Логофет. Убить скуку (СИ) - Ветров Вад - Страница 38

В дверь резко заколотили.

- Яр Сохо, яр Сохо! Вы здесь?

Подхватив Каракурт, я отбросил щеколду. В комнату, пыхтя, ввалился мой давешний собутыльник - визиратский купец. Улыбчивый, коротконогий толстячок, представившийся, как Ишван, сейчас выглядел перепуганным и взволнованным. Удивленно окинул его взглядом снизу вверх - расшитые жемчугом тапочки на босу ногу, левая колоша синих шелковых шаровар задрана, богатый парчовый халат надет на голое тело. Что же заставило всегда аккуратного купчишку так спешить? Я даже выглянул в коридор, чтобы убедиться, что за ним никто не гонится, и только потом с вопросительным видом повернулся к гостю.

- Беда, яр Сохо! Такая беда!

- Да что случилось, ты можешь объяснить по-человечески?

Видя, что начинаю терять терпение, Ишван замахал руками, мол, подожди, схватил графин и жадно присосался к нему, обливая белый живот темным черничным соком. Не отмоется. Поняв, что ждать придется долго я плюхнулся в кресло - по привычке поперек- погладил пальцами небрежно перекинутый через колено Каракурт, он ответил мне мягким, переливчатым мерцанием. Хищное, опасное оружие. Каракурт - это меч, который по моим эскизам выковал трудолюбивый коротышка с русским именем Авось. Такого второго меча нет во вселенных. Секрет изготовления вулканической стали, которая использовалась при литье клинка ушел в могилу вместе с мастером. За основу я взял фламберг. Клинок узкий черный волнообразный с противофазными изгибами и с отогнутыми в разные стороны волнам. Кованная в виде паутины кружевная гарда надежно защищает кисть. Рукоять обмотана красной кожей демона, чья душа заключена в огромном рубине скромно украшающем круглое навершие. Именно из-за сочетания черного и красного он и получил свое имя. Каракурт - черная вдова. Много вдов появилось благодаря этому клинку. Это единственный меч в моей коллекции, кованный под мою руку и специально для меня. Остальные - либо получены в оплату, либо взяты мною в бою, как трофеи.

Напившись и вытерев посиневшие усы тыльной стороной ладони, Ишван вновь запричитал, смешно семеня по маленькой комнате. Если бы я не знал, что он является монополистом на рынке шелковых визаратских ковров, я бы решил, что передо мною бегает свихнувшийся доктор наук, так смешно он выглядел с задранной к верху растрепанной посиневшей у губ бородкой. В конце концов, мне это надоело. Я ухватил его за шкирку и хорошенько тряхнул.

- Хватит кудахтать! Что случилось? Тебя обокрали? Ограбили? Твоя любимая Зарочка сбежала, прихватив всю выручку?

- Хвала Великому и Справедливому - нет! Там на площади собираются казнить Могучего Доврика!

- Ну и что?

- Все время забываю, что ты чужестранец! - Ишван присел на самый край узкой кровати, - Доврик - один из самых сильных магов Этаона и самый сильный маг этого континента. Великий человек! Ве-ли-кий! Это он изобрел стационарные порталы, открыл десять способов лечения трясучей болезни, усмирил вулкан Резвый, построил главный шпиль столицы сигманов и совершил еще множество потрясающих деяний. И теперь его схватили и собираются принести в жертву этому их новому божку.

Купец смачно плюнул на пол, уставившись на меня маленькими живыми глазками в ожидании ответной реакции. И она последовала незамедлительно. Я расхохотался.

- Что же это за маг, который не смог защититься от горстки крестьян?

Ишван опять подскочил и бурно жестикулируя, побежал вокруг комнаты.

- Доврик, во- первых - амулетчик, во-вторых- целитель, но никак не боевой маг! И, - купец заговорщицки понизил голос, - его скрутили при помощи амулетов "пут магии", которые Могучий сам же и изобрел, для сдерживания магов-ренегатов во времена Алой войны. Мы должны его спасти!

Это уже было серьезной заявкой. Я молчал, продолжая наблюдать за купцом.

- Да, спасти! Как я смогу смотреть в глаза своим детям, если не попытаюсь хотя бы сделать это?

Он опять плюхнулся на кровать и с досадой сообщил:

- Остальные маги, когда узнали, что Доврика схватили и казнят, закрыли все порталы и исчезли. У нас только один шанс выбраться с континента - спасти мага.

- Не вижу связи.

- Он единственный кто НЫНЧЕ может открыть переход из этого проклятого Великим и Справедливым места.

Вот и прояснилась причина заботы о ближнем. А то мне показалось, что пора начать беспокоиться за рассудок торгаша. Я криво усмехнулся. Ну, допустим не единственный. Вот только в последние сутки я начал сомневаться, что искажение пространства не закинет меня на дно океана, взамен долгожданного Атурума. Попытка не пытка. Встал, прицепил ножны с Каракуртом к поясу, накинул на плечи плащ, в карман кошель с деньгами, на случай если придется быстро смываться, и хлопнул Ишвана по плечу.

- Пойдем, посмотрим на твоего Гудвина, Великого и Ужасного.

Ишван с удивлением посмотрел на меня, но ничего не сказав, засеменил рядом, на ходу завязывая халат. Я покосился на решительно настроенного толстячка и усмехнулся, вспоминая, при каких обстоятельствах мы познакомились.

Вечером, утомившись от трудов праведных... кхм, ладно чего уж там.. злой, раздраженный я спустился в общий зал в расчете на хорошую драку. Мне нужно было согнать пар, после неудачного поиска подопечных. Я грозным крейсером двигал мимо занятых столов, даже не пытаясь обходить сидящих за ними мужчин. Однако на все мои грубые тычки и толкания представители сильной половины человечества отводили глаза, а пару человек даже извинились за то, что сидят не достаточно далеко от прохода. Новая вера на них что ли так действует? Такое чувство, словно не в средневековье попал, а в двадцать первый век, где в моде субтильные рафинированные мальчики. Я уселся за свободный столик спиной к стене и тяжелым взглядом обвел зал. Дощатые стены, закопченный потолок, три больших люстры- колеса, у дальней стены очаг, рядом двери в погреб и кухонное помещение. Окон нет. Только под потолком несколько небольших отдушин. В дальнем от меня углу ужинали четверо завернутых в палантины женщин под охраной грозного усатого старика, вооруженного коротким внушительным мечом. Недалеко от них за уставленным кружками столом о чем-то тихо разговаривала парочка ремесленников. Семья с двумя малолетними отпрысками доедала птицу с общей тарелки. Большая шумная компания крестьян, притихшая при моем появлении, опять загомонила в разнобой, да еще парочка ничем не примечательных личностей, вот и весь контингент трактира. Ко мне подскочила бойкая девица в чистом белом фартуке, повязанном поверх замызганного льняного платья.

- Имеем пиво свежесваренное, вина различные, птицу, мяса всякие жаренные, хлеб тока из печи, похлебка с потрошками. Что подать благородному яру? -Оттараторила она на одном дыхании и кокетливо улыбнулась. Но сегодня я был не в том настроении, чтобы заигрывать.

- Лучшего вина и мяса.

- Сейчас подам, яр.

Девушка упорхнула, по пути захватив пустые кружки с соседнего столика. Через несколько минут она вернулась, водрузила на стол большой деревянный поднос и сноровисто начала составлять с него тарелки. Я удивленно наблюдал за ее манипуляциями. Большой кусок хорошо прожаренного мяса, тарелка с нарезанными кусочками колбас, полендвицы, мягкого сыра, еще одна тарелка, чуть поменьше, наполнена маленькими помидорами, зеленью и яблоками. На чистое полотенце лег круглый пышный каравай. Композицию завершил большой глиняный кувшин вина.

- Я вроде столько не заказывал, красавица.

- Хозяйка велела, за счет заведения. Кушайте на здоровье, яр.

Девушка слегка поклонилась и убежала. Я оглянулся. Из-за стойки с томным видом мне улыбалась моложавая дама рубенсовских форм с бюстом минимум седьмого размера. Внутренне содрогаясь, послал ей воздушный поцелуй и приступил к трапезе. Вино оказалось весьма недурственным и мое настроение постепенно улучшилось настолько, что мне стало любопытно оглядываться по сторонам, прислушиваясь к разговорам. Вдруг дверь трактира резко распахнулась и в зал влетела невысокая худенькая женщина. Вся ее фигурка была закутана в шелковый темно-зеленый плащ, лицо спрятано под таким же зеленым платком, повязанным как паранджа, только сверкали черным агатом гневные глаза. Следом в помещение вкатился невысокий пузатый мужичок, при виде которого обедающие женщины встрепенулись, зашушукались и с интересом повернулись в сторону колоритной парочки. Я заметил, что весь зал притих в предвкушение интересного зрелища. Видно этих двоих здесь уже знали.