Лепестки на ветру - Эндрюс Вирджиния - Страница 34

— Хорошо. Теперь иди спать. Забудь про беспорядок, Хенни все уберет. У тебя сонный вид.

Я поднялась по лестнице и вошла в свою комнату, где, к моему удивлению, меня ждал Крис.

— Что у тебя с Джулианом? — выпалил он.

— Ничего!

— Не лги мне, Кэти! Ради ничего он не стал бы летать сюда так часто!

— Не суй нос в чужие дела, Кристофер! — злобно ответила я. — Я не пытаюсь учить тебя жизни и требую того же от тебя! Ты не святой, и я не ангел! Ты из породы мужчин, которые думают, что могут делать все, что хотят, а я должна сидеть в сторонке, строгая, правильная, и ждать, когда кто-то появится и возьмет меня в жены! Но я не такая! Никто не смеет мной управлять и заставлять меня делать что-то помимо моей воли — это больше не повторится! Ни Пол! Ни мадам! Ни Джулиан! И тебе я этого не позволю!

Он побледнел и еле сдерживался, чтобы не перебить меня.

— Я хочу, чтобы ты не лез в мою жизнь, Кристофер! Я буду делать все, что придется, слышишь, все, что придется, чтобы достичь вершины!

Он смотрел на меня своими темно-синими глазами, из которых летели дьявольские искорки.

— Значит, ты переспишь с любым, если будет нужно.

— Я буду делать все, что будет необходимо! — бросила я в ответ, хотя раньше никогда об этом не задумывалась.

Казалось, он едва сдерживается, чтобы меня не ударить, и усилие, которое он прилагал, заставило его сжать руки в кулаки. Вокруг его напряженных губ выступили белые складки.

— Кэти, — заговорил он оскорбленным тоном, — что на тебя нашло? Я никогда не думал, что из тебя выйдет еще одна оппортунистка.

Я с горечью взглянула ему в глаза. А что он думал о своем поведении? Мы случайно наткнулись на несчастного одинокого человека, и мы использовали его, но рано или поздно придется платить. Бабушка всегда говорила, что никто ничего за так не делает. Но почему-то я не могла его больше оскорблять, не могла сказать ни слова против Пола, который взял нас к себе и делал все, что мог. По правде говоря, у меня было достаточно оснований считать, что он не требует никакой награды.

— Кэти, — взмолился он, — мне ненавистно каждое сказанное сейчас тобой слово. Как ты можешь со мной так разговаривать, зная, что я тебя люблю и уважаю? Не проходит и дня, чтобы я не тосковал по тебе. Я живу выходными, когда я наконец вижу тебя и Кэрри. Не отворачивайся от меня, Кэти, ты так мне нужна. Ты мне всегда будешь нужна. Мне безумно страшно думать, что я не так нужен тебе.

Он взял меня за руки и прижал бы к себе, но я увернулась и повернулась спиной. Как я могла сказать, что правильно, что неправильно, когда всем все равно.

— Крис, — подавленно начала я, — мне стыдно за то, как я с тобой говорила. Поверь, мне очень важно, что ты думаешь. Но я просто истерзана. Мне кажется, мне нужно все сразу, чтобы забыть о том, что я потеряла, и сколько я выстрадала. Джулиан хочет, чтобы я поехала с ним в Нью-Йорк. Мне кажется, я еще не готова, мне не хватает самодисциплины, так все время говорит мадам, и она права. Джулиан говорит, что любит меня и будет обо мне заботиться. Но я не знаю, что такое любовь, и любит ли он меня или просто хочет, чтобы я помогла ему достичь цели. Но наши цели совпадают. Поэтому объясни, как мне понять, любит он меня или только хочет использовать?

— Позволяла ли ты ему заниматься с тобой любовью? — спросил он бесцветным голосом и посмотрел на меня пустыми глазами.

— Нет! Конечно, нет!

Его руки обхватили меня, и он крепко прижал меня к себе.

— Подожди хотя бы год, Кэти. Доверься мадам Марише, а не Джулиану. Она знает больше, чем он. — Он замолчал и заставил меня поднять голову.

Я изучающе смотрела на его прекрасное лицо и думала, почему он не продолжает.

Я была вся томленье, меня переполняло стремление к романтической концовке. И еще я была напугана тем, что внутри меня. Такой я была похожа на маму. Когда я смотрелась в зеркало, я видела, как во мне проступают мамины, черты. Меня волновало то, что я похожа на нее, и, как это не парадоксально, я ненавидела себя за то, что являюсь ее отражением. Нет, нет, внутренне я не была на нее похожа, только внешне. Моя красота была не только на поверхности.

Я повторяла это себе, когда специально отправилась в Грингленн, в центр. В мэрии под предлогом поиска свидетельства о рождении матери я нашла свидетельство о рождении Барта Уинслоу. Я узнала, что он на восемь лет моложе моей матери, и еще узнала его точный адрес. Я прошла пятнадцать кварталов и оказалась на тихой усаженной вязами улочке, где стояли старые полуразвалившиеся особняки. Отличался ото всех только дом Барта Уинслоу. Он был весь в лесах. Дюжина рабочих устанавливала ставни на свежепокрашенном кирпичном доме с белым портиком и белыми оконными рамами.

На следующий день я была в грингленнской библиотеке, где я читала все о семействе Уинслоу. К своему огромному удовольствию, просматривая старые газеты, я обнаружила, что отдел светской хроники посвящал большую часть своих колонок Барту Уинслоу и его баснословно богатой красавице-жене.

«Наследница одного из крупнейших состояний графства». Эту заметку я незаметно стащила и отвезла Крису. Я не хотела, чтобы он знал, что мама будет жить в Грингленне. Он с некоторым расстройством читал заметку.

— Кэти, откуда ты это взяла? Я пожала плечами.

— Кажется, это было в какой-то из виргинских газет, которые продают в киосках.

— Она опять в Европе, — сказал он странным тоном. — Интересно, почему она все время ездит в Европу?

Он повернулся ко мне, и мечтательное выражение смягчило его черты.

— Помнишь то лето, когда у нее был медовый месяц?

Помню ли? Как будто я могла это забыть. В один прекрасный день, когда я тоже буду богатой и знаменитой, мама обо мне услышит и пусть будет к этому готова, потому что я уже выработала стратегию.

Джулиан уже не появлялся в Грингленне так часто, как до моего дня рождения. Наверное, его спугнул Крис. Я не знала, радоваться этому или нет. Когда он приезжал к родителям, то просто не замечал меня. Он стал обращать внимание на Лоррен Дюваль, мою лучшую подругу. Я почему-то чувствовала обиду не только на него, но и на Лоррен. Я пряталась за кулисами и смотрела, как они страстно танцуют па-де-де. Именно тогда я решила заниматься с удвоенным усердием, чтобы и Джулиану показать, на что я способна. Я всем покажу, кто я такая!