Кровь тайны - Энтони Марк - Страница 136

Да, осматривая круг, он пришел к выводу, что не ошибся.

— Дарж, — сказала Лирит, — ты изучал движение небесных тел, верно?

Рыцарь кивнул.

— Некоторые алхимические опыты можно ставить только при определенном благоприятном расположении солнца, луны и звезд. — Он обошел круг. — Если я ничего не забыл, то на закате дня Летнего Солнцестояния этот камень отбросит тень, которая коснется центрального обелиска. — Он показал на северо-западную колонну. — А этот, — он ткнул пальцем в соседнюю, — отбросит тень на центр на закате дня Праздника Парования.

— Теперь я понимаю, — сказал Сарет, который стоял между двумя восточным колоннами. — Эти камни отбросят тени в центр на рассвете, один в день Пробуждения, другой в день Среднезимья.

Тревис знал, что Парование и Пробуждение — дни осеннего и весеннего равноденствия. А Среднелетье и Среднезимье — дни летнего и зимнего солнцестояния. Тревиса охватило возбуждение, но Лирит заговорила первой.

— Мы можем сосчитать прошедшие года и вернуться в свое время, не так ли? — Она повернулась к Тревису.

Эмпирей улыбался и кивал. Он вновь сделал движение руками, будто что-то ломает.

Ждать не имело никакого смысла. Друзья собрались в северной части круга, постаравшись встать как можно ближе друг к другу. Тревис видел все четыре колонны, а также центральный обелиск. Он сжал руну времени неожиданно вспотевшими руками. На земле сейчас 1883 год. Оставалось лишь отсчитать год, когда он покинул дом. Но как выбрать нужный день?

Как уже бывало не раз, решение нашел Дарж.

— Мы победили демона в конце ревендата. Нужно отсчитать до следующего Парования, которое наступило через неделю. Так мы исключим любую возможность…

Рыцарь помрачнел.

— Встречи с самими собой, — закончила Лирит, и Дарж кивнул.

Сарет усмехнулся.

— Надеюсь, считаешь ты лучше, чем читаешь, Тревис?

Тревис с трудом сглотнул.

— Да. И спасибо тебе за полное отсутствие веры.

Эмпирей улыбнулся и сделал жест.

— Удачи, мастер Уайлдер.

Потом повернулся, словно собрался уйти.

— Подожди! — испуганно воскликнул Тревис. — Разве ты не пойдешь с нами, Эмпирей?

Молодой человек сделал серию знаков.

— У меня много других дел. Не тревожьтесь — я буду вас ждать, когда вы вернетесь.

Страх перерос в удивление. Конечно, Эмпирей не может отправиться с ними. Он должен провести какое-то время в Серой Башне. И кто знает, какие проблемы ему еще нужно решить? Молодой человек помахал им, после чего спустился по лестнице и исчез из виду, оставив их на вершине Черной Башни. Тревис глубоко вздохнул, затем поднял перед собой каменный диск.

Дарж бросил на него внимательный взгляд.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь?

— Честно говоря, нет, — ответил Тревис и сломал диск.

Все получилось на удивление легко. Тревис лишь представил себе руну разрушения Рет, и на каменном диске появилась трещина, которая разделила его на две части — одновременно грянул гром. Возник столб черно-золотого света.

Считай, Тревис! Во имя глаза Орлига, считай!

Голос Джека привел Тревиса в чувство. Он стал следить за солнцем, которое мчалось по небосводу, его преследовала луна. Тени стремительно удлинялись, исчезали и появлялись вновь. Звезды кружили над ними в диком хороводе, гасли и зажигались опять. Дни проносились все быстрее и быстрее, и вскоре восход следующего дня уже совпадал с закатом предыдущего. Казалось, кто-то накладывает фотографию восхода на изображение заката, быстро листая страницы.

Длинные тени протянулись вдоль круга с севера на юг. А потом все произошло так быстро, что он едва не пропустил нужный момент. Тень западной колонны коснулась центрального обелиска — Парование, — затем двинулась дальше.

Не обращай внимания на другие колонны, Тревис. Смотри только на западную. Всякий раз, когда тень будет касаться центра, прибавляй один год.

Задача оказалась гораздо более сложной, чем он предполагал. Скорость продолжала увеличиваться. Сначала тени требовалась минута, чтобы вернуться к обелиску. Потом полминуты. Затем секунды.

Иногда все вдруг становилось серым; должно быть, в некоторые дни облака закрывали солнце. Однако Тревис привык к ритму движения и успевал зафиксировать момент равноденствия, когда тень западной колонны перемещалась с севера на юг, словно темный маятник.

Он смутно ощущал присутствие своих друзей, но не мог повернуться, чтобы посмотреть на них. Шел ли дождь? Или снег? Видит ли кто-нибудь четыре застывшие на вершине башни фигуры?

Тревис продолжал считать. Он дошел до девяноста, скорость движения тени продолжала нарастать. Сто. Сто двадцать. Он держал глаза широко раскрытыми, не позволяя себе моргать.

Пора!

Тень коснулась центрального камня. Тревис сложил две половинки диска — и чуть не выронил одну из них. Тень начала уходить от обелиска…

Стань целой! — мысленно закричал Тревис.

Половинки диска срослись — голубая вспышка едва не ослепила Тревиса, и безумный танец теней прекратился. Тревис покачнулся, но сильная рука Даржа поддержала его за плечи.

Сарет сделал шаг вперед, его деревянная нога отрывисто стукнула по камню.

— У тебя получилось? — спросил он.

Стояла ночь. Но какого дня? И какого года?

Дарж внимательно посмотрел на усыпанное звездами небо.

— Если судить по расположению созвездий, прошло около месяца после Парования.

Тревис провел ладонью по гладкому диску руны: она вновь стала целой.

— У меня возникли небольшие проблемы, когда я останавливал время.

— Надеюсь, не слишком серьезные, — заметил Сарет. — Как ты думаешь, какой сейчас год? Мы достаточно продвинулись вперед?

— Да, — сказала Лирит, показывая рукой. — Взгляните.

Над южной линией горизонта пульсировал рубиновый свет.

— Звезда Тиры, — продолжала колдунья. — Она появилась летом, до нашего ухода. Значит, мы попали в правильный год.

Если только не ушли слишком далеко, хотел сказать Тревис, и не прошли годы после нашего исчезновения.

В этот момент все ахнули. Звезда исчезла.

— Что произошло? — спросил Сарет, протирая глаза. — Может быть, звезда нам лишь привиделась? Возможно, мы просто хотели ее увидеть, чтобы убедиться в том, что попали в нужное время.

Дарж бросил на морниша мрачный взгляд.

— Со мной такого не бывает. Звезда только что сияла на небе.

— Дарж прав, — вмешался Тревис. — Мы видели звезду Тиры.

Но только несколько мгновений. Куда она исчезла? Но им не удалось обсудить диковинное происшествие — послышались шаги. Они обернулись и увидели, что к ним направляется человек.

— Эмпирей! — с облегчением сказал Тревис.

Молодой человек откинул капюшон коричневой рясы и улыбнулся. Эмпирей совершенно не изменился с момента их предыдущей встречи. А ведь прошло больше ста лет.

Эмпирей сделал несколько быстрых движений руками.

— Я вас ждал.

Тревис робко улыбнулся.

— Извини, я немного ошибся, и мы опоздали.

Улыбка Эмпирея исчезла. Он с тревогой оглянулся через плечо, а потом вновь взглянул на Тревиса.

— Возможно, следовало прибыть еще позднее. Опасность приближается.

Тревису не терпелось задать юноше множество вопросов. Что он делал все предыдущее столетие? Однако он понимал, что не имеет права терять время.

— Какого рода опасность?

Эмпирей сделал из пальцев когти — жест, говорящий о многом.

— Я вижу приближение теней, — сказал Дарж. Рыцарь подошел к краю круга и принялся вглядываться сквозь темноту вниз. Остальные поспешили к нему. — Кажется, это фейдримы.

Тревис прекрасно видел в темноте.

— Ты прав, Дарж, это фейдримы. Не меньше сотни, они быстро приближаются. Но почему они появились здесь?

Эмпирей коснулся плеча Тревиса. Молодой человек сделал серию сложных жестов обеими руками.

— Следовало ожидать их появления. Он знал, что ты появишься здесь, а теперь это стало известно и Бледному Королю.