Взрослые тайны - Пирс Энтони - Страница 24

– Нет, я говорю не о взрывах, а только о вырезе и подоле, – сказала Чекс.

– И при этом важна не столько масса, сколько форма, – добавил Гранди. – Скажем, когда смотришь на Наду…

– Не надо… – оборвала его кентаврица.

– Чудно все это, – сказал Конь Тьмы. – Я привык принимать в расчет человеческие страхи, а вовсе не желания.

Но, так или иначе, актеры оделись в соответствии с пожеланиями Чекс, принцесса и юноша картинно расположились возле замка и по команде «камера» съемка началась.

Поначалу дело пошло не совсем гладко – несколько раз пришлось кричать «стоп», – но конечным результатом Чекс была удовлетворена. Всего за пару часов они сварганили «полнометражный», как выразился жеребец, сон. По завершении устроили просмотр: сам Троян, кобылки-страшилки и труппа из тыквы, привыкшие к кошмарам, с удивлением смотрели созданный их стараниями счастливый сон.

***

Очень красивая принцесса собирала на очень красивом лугу у подножия очень красивой горы очень красивые цветы. Неожиданно появился принц: тоже очень красивый, но с недобрым взором.

– Ой! – воскликнула принцесса голосом Чекс. – Ты меня напугал.

– Не бойся, прелестное создание, – произнес принц голосом Гранди. – Я пришел не затем, чтобы обидеть тебя, но, напротив, чтобы полюбить, ибо ты самая восхитительная принцесса на свете.

Польщенная принцесса подняла, на него огромные сияющие глаза и пролепетала:

– Другие не находили меня таковой. Я до сих пор не замужем, а мне уже почти двадцать один год.

– Каковой факт не кажется мне достойным сожаления, – промолвил принц. – Думаю, нам с тобой стоит узнать друг друга лучше.

И весьма скоро они узнали друг друга лучше, благо погода к тому весьма располагала: единственное на все небо облачко было таким белым и пушистым, что даже очень расстаравшись, не пролило бы ни капельки дождя. И само собой, что при столь благоприятствующей погоде, они просто не могли не полюбить друг друга.

– Я должен тебе кое-что сказать, – с грустным и серьезным видом промолвил принц. – И кое о чем попросить, хотя, боюсь, это тебе не совсем понравится.

– О! – в ужасе воскликнула она. – Надеюсь, ты не хочешь сказать, что не любишь меня? Или – что ты не принц! Только не это!

– Нет, – успокоил ее юноша, – ни то, ни другое. Я принц, и люблю тебя, так что с этим все в порядке. Но опасаюсь, выдержит ли твоя любовь ко мне то, о чем мне придется тебя попросить.

Принцесса подумала, что он, наверное, хочет предложить ей руку и сердце, но робеет оттого, что происходит из вражеского королевства. А поскольку папашино государство, где, чтобы нарвать цветов, приходилось скакать как козе по горным уступам, ей порядком надоело, она решила для виду поломаться, а потом принять предложение, как бы ее батюшка-король потом ни кипятился.

– Скажи, чего ты хочешь, любовь моя, – сказала она с придыханием. А это у нее получалось здорово, потому как в придыхании принцесса практиковалась с четырнадцати лет, с того дня, как надела взрослое платье с открытыми плечами.

– Я не человек, а дракон, – сказал он – а человеческий облик принял лишь для того, чтобы пробудить в тебе любовь. Это одно из трех превращений, какие я способен осуществить.

– Но ведь ты же назвался принцем! – воскликнула девица, затрепетав от испуга.

– Я и есть принц, – сказал он, – только драконий, а по достижении совершеннолетия должен стать королем всея Драконий, потому что мой отец искусан в бою морским змеем и не в силах больше нести бремя власти.

– По правде сказать, – призналась принцесса после некоторого размышления, – такого поворота событий я не ожидала. Но, по-моему, принц – он и в Драконий принц. Так о чем ты хотел меня попросить?

Надо сказать, что в силу своего воспитания девушка скорее согласилась бы выйти замуж за дракона, чем за простолюдина.

– У нас в Драконий законы драконовские, – ответил принц, – и в соответствии с одним из них я, чтобы получить право на престол, должен совершить следующий обряд: принять естественный облик и сожрать прелестную невинную принцессу. Такой уж у нас, драконов, обычаи. Ты как смотришь на перспективу быть съеденной?

Принцесса испугалась даже несколько больше, чем до того, да и удивилась не меньше, ибо ожидала несколько иной просьбы, а потому прямого ответа не дала, сказав, что ей необходимо посоветоваться с отцом.

– Ты не только прекрасна, но и рассудительна, – восхитился принц. – Конечно, столь важное решение нельзя принимать, не посоветовавшись со старшими. Ступай к батюшке, а я буду ждать тебя в скалистой пещере на крутом уступе над бурным морем. Если ты не придешь, я тебя пойму.

Он поцеловал ее и удалился.

Совершив утомительный подъем на гору, где стоял замок, принцесса предстала перед королем и обрисовала ему ситуацию.

– О многомудрый отец! – сказала она без придыхания, потому что выдохлась от долгого подъема. – Наконец-то мне посчастливилось встретить прекрасного принца. Но он дракон и по их драконовскому закону должен меня пожрать. На той неделе он будет ждать меня на приморском откосе: приходить или нет?

– Так ведь это как посмотреть, о простодушная дочь моя, – ответил король. – Ты любишь его?

– Да, батюшка.

– Любишь ли ты его так сильно, чтобы умереть ради него?

Тут она призадумалась: вопросик был потруднее предыдущего. «Лучше бы, ты, папочка, спросил чего полегче», – подумала девица, но вслух ответила:

– Пожалуй, что да.

– Если так, – промолвил король не без некоторого сожаления, – то, пожалуй, тебе следует идти. Но, должен сказать, нам будет тебя недоставать. Может быть, тебе стоит посоветоваться еще и с твоей матушкой, королевой?

Это ей и в голову не приходило, поэтому принцесса поблагодарила отца, поспешила к матери и выложила ей то же самое.

– Спасибо, что спросила мое мнение, – сказала королева, – раньше за тобой такого не водилось. Но не уверена, что одобрю твой выбор. Этот дракон, он настоящий принц?

Принцесса заверила, что самый взаправдашний.

Королева задумалась, а потом сказала:

– Боюсь, даже при этом я твоего выбора не одобрю.

Раз отец, всегда потакавший твоим капризам, разрешил тебе поступить по-своему, запретить это не в моей власти, но скажу так: если ты вернешься, то на моей половине замка изволь не показываться.

При других обстоятельствах принцесса огорчилась бы, но сейчас понимала, что после встречи с любимым матушкиных покоев ей все равно не видать.

В назначенный день она надела самое короткое платье с самым низким вырезом, дабы дракон мог увидеть и откусить первыми самые аппетитные части ее весьма аппетитного тела. В конце концов она любила его и хотела, чтобы он остался ею доволен. Распущенные по плечам волосы, рубиновая – что должно было наводить на мысль о крови, которую девушка готова пролить ради возлюбленного, – тиара и несколько капелек духов «Алая роза» за ушки и в ложбинку между грудей завершили приготовления. После этого она двинулась в путь – пешком, поскольку отец не захотел рисковать лошадью.

– Понимаешь, доченька, – сказал он, – драконы – существа весьма страстные и несдержанные, и у меня есть основания опасаться, что, съев тебя, твой возлюбленный может этим не удовлетвориться. А ведь в отличие от тебя ни одна из моих лошадей не выражала желания быть съеденной.

Девушке не оставалось ничего другого, как согласиться с доводами отца, тем паче, что звучали они убедительно.

Выйдя заранее, принцесса добралась до места чуть раньше назначенного времени, ибо хотела иметь возможность привести себя в порядок после дороги. Дракона еще не было. Она начала прихорашиваться и, когда припудривала носик, заметила в зеркальце нечто, поблескивающее в лучах утреннего солнца. Поскольку вертеться как юле принцессе никоим образом не пристало, она не стала поворачиваться, а внимательнее всмотрелась в зеркальце и поняла, что видит блестящий воинский шлем.