Газета "Своими Именами" №8 от 19.02.2013 - Газета " - Страница 12

После смерти Сталина прошло 60 лет. Достойных продолжателей дела Ленина – Сталина во главе партии и государства не оказалось – особенно после коварного идейно-политического и кадрового переворота, осуществлённого скрытым троцкистом Хрущёвым и его вольными и невольными подельниками. Единство партии при этом неизбежно подтачивалось и разрушалось, а качественный состав партии столь же неизбежно ухудшался. Революционная теория постепенно становилась таковой лишь на словах, ряды партии разжижались, засорялись карьеристами и проходимцами, дисциплина превращалась в формальность либо в бюрократическое насилие «начальников», единство партии становилось видимостью. Падал авторитет звания члена партии, да и самой партии. Чем всё это кончилось, мы помним. Социалистический строй был подорван, а затем и разрушен, Советская власть свергнута, а Советский Союз развален внутренними и внешними врагами.

Коммунисты нынешнего времени призваны взять на себя трудную историческую задачу – вновь воссоздать партию ленинско-сталинского типа, чтобы преодолеть беды и унижение достоинства некогда великого и единого многонационального советского народа, возродить нашу Родину. Смогут ли они это сделать, смогут ли они, встав во главе народных масс, отстоять государственный суверенитет страны, её экономическую, технологическую и культурную независимость, вывести полуразрушенное общество на путь прогресса и процветания?

При современном состоянии коммунистического движения – нет, разумеется, не смогут. Ибо вместо действительного, могучего и полноводного, организационно сплочённого коммунистического движения мы имеем теперь, к несчастью, затхлое болото «коммунистической многопартийности». О каком единстве коммунистов можно говорить, если налицо вместо единой компартии полтора десятка фракций и сект разного масштаба – каждая со своим знаменем (названием), со своими не подтверждёнными практикой программками? Правда, и знамёна их можно спутать: 4 не то 5 – с аббревиатурой «КПСС», 4 большевистские и т.д. Включая «Большевистскую платформу в КПСС», тогда как Уставом КПСС, а ещё раньше ВКП(б) никаких платформ, мягко говоря, не предусматривалось, - такая причудливая «загогулина» сохранилась от горбачёвско-яковлевской перекройки партии. Для оценки научности имеющихся программ годится простой критерий. Все эти «партии» (фракции) живут и действуют в одной стране, в одно историческое время, клянутся в верности марксизму-ленинизму как основе своей стратегии и тактики. Но ведь научная истина едина! Значит, по-настоящему научной и современной может быть, в лучшем случае, одна из всех этих программ, не более. Остальные же служат основой для сохранения разрозненности коммунистического движения и для взаимной мелкой идеологической грызни. И такая ерунда тянется более 20 лет! Пора бы разобраться, за такой срок можно было недостающего ума набраться, научиться чему-то.

Кто не видит этой реальности, не стремится к созданию настоящей компартии – обязательно единой! – тот сознательный либо несознательный враг коммунизма. «Коммунистическая многопартийность» давно зарекомендовала себя как форма гниения и разложения коммунистического движения, как препятствие на пути к единству народных сил. Это – способ помощи внутренним и внешним врагам социалистического возрождения нашей Родины. Как можно скорее преодолеть «коммунистическую многопартийность» и создать Объединённую компартию – таково настоятельное веление времени. Только так можно пресечь дальнейшее раскалывание и разложение общества, повернуть дело к сплочению народных масс, к подъёму их духа в русле советского патриотизма.

Нельзя сказать, что все упомянутые «партии» порознь вредны сами по себе. Их члены в большинстве искренне преданы идеям социалистического возрождения страны. Но сосуществование этих фракций с их антинаучными программами, их междоусобица - это накапливающие силу мины под нашу цивилизацию, подведённую к краю гибели. И все эти фракции (а значит и все их члены) несут ответственность за то, что коммунисты нашего времени оказались неспособны пробудить, поднять, организовать, сплотить в единую победоносную силу народные массы, деморализованные контрреволюционным переворотом 1991-1993 гг., двумя десятилетиями грабительских «реформ», всей «постсоветской» обстановкой лжи и клеветы, разложения народного сознания, духовной культуры.

Можно сколь угодно много говорить о коварстве и силе внутренних и внешних врагов России, о предательстве бывших партийных и государственных руководителей. Это – верно, но это – проявление беспомощности современных коммунистических лидеров, жалкая попытка уйти от ответственности за малый результат или безрезультатность шумной «деятельности», например, «протестной». А кто же тогда может противостоять злу? Обязаны – современные коммунисты. Именно они должны собрать народные силы. И первый обязательный шаг к этому – создание единой коммунистической партии.

Большинство коммунистов, к какой бы «партии» они ни принадлежали, тянется к объединению, а их лидеры волей-неволей должны дёргаться, проводить разные «объединительные» мероприятия – «круглые столы», межпартийные встречи руководства и даже создавать некие эфемерные «объединения». Сколько за два десятилетия промелькнуло фронтов и союзов! Единственный полезный результат – ясное сознание того, что лидеры «партий» к объединению неспособны и готовы к нему лишь на условиях своего верховенства. Следовательно, такой верхушечный путь к объединению – тупиковый, бесперспективный. Нельзя слить воедино фракции без честного отказа от фракционности и сектантства. Вьетнамская пословица гласит, что из сорока кошек невозможно сложить одного тигра. Существующие руководящие органы «партий» привыкли к «многопартийности», они никогда не придут к объединению. Значит, Объединённая компартия должна строиться в основном «снизу», местными парторганизациями, обсудив проект единой Программы. Как дальше вести объединительную работу, не разрушая сложившихся ячеек? Решить такую сложную, противоречивую двуединую задачу трудно. Однако – можно, потому что необходимо.

Особая ответственность за создание ОКП ложится, по-видимому, на КПРФ как на самую крупную организацию, располагающую наибольшими возможностями для того, чтобы жизненно необходимая для возрождения страны Объединённая компартия была, наконец, создана. В этом году исполняется 20 лет со времени проведения II съезда КПРФ, который изначально назывался не только восстановительным, но и объединительным. Тогда это порождало большие надежды, но они, увы, не сбылись. Руководители и газеты КПРФ избегают вспоминать об этом – обходят тему, как кот горячую кашу, стесняются…

Тема единства партии всплывала перед Х съездом КПРФ, который неосновательно сравнивали с Х съездом РКП(б). на котором, как известно, была принята резолюция с таким названием. Так ведь – небо и земля! Как раз на Х съезде КПРФ было заявлено, что проблемы коммунистической многопартийности не существует, то есть все коммунисты, не входящие в КПРФ, не заслуживают внимания. Тем самым задача объединения разрозненного коммунистического движения была бесцеремонно подменена «задачей» окукливания собственной фракции. Руководство КПРФ изо всех сил борется за единство – за бюрократическое единство своей фракции, беспощадно разгоняя местные парторганизации, где кто-то в чём-то осмеливается высказать мысль, не совпадающую с ценными указаниями «вождей», либо – страшно сказать – смеет делать критические замечания. Глава контрольно-ревизионной комиссии Никитин таких вольностей не терпит, и хотя его учреждение обязано следить за выполнением Устава, инакомыслящих предают экзекуции за… собственное мнение!

В вопросах единства партии, соблюдения дисциплины лучше разбирался всё-таки Сталин. Послушаем его. «Завоевание и удержание диктатуры пролетариата невозможно без партии, сильной своей сплочённостью и железной дисциплиной. Но железная дисциплина в партии немыслима без единства воли, без полного и безусловного единства действий всех членов партии. Это не значит, конечно, что тем самым исключается борьба мнений внутри партии. Наоборот, железная дисциплина не исключает критику и борьбу мнений внутри партии. Это, тем более, не значит, что дисциплина должна быть «слепой». Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает сознательность и добровольность подчинения, ибо только сознательная дисциплина может быть железной дисциплиной».