Покой нам только снится (СИ) - Кузмичев Иван Иванович - Страница 15

Казалось, что танки намерено, спугнули курсантов, собирая всех сразу в одном месте, и только после этого показали на что способны…

Еще не добежали звенья до первых домов, а поселок уже превратился в кромешный ад, в котором нет места живому. Бегущие замерли на месте, поняв что последний рубеж защиты пал. А Т-100, окончательно выбравшись из леса окружили поселок кольцом и замерли в сотне метров от него методично расстреливая все что возвышалось над землей выше двадцати сантиметров и людей в том числе.

Упал, прошитый длинной очередью Гриша, отлетел, словно мячик Ост, вместе с куском камня, расколотом метким попаданием из 152 мм пушки. Звено тало на глазах — из 4-х остались двое: Вар и Тимка, но надолго ли их хватит? Варфоломей сомневался, вот только сдаваться он не собирался, предпочтя драться за жизнь, пусть и виртуальную, до последней капли крови!

Палец немеет на курке — плевать! Зубы ломит от злости — тем более плевать!

Вар не заметил как уткнулся в землю Тимка из черепушки которого медленно вытекала кроваво-серая кашица, не увидел он и своей приближающейся смерти…

Сердце внезапно сжалось и Варфоломей почувствовал как все члены немеют в параличе и буквально каждая клеточка тела начинает нестерпимо зудеть и болеть, словно мириад огненный муравьев решил полакомиться свежим людским мяском. Хочется расчесать всю кожу, да руки не слушаются!

Юноша не видел, как уничтожили все остальные звенья, попросту раскатав все дома и каменюки под нуль, превратив небольшой холмик на котором стоял поселок в кровавый блин…

"Звенья" посадили за тренажеры на второй неделе 2-го учебного квартала. И пусть первый опыт оказался удручающим, но пользы он принес немало. Курсанты "обломали зубки" и на себе испытали одну простую, но страшную истину — есть задания с которых нельзя вернуться, но их необходимо выполнить.

Для многих ребят кровавая истина оказалась настоящим шоком и если бы не реабилитационный центр профессора Дернова, то у многих мог бы случиться приступ депрессии или вовсе сорвало башню, все-таки нагрузки у курсантов и без тренажера были огромными. Не всякий подготовленный боец выдержит!

В любом случае приобретенные курсантами навыки, не могли заменить реального боевого опыта, положа руку на сердце, ребята при всех стахановских темпах усвоения новых знаний оставались мальцами. Желторотыми птенцами.

После провала задания на тренажерах наставники устроили "звеньям" большой разнос и уже на следующий день приступили к занятиям с увеличенной нагрузкой. Теперь ребятам не требовались каждодневные витаминные инъекции — их организм закончил микро мутацию и теперь готовился к приобретению новых возможностей. Правда никто из них даже не догадывался о прошедшей перестройке. Они считали, что так и должно быть, вот только наставники поражались им, продолжая следить за достижениями "звеньев". Но и усилия, прикладываемые самими ребятами, были огромны.

Вечером курсанты, падая от усталости, принимали душ и брели в лабораторию профессора Дернова, где попадали под перекрестье десятка медицинских аппаратов, после чего едва переставляя ноги, тащились в жилое крыло и забывались тяжелым беспробудным сном.

Курсантов ожидало весьма странное обучение, они не догадывались о том, что им предстояло и для чего их готовили. Воинские дисциплины были понятны, но все остальное вызывало искреннее недоумение. Хотя пользу медитативных техник "звенья" ощущали постоянно, ведь без уколов их телам постоянно требовалась подпитка извне — и медитация позволяла быстро восполнить потраченную энергию. Правда понять откуда она приходит мало кто мог.

Курсанты думали, что изучаемые методики действуют на всех людей одинаково, но это было не так. Профессор Дернов внимательно следил за каждым из них, поражаясь наблюдаемым процессам.

В телах курсантов постепенно "оживали" стазиомы. Этому способствовали и вдруг активизировавшиеся симбионты в кольцах. Кольца на пальцах ребят становились толще, плотнее, словно вокруг сплава-первоосновы начал нарастать костяной слой. Пока курсанты этого не замечали, просто не знали куда смотреть, но Дернов то с первых дней внимательно следил за ними, поэтому записывал показания тел каждого юнца с маниакальной точностью. Все изменения фиксировались и заносились в базу данных курсантов.

Поначалу стазиомы в клетках выполняли нехитрую работу. Когда курсанты, высушенные тренировками досуха, доходили до предела новые клетки активизировались вбрасывали накопленную за день энергию, после чего "засыпали". С каждым сбросом резервы стазиом ненамного увеличивались.

Дернов заметил, что стазиомы "просыпались" одновременно, но "работали" не больше пяти-семи миллисекунд. Профессор думал о том, что могли бы сделать юнцы имея резервы не на секунуд, а к примеру на пару минут? Воображения ученого не хватало, да и вообще большая удача, удача что тела курсантов не отринули новые клетки.

Но кроме Дернова с чужаком работал и другой специалист…

Илья Коротков часто вспоминал свою первую встречу с фэр-маном: обреченный взгляд загнанного зверя, в недрах которого мелькали искорки разума, чудом сохранившегося после шокотерапии профессора Дернова.

Сколько в них было боли и страдания!

Если бы на Илью так смотрел человек, он бы многое сделал для него. Однако в полипластиковой камере лежал не собрат по эволюционному древу, но похожий, весьма и весьма. Ростом под два метра, тело закрыто с шеи до пят костяными пластинами: большими, величиной с ладонь и малыми, чуть больше ногтя. А на морщинистой, как куриная попа, голове выделялся, словно бельмо на глазу, серый костяной обруч, намертво вросший в череп.

По данным ученых фэр-ман не всегда был таким, говорили, что в первый месяц после пробуждения он походил на кошмарного уродца из компьютерной игры. И все же в плененное существо было по-своему красиво. Из всех "яйцеголовых" понять это смог только Илья, остальные видели в иномирце только странную зверушку, сулящую Госпремию.

Получив карт-бланш на работу с существом Коротков первым делом изолировал подопытного от ученой братии. Оставив себе одного помощника — биолога, меньше всех замаравшегося в гестаповских исследованиях профессора Дернова, правда чисто условно меньше. Однако оградить измученное существо от пригляда военных Илья не мог — ЗГУ ведь целиком и полностью, до последней крошки земли принадлежит воякам.

Главный "рыбак" отряда ФСБ "Невод", не смотря на юный для маститого ученого возраст, не был наивным дурачком, каковым его считала большая часть персонала ЗГУ. Илья не собирался разочаровывать коллег, продолжая играть изо дня в день порядком поднадоевшую роль простачка, чудом оказавшегося на закрытом объекте. Удивительно, какими близорукими бывают умнейшие люди, когда дело затрагивает их мнение об окружающих! Мол, если седобородый профессор "приклеил" человеку при первой встрече ярлык, то он остается с ним навсегда. На этой слабости Коротков и играл, позволяя себе чуточку больше, чем думали окружающие.

Для оккультиста косые взгляды, шепотки за спиной, угрюмые лица при встрече — привычное дело. Мелкое неудобство, сродни сломавшемуся душу — ополоснуться нельзя, а наполнить ванну и спокойно лечь — это без проблем.

Как бы там ни было, но Илья с головой погрузился в работу. После того как пришелец восстановился, оккультист решил войти с ним в контакт, но не таким способом как профессор Дернов, а по своему методу, отработанному за годы практики.

Приказав охранникам внести кресло в камеру, Илья начал работать. Существо, прикованное к пластиковой койке, с интересом следило за ним, однако попыток напасть не делало.

Коротков внимательно изучил все материалы, имеющиеся по делу, на это ушло больше двух дней. Как оказалось, время было потрачено впустую. Но даже плохой результат тоже результат, поэтому он решил установить контакт без применения грубой силы.