Суд над Роксаной - Пирс Энтони - Страница 75

Окра помахала Метрии рукой, и та улетела, мимолетом убедившись в том, что Велено все еще пребывает в блаженной прострации, и поспешила к следующему адресату, Паровику Стэнли.

Поскольку он являлся драконом, с ним могли возникнуть затруднения, однако в крайнем случае Метрия рассчитывала заручиться помощью своей подруги, принцессы Айви. Правда, она понятия не имела, как добиться того, чтобы Провальный дракон не испускал обжигающий пар прямо в зале судебного заседания, а заодно и не слопал его участников, но данный вопрос не входил в ее компетенцию. Ей поручено доставить его на место.

Спустившись к поросшему редкими деревьями дну Провала, она не удержалась от искушения подразнить нахальный и вредный болиголов, затесавшийся посреди важных настурций, чьи стебли были увенчаны турецкими чалмами или фесками.

— Эй, трещи-башка, — крикнула она растению. — Я тебя не боюсь, у меня в голове дым.

В следующее мгновение дым в ее голове взорвался такой болью, что она в панике понеслась прочь, совершенно позабыв о Дольфе. Конечно, ей ничего не стоило бы избавиться от боли, избавившись от головы, ведь магия болиголова не распространяется ни на какие другие части тела, но Метрия с перепугу не сообразила.

Лишь отлетев на солидное расстояние, она вспомнила про принца и разжала ладошку. Приняв естественный облик, Дольф стал потирать виски: видать, его голове тоже перепала толика боли.

— П-п-ии…— язык у него заплетался, но он, борясь с головокружением, указал пальцем на левую ногу Метрии. Та опустила глаза и увидела присосавшуюся к ней и с писком пившую кровь пиявку.

— Твоя явка вовсе не тут, — молвила демонесса, обращаясь в дым, и тварь шлепнулась на землю. Разумеется, опасности для Метрии не было, но и радости тоже мало. Видать, улепетывая от болиголова, она пролетела мимо явочного куста и пиявка присоседилась к ней явочным порядком.

— Там, случаем, не Стэнли? — спросил Дольф, всматриваясь в глубь ущелья.

— Нет, — ответила Метрия, взглянув туда же, — какая-то змеюка.

Огромная змея приблизилась к ним, и на месте змеиной морды появилась женская головка.

— Привет!

— О, нага! — воскликнул Дольф.

— Она самая, — подтвердила нага. — Я тут, кажется, заблудилась. Вы мне не поможете?

— С удовольствием, — заверил ее молодой человек, — мне ваш народ очень симпатичен. Я принц Дольф из человеческого племени, а это демонесса Метрия. Чем мы можем быть тебе полезны?

Нага приняла человеческий облик, превратившись в привлекательную (что естественно, коль скоро она могла корректировать внешность по собственному желанию) молодую женщину. Разумеется, нагую, поскольку до этого она пребывала в змеином и естественном обличьях и никакой одежды не имела. Дольф отреагировал на это совершенно по-мужски: выпучил глаза так, что они полезли на лоб. Метрии подумалось, что мужчины устроены не слишком удачно: во всяком случае, глазницы им стоило бы иметь побольше.

— Я Анна Конда, — представилась нага. — Путешествовала по подземным тоннелям к северным пещерам моего народа, но эта местность мне что-то незнакома.

— Ты находишься на дне Провала.

— О, Провал! Как же я о нем забыла?

— Бывает, — сказал Дольф. — На него восемь веков было наложено забудочное заклятье, и не все чары выветрились окончательно. Ты могла нарваться на струйку, а то и просто нанюхаться позабудок, они сейчас как раз в цвету. Возвращайся под землю, двигай строго на север и попадешь куда надо.

— Спасибо, — она обернулась змеей и скользнула в ближайший подземный лаз.

Дольф покачал головой.

— Электра милая, и мне с ней хорошо, но порой я задумываюсь о том, как все могло быть с Надой…

— Электра тебя любит, а Нада — нет, — напомнила Метрия.

— Да, конечно, — вздохнул принц.

Как и большинство молодых людей, он видел в женщине, а уж тем паче в обнаженной женщине, только ее тело. Именно это свойство делало мужчин такой легкой добычей для демонесс.

— Пойдем, надо поискать Стэнли.

— Пойдем, — буркнул Дольф, преодолев искушение обернуться змеем и скользнуть в нору следом за нагой, и снова превратился в колибри. Метрия взяла его в одну руку, диск в другую и поднялась повыше, чтобы расширить обзор.

Поскольку повестка тянула в нужном направлении, поиски Стэнли много времени не заняли. Вскоре она увидела двигавшегося вдоль дна ущелья Провального дракона с длинными змееподобным телом и маленькими рудиментарными крылышками, указывающими на наличие в его роду летающих предков. Ноги дракона были коротковаты для того, чтобы развить приличную скорость, поэтому в случае необходимости он двигался на манер гусеницы: сначала бросал вперед переднюю часть тела, приземлялся со стуком на передние лапы и, изогнувшись дугой, подтягивала хвостовую часть к переду. Выглядел этот способ неуклюже, но на практике себя оправдывал: мало кому из угодивших в Провал живых существ удавалось спастись, если Стэнли пускался за ними вдогонку. Тем паче что ему не требовалось приближаться к жертве вплотную, выпустив струю пара, он мог сварить ее на расстоянии, а потом, подойдя, съесть уже вареной. Провального дракона в Ксанфе боялись почти все. Но не Метрия, являвшаяся демонессой, и не Дольф, во-первых, способный сам превратиться в дракона, а во-вторых, знавший паровика с детства и друживший с ним.

— Привет, Стэнли! — окликнула дракона Метрия, спускаясь вниз.

Тот поднял морду и пыхнул паром.

— Кончай пыхтеть, своих не узнаешь? Это я, Метрия, а со мной принц Дольф.

Она раскрыла ладонь, и Дольф, приняв человеческий облик, спрыгнул на землю, после чего бросился дракону на шею. Старые друзья, обрадовавшись встрече, принялись шутливо бороться. Мало кто в Ксанфе решился бы на такие вольности с драконом, но Стэнли и Дольф провели вместе детство, а такое не забывается. Правда, для паровика это было второе детство. Будучи взрослым драконом, он более тридцати лет назад омолодился до маленького дракончика и стал домашним питомцем принцессы Айви. Лишь повзрослев снова, он вернулся к обязанностям Провального дракона.

В Ксанфе обитало несколько разновидностей драконов: огнеметы, плевавшиеся огнем, дымовики, или коптилы, выдыхавшие дым, водометы (эти сбивали свои жертвы водяными струями), и паровики, выпускавшие пар. Огнеметов боялись больше всего, хотя коптилы были опаснее, их дым слепил и вызывал удушье, особенно в замкнутых пространствах. Паровики встречались редко, но в местах своего обитания внушали к себе немалое почтение.