Злобный ветер - Пирс Энтони - Страница 58

— Давай я тебя приподниму, чтобы тебе была видна дорога, — предложила Карен. — А то что-то не верится.

— Хорошо. Поставь меня себе на плечо.

Карен осторожно подняла бесовку и аккуратно поставила себе на плечо. Тренита крепко ухватилась за прядь ее волос.

— Какой восхитительный цвет! — улыбнулась женщина, и девочка покраснела от удовольствия.

Папа, до этого сладко посапывавший в задней части фургончика, внезапно вскочил:

— Эй! Смотри куда едешь! Там же Провал! — заволновался он.

— Спи дальше, — посоветовала мама.

Как только машина подъехала к обрыву, картина изменилась. Мост вдруг стал шире. Да и на вид надежнее. Когда фургончик окончательно въехал на него, мост был уже что надо.

— Неисповедимы пути магии, — философски заметил Шон.

Днем Провал производил потрясающее впечатление. Ночью вид, открывающийся с узенького моста, леденил душу. Далеко внизу лежала мерцающая дымка, наводя на мысль о бездне. Темнота по краям казалась почти осязаемой.

Внезапно мост уперся в тупик. Сворачивать некуда, разве что в Провал.

Машина заскрипела тормозами.

— Мост обрывается, — сообщила мама исключительно спокойным голосом.

— Нет, — возразила Тренита, — это иллюзия. Мост тоже под охранным заклятием и не причинит нам вреда. Просто поехали.

Мама медлила в нерешительности. Карен ее понимала, тупик был уж очень натуральным.

— Вспомни про гоблинскую засаду, — посоветовала девочка.

— Это верно, — согласилась мама. Фургончик двинулся дальше.

Как только передние колеса коснулись «кирпича», иллюзия исчезла. Мост вернулся на место. Но стал сворачивать в сторону.

— Тут нет поворота, — крикнула Тренита. — Мост прямой!

— Спасибо за предупреждение, — мрачно сказала мама и направила машину прямо.

— Иллюзии могут убивать, — поразился Шон.

— Если их принимать за реальность, — уточнила Тренита.

Впереди из ничего появилась драконья морда. Пасть распахнулась, явив зрителям ряды сияющих в темноте зубов. Ядовитый дымок вырвался из глотки. Окутав фургончик, он превратился в отвратительную кроваво-красную слизь.

— Хорошо бы Охранное Заклинание охраняло бы и от иллюзий, — мечтательно протянула Тренита.

— Ну, не знаю, — шаловливо ответила Карен. — С ними можно позабавиться. Правда, Шон?

— А как же! — сразу понял Шон. Значит, он поддерживает ее идею.

Они на пару высунулись в окно.

— Эй, комок слизи! — задиристо крикнула Карен. — Что ты слопал сегодня на ужин?

— Может жареных червяков или тухлых слизняков? — поинтересовался брат.

Липкая гадость зашевелилась. Может, это и иллюзия, но она их слышала. Самое замечательно в Ксанфе — это то, что даже неодушевленные вещи умеют чувствовать. И даже несуществующие могут реагировать. Карен удачно придумала, что сделать. Тем более тут Шон вернулся к жизни.

— Я должна была догадаться: ты дракон без кишок, — продолжила девчонка. — Просто липкий дым.

— На мой взгляд, весьма слабая попытка произвести впечатление, — громко согласился Шон. — А я-то думал, мы увидим настоящее шоу…

Слизь превратилась в потроха. Они были тошнотворно настоящими, все в каком-то отвратительном соке. Куски постоянно соскальзывали друг с друга. Карен чуть не вывернуло, но ей удалось сдержаться.

— Я видела потроха и получше.

— Ага, у пьяной свиньи, например, — поддержал Шон. — Скучно тут у вас. Может, следующая иллюзия окажется по-прикольнее…

Внутренности превратились в пылающий горн. Иллюзия явно сильно разозлилась. Тем лучше. Карен продолжала издеваться:

— Скукотища…

— Вот-вот, — закивал Шон. — Карен, давай хоть гримасы построим, что ли? Это уж точно повеселее.

— А что ни делай, все равно будет веселее, чем это, — подтвердила девочка. Она засунула пальцы в рот, растянула улыбку и высунула язык.

Шон притворился, будто выковыривает глаз и вручает его сестре. Карен «взяла» глаз брата и забросила его себе в рот. Затем смачно сглотнула.

— Ик… Он сырой! — Никто больше не смотрел на иллюзию за окном.

— Она исчезла, — сообщила Тренита.

— Точно, — ответил Шон. — Никто не может выдержать наше представление.

Он улыбнулся Карен.

— Молодец, дурашка!

— Спасибо, дурень! — не осталась в долгу сестра.

— Здорово, — сказала Тренита, — никогда не видела, чтобы кому-нибудь удалось прогнать иллюзию.

— Это обыкновенский талант, — ухмыльнулся Шон. — Никто не может устоять перед нами.

Тренита рассмеялась:

— Это уж точно!

Фургончик преодолел мост и въехал на твердую землю. Тренита вернулась на свое место. Карен расслабилась. Она действительно боялась, что иллюзии удастся напугать маму и они свалятся в пропасть. Но все теперь позади.

Несмотря на поздний час, заснуть ей все же не удавалось. Она решила задать бесовке заведомо скучный вопрос:

— Почему у бесов-мужчин имена со смыслом, например Козырный или Страшный, а у бесов-женщин — нет?

— Потому что имена мужчин подчеркивают их значимость, — ответила Тренита, — а женщинам это не нужно, ведь они и без того знают себе цену. Поэтому мы выбираем просто красивые имена.

— Прямо как я, — пробормотала Карен и заснула.

Когда она проснулась, солнце уже почти взошло, и фургончик приближался к густому лесу. Шон спал на заднем сиденье, а папа уже проснулся и сидел впереди рядом с мамой. Твиттер расположился у Карен на голове, Буфер развалился на полу в ногах у Шона. Ночь прошла, мама, несмотря ни на что, выглядела бодрой, хотя девочка отлично понимала, что она очень устала. Но им во что бы то ни стало нужно было ехать.

Карен выглянула в окно. Три огромные ветки стоящих по бокам дороги деревьев скользнули вниз и перекрыли фургончику дорогу. Девочка моргнула и протерла глаза. Это правда, или ей только показалось?

— Скажи им, что мы пришли спасать Ксанф от злобного ветра, — сказала Тренита.

Мама опустила боковое стекло и повторила ее слова. Ветки вернулись на свои места, и машина покатила дальше.

— Деревья — самые лучшие охранники для замка, — пояснила Тренита. — Но и они чувствуют влияние магической пыли.

Они въехали в очаровательный сад. Повсюду и в самом деле росли пирожковые деревья.