Голос Рыка - Мамаев Сайфулла А. - Страница 23

Так, а если начать с той программы, которую шеф регулярно ковырял? А что, может, там и найдется разгадка… Разгадка чего? Болезни коллег? Бред какой-то! Как это софт может стать причиной болезни? Глупость настоящая! А раз глупость, то и думать об этом не стоит. Действительно, ключика к проблеме так не найдешь… Хотя в кино, помнится, и не такое показывали.

Толик размышлял, а руки сами делали свое дело. На дисплее мелькали распахивающиеся окна, компьютер подгружал необходимые для препарирования и исследования программы. Наконец дошла очередь и до скачанного экзешника. Рык автоматически запустил его на исполнение. Вообще-то так делать было нельзя, нужно было сначала проверить его на вирусы, но неужто Анатолий Викторович не сделал этого еще раньше? Тем более что математика, что называется, не «пошла». Впрочем, этого и следовало ожидать, программа потребовала ввести пароль, которого Рык не знал.

Толик достал заветный директорский список и посмотрел в него. Конечно, он понимал, что вряд ли там найдет код доступа, но все же проверился. Решил провериться и испытать удачу. Все правильно, пароля там не было…

Ну это не проблема! У него же есть его универсальные ломалки защиты! И среди них – любимый инструмент всех взломщиков, «замораживатель программ» «Софтайс», без которого не обходился ни один уважающий себя российский программист. Вот им-то после ряда манипуляций он и воспользуется. Этот универсальный помощник любого программиста, помогающий отладить любой софт, резидентно подвешивался в оперативную память и, став неким подобием препарационного механизма, запускал исследуемую программу в самом себе. Или, если говорить точнее, внутри себя. «Замораживатель», или отладчик, позволял детально, шаг за шагом следить за тем, как софт исполняет код, заложенный в него.

Сломав защиту, Рык наконец приступил к исследованию. Первым делом он просмотрел тело программы. Нужно было определить прикладное направление творения чьего-то ума. Может, для кого-то это, и было сложным делом, но не для Рыка. Он, как и большинство российских программистов, привык работать на «пиратских» продуктах. Как бы к этому ни относиться, но основная масса софта поступала в страну только таким путем, а потому все, кто мало-мальски разбирался в методах снятия зашиты, ни минуты не колеблясь, доставали «Softice» и приводили забугорную математику в «крякнутое» состояние. А дальше все становилось на свои места. Кто был жаден, начинал продавать «свой» продукт, кто похитрее, начинал записывать ломаные программы на компакт-диски и продавать их тем, у кого их еще не было. Ну а самые неугомонные начинали изучать, как эти произведения буржуинских интеллектуалов работают и каким инструментом создавались.

Толик относился к последним. Он давно научился быстро понимать чужие алгоритмы и привычно воспринимал их как старых знакомых. Рыков даже ощущал их как свои собственные. Он не задумывался, хорошо это или плохо, как все мы, не задумываясь, пользуемся колесом, а ведь его тоже кто-то когда-то изобрел.

Рыков посмотрел на дисплей. Ну что, родная, помолясь, начнем?

На первый взгляд, ничего особенного. И на второй тоже. Даже есть кое-что знакомое… Ну-ка, ну-ка… да точно! Так и есть! Толик мог поспорить, что он знал автора программы! Он бы, не колеблясь, поставил всю свою годовую зарплату, что автор сего творения не кто иной, как Валька Стариков!

Рык вспомнил события четырехлетней давности. Шла Олимпиада молодых московских программистов, устроенная правительством города. Толик вышел в финал, он был первым в своем районе. А от соседнего выступал Стариков, признанный лидер в среде любителей и профессионалов софтового дела.

Друзья предупреждали Рыкова, что Валентин пользуется не совсем хорошей репутацией, может подглядеть чужие алгоритмы и, модифицировав их, выдать за свои. По крайней мере, прошлогодний финалист Миша Шапошников так и сказал Рыкову:

– Смотри, Толян, следи за тем, чтобы он раньше времени твои программы не подсмотрел. Не иначе у него есть кто-то свой в комиссии! Он мой софт содрал, изменил алгоритм, изменил… все, только идею оставил, да ведь в ней-то главное и было. Должен признать, работать стало лучше, но медленнее, сказалось то, что он понатыкал этих идиотских циклов. Это его пунктик. Считает, что мощь машины все стерпит, зато никакого риска, четкая и бесперебойная работа. А и вообще, выгребать ошибки он любит, борется с ними вовсю. И умеет… Вот и в моем случае математика потеряла простоту и элегантность, но зато он вычистил все баги и придал ей товарный вид… Устойчивости прибавилось… Короче, получил полноценный продукт. Он вообще любит доводить чужое и делает это неплохо, видимо, с изобретательностью у него проблемы. – Михаил хитро посмотрел в глаза Толику. – Толян, от ребят я слышал, что ты пацан правильный, так, может, накажем его? Есть вариант!

– Как накажем? – удивился Толик.

– Давай напишем программу с ловушками! – предложил Михаил. – Причем так, чтобы тот, кто не знает про нашу засаду, кода не заметил. А потом, в конце Олимпиады, если опять повторится прошлая история, вытащим это дело на свет божий!

– Да как ты ее напишешь заранее? – удивился Рыков. – Тему же…

– Не боись, я не зря же весь год к реваншу готовился! – Шапошников хохотнул. – Программатор нужно будет создать!

– Но тогда я тебе зачем? – удивленно спросил Толик. – Напиши сам… Ты же идешь основным претендентом на титул чемпиона!

– Думается мне, что он на этот раз возьмет за основу твою работу, – сказал Михаил. – На мою и так все смотреть будут, он же это понимает, а вот незнакомого автора, ну, пусть малознакомого, но перспективного, как раз и можно использовать! Это мы знаем, что ты имеешь все шансы первое место взять… и Старка тоже знает… но не жюри, вот он и решит этим воспользоваться. Понимаешь?

– А ты? – не сдавался Рык. – Ты сам тоже ведь хочешь победить!

– Хочу! – подтвердил Михаил.

Толик выразительно посмотрел на коллегу.

– Все правильно, я хочу победить! – вновь подтвердил Шапошников. – И добьюсь своего! Ты поможешь разоблачить Старку и докажешь, что Старка вор! И тогда мои прошлогодние протесты удовлетворят. Теперь понял? Каждый из нас получит звание победителя – ты нынешней Олимпиады, а я прошлогодней. Она мне дороже…

Над программой Рыкова они просидели почти две недели, Шапошников чуть не позабыл, что ему и о своей подумать нужно. Он тоже должен быть участником, иначе Валентин может насторожиться… Вторая программа вышла не ахти какая, но не для славы же делалась? Зато ловушка выдалась на славу!

Положа руку на сердце, Рыков не очень-то верил во всю эту затею и смотрел на нее как на очередную забаву. Но каково же было его удивление, когда прогноз Михаила подтвердился полностью! Победителем был объявлен Стариков, а при демонстрации программы лауреата Толик безошибочно узнал свое произведение! Вернее, его и Шапошникова. Нужно было видеть вытянувшиеся лица членов жюри, когда Толик попросил ввести простенькую команду, а в ответ программа выдала сообщение, что Стариков вор и настоящий автор – Рыков? Шум после этой провокации вышел приличный, и Олимпиады с тех пор не проводились. По крайней мере, Толик о них не слышал. Да если бы и слышал, то уж точно участвовать не стал бы. Противно! Пусть все говорят, что во взрослой жизни еще не то будет, но то во взрослой… А среди своих пацанов так опускаться зачем? Ну, крыса есть крыса, Бог с ним, пусть живет, только на глаза не кажется! Ан нет, смотри, не только объявился, а еще и его же с Мишкой программатор к делу пристроил! Интересно, сколько же он гринов за него срубить успел? Уж, наверное, немало, ребята говорили, что Старка всегда был жаден до денег…

Но что самое парадоксальное во всей этой истории, так это то, что именно программу, написанную им вместе с Мишкой, но только щедро удобренную циклами, и пытался улучшить Филипенко. Стариков остался самим собой и украл-таки софт. Только теперь обманул не жюри, а своих работодателей. Вот жучила-то! Ну и козел же ты, Валька, ведь опозорился один раз, остановись, подумай! Нет, все равно на чужом горбу в рай лезешь, ничем тебя не научишь!