалась безукоризненной красотой. Она грациозно и быстро приближалась к ним. К неудовольствию Лирит, она бросилась к Сарету, и морниш заключил ее в объятия. Их глаза радостно сияли.

— Вани, — прошептал он, и его голосом ясно говорила любовь. — Как такое могло случиться? Как ты оказалась здесь?

Лирит тоже хотелось это узнать. Сарет следил за ними от самого Ар-Толора. Следил за ней, хотелось бы верить. Однако почему эта странная женщина кидается к нему в объятия, и он совершенно против этого не возражает?

Она отвернулась, чтобы не наблюдать кошмарный спектакль долее, однако тут Эйрин вдруг ахнула, а Дарж негромко выругался. Лирит проследила за их взглядами, и ее тоже охватило изумление.

Вслед за странной женщиной к ним подошли еще три человека: высокий светловолосый мужчина, еще один, лысый мужчина, и женщина истинно королевского облика. Лирит покачнулась, и если бы не стена рядом, наверняка не удержалась бы на ногах.

— Сестра, — прошептала она, но к тому моменту, когда ей удалось громко произнести это, Грейс уже подошла к ним вместе с Тревисом и Бельтаном.

Они все улыбались, лица у них были счастливые и удивленные, как и у самой Лирит.

— Дорогие мои! — радостно воскликнула Мелия. — Вы так вовремя!

Странно, несмотря на всю внешнюю суету приготовлений к возвращению на Зею, Грейс не переставала думать о своей жизни в родном мире. Никогда раньше она не испытывала таких светлых чувств, не могла припомнить, чтобы когда-то в своей жизни смеялась так радостно, так свободно, обнимала других с такой легкостью, как здесь, на Зее.

Симптомы ясны, доктор. Вам радостно. Это явно не то, к чему вы привыкли, но, я слышала, для жизни это совсем не опасно. Возможно, когда-нибудь вы даже привыкнете к этому.

Опасная привычка.

Слишком много объятий и разговоров. По правде говоря, так много, что они стали привлекать к себе взгляды прохожих. Хорошо, что человек, которого Вани назвала Саретом и который, судя по его темной коже и чертам лица, явно был ее братом, отвел их в затемненный грот. Там, в прохладной тени, они смогли спокойно поговорить вдали от жгучих лучей солнца и любопытства окружающих.

Как бы Грейс ни была рада видеть своих друзей, было кое-что еще, чего она так сильно жаждала все эти месяцы, пока находилась на Земле. Как только они ступили под своды грота, она позволила себе закрыть глаза, протянула вперед руки и коснулась Паутины жизни.

Ее тело затрепетало. На Земле все было таким неприятным и грязным, что она забыла это удивительное ощущение. Нити жизни сплетались вокруг нее в сложную паутину, мерцающую и безупречную…

Нет. Грейс, не безупречную.

Ее охватило сомнение, и она стала осматриваться по сторонам. Что-то было не так. Но что? Каждая нить, которой она касалась, была яркой, безукоризненной. Потом она осознала. В больнице она научилась понимать, что иногда истинно не то, что видишь, а то, чего не видно. Она пробежала глазами по ним — маленьким темным пятнышкам на паутине — местам, где надлежало сиять нитям, но которые теперь были пусты.

Грейс, с тобой все в порядке!

Голос Эйрин снова прозвучал в ее сознании. Глаза Грейс все еще были закрыты, однако она отчетливо видела Эйрин. Очертания молодой женщины сияли в светло-голубом свете ее жизненной нити.

Я… Я не уверена, только и смогла ответить Грейс.

Затем она увидела Лирит. Очертания ее фигуры казались еще более расплывчатыми.

Ты видишь, сестра, правда? Повреждения в Паутине.

Грейс попыталась объяснить.

Не совсем. Ощущение такое, что я чувствую не все, что должна чувствовать. Как будто некоторых нитей не хватает.