Суд над Роксаной - Пирс Энтони - Страница 60

Демонесса удивилась. Огры заслуженно гордились своей глупостью, и ей трудно было представить себе огра, вообще представляющего себе, что такое книга, а уж более того крадущего ее, да к тому же почему-то крадущего снова. Сам факт существования грамотных огров явился для нее сюрпризом, но этот древний книгокрад писать, хоть и с ошибками, умел и счел нужным запечатлеть в книге память о своем «подвиге».

Возможно, это был единственный образованный огр с момента образования огрского племени.

Метрия перелистала книгу и убедилась, что она заканчивается на короле Эоле, волшебнике-буреносце, взошедшем на трон в 971 г. и правившем под именем Шторма Первого. Остальные страницы были пусты. Поскольку короли правили в Ксанфе и после Шторма, и она с ходу могла назвать Трента-Трансформатора, умевшего трансформировать кого угодно во что угодно, волшебника Дора, умевшего разговаривать с неодушевленными предметами, и человек восемь, недолго занимавших трон в промежутке между этими двумя, ей стало ясно, что огр-книголюб похитил летопись под конец правления короля Эола. Что не удивляло, ибо его талант вызывать могучие бури под конец жизни выветрился, а особым умом этот король не отличался и в молодости. Скорее всего, он забыл об этой книге или потерял ее, и она досталась необычному огру.

Не будучи уверенной в том, что в книге содержится что-то ценное, и не желая снова сесть в лужу, как с Лакуной, Метрия перелистала том и убедилась, что это действительно перечень государей Ксанфа с начала установления людского королевского правления до воцарения Шторма. Должно быть, на протяжении поколений книга переходила от короля к королю, причем каждый заносил в нее дату кончины своего предшественника и собственного воцарения на троне.

И то хорошо. Закрыв книгу, Метрия отнесла ее ожидавшим спутникам.

— Вроде бы то, что ты хотел получить, — заметила она, вручая том Арнольду.

— А что, похоже, — пробормотал изумленный кентавр и, открыв титульный лист, прочитал: — «Короли-Волшебники Ксанфа».

— Поразительно! Где Сэмми ее нашел?

— В книжной лавке.

— Книжная лавка в Ксанфе? — удивилась Ким. — Тебе пришлось ее купить?

— С чего бы это? Лавка как лавка, обыкновенная скамейка, только с ящиком под сиденьем. Кстати, битком набитым книжками.

— Так там есть и другие книги? — живо заинтересовался Икабод. — Если они столь же уникальны и ценны, то это не лавка, а книжная сокровищница. Мы должны изучить ее содержимое.

— Пойдем, я покажу место, — предложила Метрия, но, когда вернулась к лавке, ее там уже не было. Более того, от нее не осталось никаких следов.

— Может быть… Сэмми? — предположил Даг, но на сей раз кот проявил полнейшее безразличие.

— Видимо, искать нечего, — промолвила Дженни. — Он может найти все, кроме дома, и того, чего не существует.

— Но тут же был полный ящик книжек! — возразила Метрия. — Это я виновата! Мне следовало забрать все книги, а я, по глупости, ограничилась одной!

— Ты же не историк, не ученый, — попытался утешить демонессу Икабод, но она окутала себя облаком разочарования.

Потом она вспомнила, что грамотный огр вроде бы крал книжку не один раз. Не следует ли из этого, что лавка пропадала и раньше, и ему приходилось отыскивать её снова? Если так, то ей повезло: она успела сцапать книжку до очередного перемещения лавки.

Настроение демонессы чуточку улучшилось.

Арнольд между тем погрузился в «Книгу Королей».

— Это фантастика! — воскликнул он. — Это бесценный кладезь утраченной информации.

— Но что может быть столь волнующего в простом перечне королей? — спросила Ким. — Я хочу сказать, что нам приходится изучать, например, Британскую историю, тоже практически представляющую собой перечень королей. Это скучнятина, нудятина и бредятина!

— Тут есть еще и даты правления, — указал Икабод, заглядывая другу через плечо.

— Наверное, я не совсем точно выразилась, — хмуро произнесла Ким. — Если и есть что хуже, чем перечни имен, так это даты. Мало того, что уж цифры-то представляют собой решительно ни с чем не сравнимую тягомотину, так ведь их еще и совершенно невозможно запомнить. А стоит тебе ошибиться в дате, как тебя вышибут с экзамена.

— Это точно, — подтвердил Даг. — как-то сказал, что Генрих Восьмой правил с 1909 по 1947 г., — что было! Чуть небеса не рухнули.

— А этот Генрих, он был волшебник? — поинтересовалась Метрия.

— Волшебник не волшебник, а жен имел шесть, на полжены больше, чем ваш Хамфри.

Демонесса прониклась к неведомому Генриху уважением. Видать, такие персоны, как профессора и короли, народ особый, что в Ксанфе, что в Обыкновении.

— Но ты ошибся на целых четыре столетия, — укорил юношу Икабод.

— Что такое четыре столетия, между своими людьми!

— Но я никого экзаменовать не собираюсь, — объявил Арнольд. — Этот том важен для сохранения исторической памяти. Какие открытия! Какие откровения! Оказывается, Волшебница Тапис, она же Гобеле, была замужем, а Повелитель Зомби — сыном короля; он удалился от людей в силу природы своего магического таланта. Ни о чем подобном я не подозревал. Это революционизирует историю Ксанфа!

— Или, по крайней мере, — ее нынешнее изложение, — согласился Икабод. — Похоже, давнее прошлое Ксанфа хранит немало мрачных тайн.

— Весьма немало, — подтвердил Арнольд.

— Вообще-то это любопытно, — сказала Метрия. — Может быть, я была знакома с кем-то из перечисленных королей?

Даг с Ким рассмеялись, но осеклись, увидев, что остальные отнеслись к словам демонессы с полной серьезностью.

— А ведь и правда, — сказал Даг. — Демоны живут чуть ли не вечно, так что она запросто могла знать древних королей.

— Королей я пережила кучу, — подтвердила Метрия, — но близко общалась только с Громденом и Хамфри. Остальные меня не слишком интересовали.

— Я знаю, — промолвила Ким, — что Хамфри действительно был когда-то королем, а ты познакомилась с ним в УНИВЕРМАГе и пыталась соблазнить, чтобы отвлечь от учебы. А что за дела у тебя были с королем Громденом?

— Громдена-то я как раз соблазнила. Но потом все осложнилось.