Время гарпии - Пирс Энтони - Страница 102

— А вот и есть, — невозмутимо возразила Дара. — Я, если хочешь знать, внутренне переродилась и хотя души у меня нет, веду себя так, будто бы она есть. А вот для тебя это будет проблемой.

— Глупости, никаких проблем! — фыркнула Метрия. — Притвориться я смогу не хуже тебя, а как только познаю любовь, тут же испарюсь. Только вы меня и видали.

— Не думаю, что это будет именно так, дорогая, — промолвила Чудо-в-Перьях.

— А что ты вообще понимаешь? — усмехнулась Метрия. — Возишься все время со смертными и нахваталась от них всяких глупостей. Взять хоть бы ту принцессу Занозу.

— Кого?

— Мимозу, Глюкозу, Фруктозу, Лактозу, Стервозу…

— Может, Розу?

— Неважно. А потом ты стала путаться и вовсе с кем попало, с гоблинами и ограми, вроде той Икры.

— Окры, — поправила ее Чудо-в-Перьях. — Огрицы Окры.

— Неважно. Ты утратила жизненную перспективу, не видишь дальше своего носа.

— А вот и нет. Например, явилась же я на твою свадьбу.

— Ну что ж, это как раз правильное решение. Но раз явилась, то могла бы и помочь.

— Почему бы и нет? Тут за всем нужен глаз да глаз.

Чудо-в-Перьях исчезла и появилась в следующей комнате как раз вовремя, чтобы помешать нимфам повесить шпалеру вверх тормашками. Всякому ясно, что легкомысленной нимфе ни за что не разобрать, где у шпалеры тормашки. Для этого надо быть по меньшей мере демонессой.

— Представь мне своего молодого человека, — попросила Глоху Дара, глядя на Велко.

Спохватившись, что до сих пор держит Велко на руках, девушка торопливо поставила его на пол.

— Это великан Велко. Он не мой…

— Великан? — Дара присмотрелась повнимательнее. — Ах да, понятно. Нет ли тут поблизости Трента?

— Да, это его работа. Как я понимаю, случай сложный.

— Так и есть. Но ничего, скоро все кардинальнейшим образом упростится. Желаю вам обоим всяческого счастья, — не вполне понятно высказалась демонесса и поспешила на помощь нимфам, запутавшимся в тканях. Те уже вовсю размахивали руками и ногами, норовя разразиться криками.

— Она пожелала нам… — смущенно пробормотала Глоха, обернувшись к Велко.

— Спасибо ей на добром слове, — отозвался великан. — Но она только что появилась и не знает всех обстоятельств.

В этот миг перед ними возник еще один гость: весьма представительный демон, на лице которого была написана пугающая уверенность.

— Как это — не знает? — сурово вопросил он. — У вас что, головы кашей набиты? Да имей вы хоть крупицу ума, давно бы сами поняли, к чему все клонится.

Глоху посетила очередная догадка.

— Привет, профессор Балломут, — набравшись храбрости, сказала она. — Признаться, я не ожидала увидеть тебя здесь.

— Мне от таких дел не отвертеться, — с кислым видом отозвался профессор. — Я лицо официальное, и мое присутствие на бракосочетании категорически необходимо. Должен заметить, — тут он скорчил гримасу, — что из всех учениц, когда-либо позоривших мой класс, Метрия удерживает пальму сомнительного первенства в качестве самой легкомысленной, недалекой, вздорной и пустоголовой.

Глоха промолчала. Никакой пальмы она при Метрии не замечала, но не станешь же спорить с таким важным демоном.

— Я тоже тебя люблю, душка профессор, — провозгласила, сгустившись из дыма, Метрия и звучно чмокнула Балломута в щеку.

— Прекрати, негодница! — вскричал профессор, едва не взорвавшись.

— С твоей стороны было весьма любезно почтить своим присутствием церемонию моего бракосочетания, — промолвила она, похоже, нимало не убоявшись его свирепости.

— Я явился сюда лишь для того, чтобы обеспечить должный порядок и удостовериться, что дело доведено до конца. На тебя-то положиться нельзя, потому что ты самая безответственная вест алка…

— Кто?

— Вест ница, инвест иция, повест ка…

— Наверное, невест а.

— Неважно, — сердито буркнул Балломут.

— Спасибо, — пролепетала Метрия, слегка порозовев и потупя очи.

— Ох, адская негодница! — проворчал профессор, пригрозив ей пальцем. — Ну погоди, ты получишь сполна все, что тебе причитается.

— Ага, и главное, узнаю, что такое любовь. Кстати, на лекциях ты об этом почему-то не рассказывал.

— Я рассказывал о любви к знаниям, но тебя этот предмет; совершенно не заинтересовал. Но ничего, теперь ты кое-что усвоишь, — добавил он, и в его глазах появилась лукавая усмешка.

Метрия исчезла.

— Вот ведь ветреница, — промолвил Балломут, покачав головой. — У нее совершенно не научный склад ума.

— Но она очень старается совершить достойный поступок, — заступилась Глоха.

— Следует учитывать не только сам поступок, но и побудительные мотивы, — заметил профессор. — Вот в твоем случае удача представляется нам вполне заслуженной.

— Удача? — переспросила Глоха, не поняв, о чем речь. Она даже наморщила носик, но удачей поблизости и не пахло.

Однако вопрос ее повис в воздухе, повисел-повисел да и упал на пол. Демон уже удалился.

— Этих демонов не поймешь, — заявил Велко.

— Метрия говорила, что он единственный, кого ей не под силу одурачить, — сказала Глоха. — Но коли ему пришло в голову, будто меня ожидает какая-то удача, он, похоже, вовсе не такой умник, каким его все считают.

Между тем Балломут прошествовал на помост перед скамьями и голосом, столь мощным и властным, что в замке задребезжали окна, провозгласил:

— Уважаемые гости, прошу занять свои места. Церемония сейчас начнется.

Нимфы грациозно вспорхнули на лавки. Прямо перед Глохой материализовалась Чудо-в-Перьях.

— Вы с Велко должны сесть впереди, как друзья невесты, — сказала она.

— Ну, я бы не сказала, что мы с ней такие уж друзья…

— Тем лучше. Идите сюда, — она указала им место.

— Она сказала — «тем лучше», — шепнул Велко Глохе. — К чему бы это?

— Я ничего не поняла, — призналась девушка.

— Что тут понимать, — промолвила Чудо, снова возникнув на виду. — Ты, Глоха, будешь подружкой невесты. На свадьбе так принято, а мы, демоны, не можем взаимодействовать с замком. Вот и получается, что участие смертных просто необходимо.

— Но Велено каждый день женился на нимфах без подружек, свидетелей и всего такого.