Собачий принц - Эллиот Кейт - Страница 28

— Наша Владычица не раздает Свое благословение всем подряд. Это один из видов Божественного наставления рода человеческого. Дар деторождения есть благодать, средство, позволяющее нам, смертным, хоть отчасти приобщиться к бессмертию. Но все земные существа заражены частицами первозданного мрака, смешавшегося с чистыми элементами света, ветра, огня и воды. Это смешение сделало возможным сотворение мира. И все мы, живущие в этом мире, носим в себе мрак. Лишь идя путем святого Дайсана, посредством сияющей славы Покоев Света, можем мы очиститься и занять место подле наших Господа и Владычицы. Так заканчиваю я проповедь.

Хор монахов запел «К Тебе!», славя Бога Единства. Под это торжественное песнопение в церковь, соблюдая строгий порядок, вошла процессия во главе с королем Генрихом. День выдался необычно теплым и душным.

Росвита подавила зевок. Она уже не так молода, чтобы выстаивать многочасовые службы. Сколько уже лет она сопровождает короля в его походах? Как часто несла она знамена шести герцогств, символизирующие королевскую власть? Сколько раз ей доводилось присутствовать при помазании, возложении мантии, короновании? И все же при виде короля, подходящего к алтарю и дарам, она снова ощутила знакомое волнение.

В роскошном одеянии и отделанных золотом башмаках, Генрих преклонил колени перед алтарем Владычицы. Аббатиса провела по его волосам гребнем из слоновой кости, отделанным золотом и драгоценными камнями. Она совершила помазание, коснувшись сначала его правого уха, затем лба, левого уха и макушки головы.

— Да увенчают тебя Господь и Владычица короною славы, да окропят тебя иссопом милости Своей, — провозгласила она.

С помощью нескольких дворян она возложила на плечи короля тонкую белую мантию, отделанную горностаем, которую украшали гербы шести герцогств: Дракон — Саонии, Орел — Фесса, Лев — Аварии, Конь — Вейланда, Ястреб — Варингии, Гивр — Арконии.

— Края этой мантии, касающиеся земли, — продолжала аббатиса, — побудят тебя к ревностному служению вере и поддержанию мира на земле.

Взглянув на гивра, Росвита содрогнулась: ужасное создание — помесь змеи и василиска, которое чуть было не отдало победу Сабеле в битве при Касселе.

Но Сабела потерпела поражение. Монах и мальчик убили гивра — явный знак немилости Небес к Сабеле, бросившей вызов власти сводного брата. Как законному королю, победа досталась Генриху по справедливости.

Мать Схоластика вручила Генриху королевский скипетр черного дерева, увенчанный головой дракона, вместо глаз которого были вставлены крупные рубины.

— Прими этот жезл добродетели. Управляй мудро и справедливо. — Затем мать Схоластика возложила корону на голову короля. — Увенчай его, Господь, справедливостью, славой, честью, добрыми делами.

Через толпу пронесся вздох удовольствия. Присутствующие увидели редкое зрелище: предстоящий Господу и своему народу король в короне и облачении.

Из толпы раздался сначала один славящий короля голос, к нему присоединилось еще несколько, и вот уже ликующий рев потряс стены церкви.

Со своего места Росвита видела лица ремесленников и крестьян, монахов, местных дворян, прибывших из своих поместий, чтобы присутствовать на церемонии. Она попыталась угадать их настроение. Вряд ли кто из местных аристократов испытывает симпатию к плененной Сабеле. Но в других герцогствах к королю относились прохладно, поэтому Генрих был вынужден путешествовать по своему королевству, чтобы подобными церемониями напомнить дворянам, кто является истинным правителем. А правителю необходимы войска и припасы, и он вправе требовать их от своих вассалов.

От удара грома задрожали стеклянные окна, где-то заплакал ребенок. Что знаменует гром? У некоторых провидцев есть дар толковать будущее по характеру и силе шторма, по направлению ударов молний. Они именуют себя фульгутарами. Сотрясающий церковь гром и яркие вспышки молний казались своеобразным подтверждением могущества Генриха: как будто сам Господь являл королю свое благословение.

Можно, конечно, рассудить иначе. Откровение грома осуждается Церковью, как, впрочем, и другие попытки толкования природных явлений. Люди должны во всем полагаться на Господа, грешно стремиться заглянуть и будущее. Кощунственно даже думать об этом.

В окна забарабанил дождь. Боковые двери церкви распахнулись, чтобы люди без лишней толкотни могли приблизиться к своему королю. Все до нитки вымокли, но никто не жаловался. Люди терпеливо ожидали момента, когда король благословит их: были случаи, когда прикосновение помазанного на царство короля исцеляло болезни.

Росвита снова чуть не зевнула. Ей следовало внимательно наблюдать, как король благословляет своих подданных, но она уже столько раз была свидетельницей подобных сцен! Правда, еще ни разу церемония не сопровождалась такой грозой. Могут ли язычники предсказать будущее по звуку грома? Конечно нет. Только небесным ангелам и дэймонам дано знать прошлое и будущее: они вне Времени. Подобные мысли были ересью, но она не могла запретить себе думать об этом. Быть ей проклятой за свое любопытство! Мать Отта из Корвейского монастыря не раз с улыбкой говорила ей об этом.

Гроза постепенно удалялась. Очередь желающих получить королевское благословение подходила к концу. Дворяне беспокойно переминались с ноги на ногу, опасаясь, что Генрих в связи с предстоящими боевыми действиями потребует от них слишком многого.

Наконец прозвучал последний гимн. Радостный гул голосов заполнил церковь, когда во главе процессии король направился к выходу. В королевском зале готовился пир в честь Дня Всех Святых. Росвита последовала за королем вместе со свитой, сзади потянулись дворяне и народ, желающий принять участие в трапезе: люди получат хлеб с королевского стола. Ее желудок издал громкое урчание, она усмехнулась.

Утром, все еще находясь под влиянием мыслей о предсказаниях по звукам грома, Росвита отправилась в библиотеку Кведлинхейма. Вообще-то, ей необходимо было заняться «Историей вендарского народа», но она знала по опыту, что, пока не удовлетворит своего любопытства, ни о чем другом думать не сможет.

Росвита взяла энциклопедию Исидоры Севийской «Этимологии», в которой содержались описания различных видов колдовства, но о фульгутарах там было сказано лишь несколько слов.

Росвита разочарованно поставила книгу обратно в шкаф и закрыла кабинет. Огромная библиотека, что занимала несколько комнат. Одну из них она только что посетила. Энциклопедия находилась совершенно не на своем месте, но не потому, что представляла собой мало интереса, а потому, не без раздражения подумала Росвита, что сестра библиотекарь Кведлинхейма была некомпетентна и неорганизованна. Книги были расставлены как попало. Чтобы найти необходимое, приходилось вначале смотреть каталог в центральном зале библиотеки. Росвита вздохнула. «В гневе помни о милосердии». Вряд ли она была менее грешна, чем сестра библиотекарь.

Проходя мимо вереницы темных помещений, она обратила внимание на закутанную в плащ фигуру молодой женщины, едва различимую при слабом свете из узкого окна в каменной стене. «Королевский орел».

Росвита остановилась. Сама женщина мало заинтересовала священницу — «орлы» набирались из детей дворцовых слуг, фермеров, ремесленников или купцов. Священники писали письма, реестры, циркуляры, которые в запечатанном виде отдавались королевским вестникам. Последние доставляли послания.

Немногие из «орлов» были образованными — например, этот недостойный Вулфер. Эта странная молодая женщина, очевидно, тоже.

Она читала книгу. Палец скользил по строчкам, губы слегка шевелились. Она так погрузилась в чтение, что не заметила Росвиту.

В Корвейском монастыре, монахини которого общались при помощи жестов, Росвита научилась читать по губам. Она использовала это умение, чтобы узнавать то, что от нее хотели скрыть. Движимая любопытством, Росвита попыталась понять, что читала эта молодая особа.

И была ошеломлена. Губы «орла» шептали слова неизвестного ей языка! Не похожего на вендарский или дарийский. Где она научилась читать? Что она читает?