Заклинание для хамелеона - Пирс Энтони - Страница 77

Потребовалось время, чтобы его глаза-бусинки привыкли к мраку помещений.

Бинк летал из одной комнаты в другую, пока не нашел Волшебника, склонившегося над массивным томом. На мгновение он напомнил Бинку Трента, сидевшего в библиотеке Ругна. Оба всерьез интересовались книгами. Действительно ли они дружили двадцать лет назад или просто были знакомы?

Хамфри поднял голову.

— Что ты здесь делаешь, Бинк? — удивился он. Казалось, он даже не заметил вид Бинка.

Бинк попробовал заговорить, но не смог. Феникс был нем, его магия заключалась в возрождении из пепла, а не в беседе с человеком.

— Иди сюда, к зеркалу, — сказал, вставая, Хамфри.

Бинк подошел. Когда он приблизился, зеркало отразило сцену. Вероятно, оно было двойником того, что разбил Бинк, так как на нем не было никаких трещин или склеек, указывающих на произведенный ремонт.

В зеркале отражались джунгли. Лежала обнаженная и прекрасная Хамелеон. Несмотря на тугую повязку из листьев и мха на животе, кровь продолжала сочиться. Перед ней с мечом наготове против приближающегося человека с головой волка стоял Трент.

— О, я вижу, — произнес Хамфри, — Злой Волшебник вернулся. Глупый поступок, на этот раз его не вышлют в Мандению, а казнят. Хорошо, что ты предупредил меня, он опасный тип. Я вижу, что он ранил девушку и трансформировал тебя, но ты сумел улететь прочь. Хорошо, что ты догадался явиться ко мне.

Бинк снова попробовал заговорить и снова ничего не получилось. Он в волнении заплясал на месте.

— Хочешь что-то сказать? Иди сюда, — похожий на гнома Волшебник взял книгу и, открыв ее, положил на том, что читал прежде. Страницы книги были чистыми. — Говори, — велел он.

Бинк опять попробовал заговорить. Он не мог издать ни звука, но увидел, как на станицах книги появляются аккуратно написанные слова.

— Хамелеон умирает! Мы должны спасти ее!

— Ну, конечно, — согласился Хамфри. — Для этого достаточно несколько капель целебной воды. Естественно, мне должен последовать гонорар. Но сперва мы должны разобраться со Злым Волшебником, а это означает, что нам необходимо завернуть в Северную Деревню, чтобы взять с собой парализатора. Никакая моя магия против Трента не поможет.

— Нет! Трент пытается спасти ее! Он не...

Брови Хамфри нахмурились.

— Ты утверждаешь, что Злой Волшебник тебе помог? — удивился он. — В это трудно поверить, Бинк.

Бинк быстро и, насколько это было возможно, связно попытался объяснить перемену, происшедшую с Трентом.

— Хорошо, — уступил Хамфри, — я поверю тебе на слово, что он действовал в твоих интересах в данном случае. Но я подозреваю, что ты несколько наивен, и теперь я не знаю, кто будет платить мне гонорар. Злой Волшебник, по всей вероятности, скроется, пока мы туда доберемся. Но мы должны постараться поймать его для справедливого суда. Он нарушил закон Ксанфа и должен немедленно понести наказание. Нет выгоды спасать Хамелеона, оставив в опасности Ксанф. В опасности завоевания честолюбивым и властолюбивым Волшебником-завоевателем.

Оставалось еще многое, что Бинку хотелось бы объяснить, но Хамфри не дал ему такой возможности. И, конечно, он был наивен: когда у Злого Волшебника появится возможность подумать, он, возможно, вернется к прежнему образу мыслей. Он представлял серьезную угрозу Ксанфу. Хотя Бинк хорошо понимал, что дуэль выиграл Трент, и потому Бинк, как проигравший, не имел права вмешиваться в его дела. Таково было странное убеждение Бинка. Он надеялся, что Тренту удастся исчезнуть.

Хамфри повел повел его а подвал, где налил какой-то жидкости из бочки. Он капнул ею на крыло Бинка и то зажило мгновенно. Остальное он закупорил а небольшую бутылочку, которую засунул за пояс.

Затем Добрый Волшебник направился в чулан и вытащил оттуда пышный ковер. Он развернул его и уселся посредине со скрещенными ногами.

— Ну, вперед, птичьи мозги! — резко приказал он. — Сам ты здесь заблудишься, особенно с Ирис, что вмешивается в погодную кухню.

Озадаченный, Бинк встал на ковер и посмотрел на Волшебника. Ковер взмыл в воздух. Испуганный Бинк расправил крылья и покрепче вцепился когтями в материал ковра, стараясь удержать равновесие. Это был ковер-самолет.

Ковер аккуратно выскользнул через окно наружу и устремился высоко в небо. Там он выравнялся и начал набирать скорость. Бинк был вынужден свернуть крылья и чуть не проткнуть ткань ковра когтями, чтобы не дать ветру скинуть себя. Он увидел, как замок стремительно уменьшается в размерах.

— Этот ковер много лет назад я принял в качестве гонорара, — светским тоном пояснил Хамфри. — Пользовался им мало, он только пыль собирал. Но сейчас, я полагаю, случай срочный, — он взглянул на Бинка, в сомнении качая головой. — Ты утверждаешь, что Злой Волшебник трансформировал тебя, чтобы ты мог добраться до меня как можно быстрей? Кивни один раз вместо «да» или дважды вместо «нет».

Бинк кивнул один раз.

— Но он ранил Хамелеона.

Еще один кивок. Но история была неполной.

— На самом деле он не хотел ее ранить? Потому что пытался убить тебя, а она попалась под руку?

Бинку опять пришлось кивнуть. Что за двусмысленное положение.

Хамфри покачал головой.

— Легко сожалеть, когда совершена ошибка. И все-таки, когда я знал его до ссылки, он был человеком не без достоинств. Но я сомневаюсь, что он может оставить свою цель и пока он жив и находится в Ксанфе, мы не можем в нем быть уверенным. Это трудный случай. Придется тщательно разобраться в фактах.

Подобное разбирательство означало бы гибель Трента. Старый Король будет решителен, чтобы устранить угрозу своей закатывающейся власти.

— И Трент знает, что может с ним случиться, когда старейшины прибудут сюда и схватят его?

Трент наверняка знал. Бинк снова кивнул.

— А ты... ты хочешь его смерти?

Бинк энергично кивнул дважды «нет».

— Или нового изгнания?

Бинку пришлось несколько задуматься. Потом он снова кивнул дважды.

— Конечно, тебе он нужен, чтобы трансформировать тебя в человека. Это, возможно, даст ему шанс на сделку. Но после этого ему, вероятно, грозит ссылка... или слепота.

Слепота! Но потом Бинк понял эту жуткую логику. Слепой Трент не мог бы никогда никого трансформировать. Но это была ужасная участь.

— Я вижу, это тебе не нравится тоже. Но требуется взвесить суровые обстоятельства, — Хамфри задумался. — Будет достаточно спасти твою жизнь, потому что ты тоже нелегальный эмигрант. Но, возможно, мое мнение учтут, — он нахмурился. — Мне действительно жаль видеть, как Трент попал в эту переделку. Он по-настоящему сильный Волшебник и мы с ним всегда ладили, не вмешиваясь в дела друг друга. Но благополучие Ксанфа превыше всего, — он коротко улыбнулся. — После моего гонорара, конечно.

Особого юмора Бинк в этом не видел.

— Ладно, скоро, так или иначе, все кончится. Что будет, то будет.

После этих слов он замолчал. Бинк наблюдал за облаками, на этот раз настоящими: они становились все выше и темнее по мере того, как ковер летел к северу. Сейчас ковер пролетал над Провалом, вызывающим у Бинка чувство меньшей безопасности, несмотря на его крылья. Слишком большая глубина! Но Хамфри ни на что не обращал внимания, сидя в глубокой задумчивости с закрытыми глазами.

Погода ухудшилась. Ковер, не обладая разумом, летел прямо к заданной цели, не пытаясь обогнуть облака, которые собирались в огромные горы с поразительно глубокими долинами. Ветер становился сильнее. Надвигающаяся буря не была иллюзией, хотя ей не хватало красок и впечатляющих вихрей фальшивых облаков Ирис. Но в своей мрачной простоте они были даже более угрожающими.

Затем ковер опустился прямо сквозь туман и они очутились прямо над Северной Деревней.

Окна королевского дворца были затянуты черной тканью.

— Кажется, это случилось, — заметил Хамфри, когда они приземлились перед дворцовыми воротами.

Навстречу им вышел деревенский Старейшина.

— Волшебник! — вскричал он. — Мы хотели послать за тобой. Король умер.