Врата Мёртвого Дома - Эриксон Стивен - Страница 213

Он отступил назад и напряженно улыбнулся.

– Ах, вот и пришла возможность передать вам благодарность за помощь в битве с семком. Я не знаю, как ты туда попал и как вернулся обратно, однако прими мое горячее спасибо…

– Калам, – зашипел наездник. – Он был здесь всего мгновение назад.

Глаза Жемчужины сузились.

– О, я понял, о ком вы говорите. Оказывается, вы следили вовсе не за мной… Какое глупое предположение! Ну что же, мальчик, я тебе отвечу: Калам ушел в город…

Прыжок демона прервал рассуждения Когтя. У головы щелкнули челюсти, и Жемчужина едва успел уклониться. В ту же секунду его подбросило на двадцать футов вверх, и он со всего размаху обрушился на деревянное дно плоскодонки, привязанной сбоку от борта. Вывихнутое плечо дико заныло. Перекатившись по спине, он попытался принять сидячую позицию и увидел, как демон вновь двинулся в его сторону.

– О, наконец-то я встретил соперника себе по силам, – прошептал Жемчужина. – Очень хорошо, – засунув руку под рубашку, он прошептал: – Попробуй этого зелья, тварь.

Маленькая бутылочка вдребезги разбилась о палубу, из нее повалил густой дым, и через минуту на палубе было абсолютно ничего не видно.

– Кхендрилл'ах выглядит разгневанным, не так ли? Что ж… – мужчина с трудом поднялся на ноги, – думаю, пришло время оставить вас наедине друг с другом. Жаль, что я так и не побывал в своей любимой таверне Малаза…

Махнув рукой, Коготь открыл свой Путь. Проскользнув внутрь, Жемчужина просто исчез. Зияющая брешь через несколько минут также растворилась в тумане.

Но с противоположной стороны палубы показался имперский демон, который мгновенно принял обличье апторианки. Следовало только добавить, что размеры неприятеля вдвое превосходили хранителя Калама.

Мальчик спрыгнул вниз и затеребил одно-единственное плечо Апта.

– Расправься быстрее с этой тварью. Нам ведь нужно спешить, не так ли?

Шум, грохот и взрывы, царящие на палубе, вывели капитана из небытия. Поморщившись, он почувствовал, что вся «Тряпичная Пробка» ходит ходуном вокруг его сознания. Затем сверху послышались крики. Застонав, капитан заставил себя подняться с кровати и внезапно почувствовал такую ясность мысли, которой не было на протяжении нескольких месяцев. Движения были четкими и размеренными – наконец-то влияние Жемчужины пропало прочь.

Добравшись то двери каюты, он отвыкшими от работы ногами медленно поднялся по трапу.

Появившись на палубе, он обнаружил себя в толпе съежившихся от страха моряков. Две внушающих ужас фигуры схлестнулись в нешуточном бою. Один из них, огромная гора плоти, был весь изранен, не поспевая за мгновенной скоростью своего более мелкого соперника. Он без устали махал из стороны в сторону огромной обоюдоострой секирой, поэтому часть палубы и перил превратилась в одно сплошное крошево. Один из ударов пришелся по центральной мачте, которая покачнулась и под тяжестью такелажа потащила за собой весь корабль в сторону.

– Капитан!

– Палет, отдай приказ парням оттащить уцелевшие лодки в сторону, а также занять место на корме – мы можем перевернуться…

– Есть, сэр! – Исполняющий обязанности первого помощника бросился отдавать распоряжения, а затем мгновенно развернулся и одарил капитана лучезарной улыбкой. – Рад, что ты вернулся, Картер…

– Закрой рот, Палет, – для Малаза я утонул несколько лет назад, – неужели не помнишь? – покосившись на дерущихся демонов, он пробормотал: – Да, «Тряпичная Пробка» не выдержит такого испытания…

– А как же добыча?..

– Худ с ней! В конце концов, мы в любом случае сможем поднять сокровища потом – главное дожить до тех времен. А теперь бери лодки – мы хватаем запасы воды и скрываемся отсюда как можно скорее.

– Благословенный Беру! Море кишит акулами!

С расстояния пятидесяти ярдов капитан быстроходного парусника со своим первым помощником сверлил глазами ночную тьму, пытаясь определить источник движения прямо по курсу.

– Весла назад, – скомандовал капитан. – Стоп.

– Есть, сэр.

– Этот корабль идет ко дну. Готовность спасательных команд – две минуты, спустить шлюпки на воду…

За спиной капитана на главной палубе застучали лошадиные копыта. Первый Помощник развернулся и закричал:

– Эй, вы там! Что это, во имя Маела, вы собираетесь делать? Зачем вы затащили эту чертову животину на нашу палубу?

Женщина подтянула подпругу еще на одно деление, а затем запрыгнула в седло.

– Прошу прощения, – произнесла она, – но у меня абсолютно нет времени.

Всадив шпоры в бока, она бросилась вперед. Моряки в панике разбежались кто куда. Подпрыгнув в воздух, лошадь будто бы растаяла в темноте. Мгновение спустя раздался громкий всплеск.

Первый помощник обернулся к капитану с отвисшей челюстью.

– Пригласи корабельного мага и козу.

– Простите?

– Столь отважный и безрассудный поступок, которому мы только что стали свидетелями, заслуживает нашей поддержки. Попроси корабельного мага очистить дорогу этой женщины от акул и остальных препятствий. Да поспеши!

Глава двадцать первая

Под огромным блестящим грибом, который представлял из себя Вихрь, появилась еще одна пыльная лавина – это огромная армия снялась с лагеря. Рожденные под порывами капризного ветра, желтые облака распространялись из центра оазиса и постепенно оседали сусальным золотом на руины древнего города. Весь воздух в округе был пропитан ощущением блестящей радости. Складывалось впечатление, что пустыня в последний раз решила продемонстрировать свои былые богатые и славные времена. О да, Рараку действительно была таковой несколько веков назад.

Ша'ика стояла на плоской крыше деревянной сторожевой башни, у подножия которой на площади скопилось огромное множество народа. Девушка же не обращала на них своего взора: ее внимание было целиком приковано к плотной желтой завесе, поднимающейся на юге. Маленькая девочка, удочеренная Ша'икой, преклонила колени и смотрела на свою новую мать неотрывным взглядом.

За спиной заскрипела винтовая лестница, по ней медленно взбирался кто-то немолодой. Обернись Ша'ика сейчас назад, она обнаружила бы в дверном проеме лысую голову и плечи Геборийца. Бывший священник выбрался на платформу, опустил свои невидимые руки на голову маленькой девочки, а затем обернулся и взглянул украдкой на Ша'ику.

– Только Л'орик продолжает за тобой смотреть, – произнес старик. – Все остальные наивно полагают, что скрылись с глаз долой.

– Л'орик, – пробормотала девушка, продолжая рассматривать южный горизонт. – Что ты чувствуешь в этом человеке?

– Твои знания превышают мои в сотни раз, девушка…

– И все же.

– Мне кажется, что он догадался о сделке.

– Сделке?

Гебориец медленно подошел к Ша'ике и положил покрытые татуировками предплечья на тонкие деревянные перила.

– О том самом договоре, который возник между тобой и богиней. Только он может доказать, что возрождения на самом деле и не было…

– Как это так, Гебориец?

– Сейчас объясню. Дело в том, что ни один ребенок не родился для этой цели, ты согласна? Ша'ика не воскресла, она… перевоплотилась. Л'орик хорошо разбирается в подобных тонкостях, а это делает твою позицию весьма ненадежной.

– В таком случае он рискует навлечь на себя ярость богини.

– Конечно, я не думаю, что он совсем игнорирует этот факт, девушка… По этой причине за Л'ориком нужно присматривать, причем тщательно.

На протяжении нескольких минут они погрузились в молчание, разглядывая непроницаемую завесу, поднимающуюся с юга. Затем Гебориец прочистил горло.

– Зато теперь, благодаря своим новым возможностям, ты, возможно, ответишь на некоторые вопросы.

– Какие же это?

– Ну, например, когда Дриджхна положил на тебя глаз?

– Что ты имеешь в виду?