Суд над Роксаной - Пирс Энтони - Страница 49

Но из этого следовало, что подняться к Ким смогут только Дженни или Икабод. Но Дженни не сможет ни сказать, ни понять ни слова.

— Сходи за ней, — сказала Метрия Икабоду.

— Не могу. В силу бытующих здесь архаичных правил, мужчин в женский спальный корпус не пускают.

Метрия запомнила еще одно хитрое словечко. Насколько она поняла, «архаичный» должно было означать то же самое, что «идиотский».

Она и Икабод вышли из кабины и подошли к кузову. Голова и плечи Арнольда возвышались над высокими бортами.

— Приехали? — спросил кентавр.

— Приехать-то приехали, но у нас проблема.

Пока Икабод с Арнольдом обсуждали ситуацию, к машине приблизилась группа студентов.

— Тевирп, аклокук, — произнес один из них, обращаясь к Метрии.

— Это что, обыкновенский язык?

— Он самый. Парень сказал «Привет, куколка». Если он вступит в коридор, его речь сделается понятной.

— Если он вступит в коридор, я приобрету драконью морду и откушу ему башку.

— Проявления экстремизма и радикализма не в наших интересах.

— А как же мне отвадить этот кусок драконьего дерьма?

— Я сам этим займусь, — сказал Икабод и, повернувшись к юноше, спросил: — Вы, кажется, что-то хотели от моей замужней дочери?

— Тьфу, блин, — парень сплюнул, — такая красотка, а мало того, что уже замуж выскочила, так еще и таскается повсюду со старым козлом-папашей.

В мгновение ока вся компания удалилась.

— Смех, да и только, — фыркнул Икабод.

— Ой! — пискнула проходившая мимо девушка. — У вас что там, в машине, лошадь?

Метрия поняла, что девица усмотрела сквозь щели между планками борта пятнистый Арнольдов бок.

— Не совсем, — сказала она.

— Но я же вижу шкуру. Это пони, да?

— Нашла пони, — провозгласил из кузова Арнольд. — Это мой бок. Хочешь взглянуть?

Метрия от удивления разинула рот, но не нашла что сказать.

— Еще как! — вскликнула студентка, подскакивая от возбуждения. Глаза Икабода заблестели, поскольку грудь девушки под тонкой футболкой с каждым прыжком совершала соблазнительные колебания.

— Ну что ж, я вам кое-что покажу, но сначала попрошу об одном одолжении.

— Сколько угодно.

— В этом корпусе живет девушка, с которой нам надо поговорить. Но мужчин туда не пускают. Не будете ли вы любезны передать ей сообщение?

— Пожалуйста, — кивнула студентка, силясь понять, какое отношение может иметь конский круп к разговаривающему с ней солидному мужчине.

— Ее зовут Ким. Вручите ее этот изумрудный диск и попросите, чтобы вышла к нам.

Он кивнул Метрии. Ей нелегко было на это решиться, но, понимая, что кентавр нашел наилучший выход, она отдала диск.

— Это изумруд? — удивилась девушка. — Но он же черный.

— Почернел от времени, — уклончиво ответил Арнольд.

— А почему ты не можешь за ней сбегать? — спросила студентка Метрию. — Ты-то ведь явно не мужчина.

— Я… я…— Демонесса не знала, что сказать.

— У бедняжки дефект речи, страшное заикание, — нашелся кентавр. — Не надо ее смущать.

— Конечно, конечно. Я мигом.

Девушка умчалась.

— А что, если она присвоит диск? — озабоченно спросила Метрия.

— Повестка Симург может достаться только адресату. Девице даже в голову не придет отнести ее куда-то еще, — пояснил Арнольд.

— Откуда ты знаешь?

— Я кентавр.

Ну конечно, кентавры всегда все знают. Обычно их самоуверенность Метрию раздражала, но сейчас досады не было, поскольку Арнольд ее успокоил.

Очень скоро из корпуса выбежала Ким. Одета она была в том же стиле, что и Метрия, и по сравнению с той угловатой девочкой-подростком, которая участвовала в игре, стала более женственной.

— Метрия! — воскликнула она на бегу, узнав демонессу. — Какими судьбами?

— Как получилось, что я ее понимаю на таком расстоянии? — спросила демонесса кентавра.

— Я развернулся к ней лицом и сдвинулся на полшага вперед, — пояснил тот. — Она уже в коридоре.

Подбежав к демонессе, Ким заключила ее в объятия.

— Чертовски рада тебя видеть! Но как ты попала в реальный мир?

— А ты не слышала о волшебном коридоре кентавра?

— Слышала, но это же давняя история. Ой! — Она заметила Арнольда. — Ты тот самый… А я думала… думала, ты давным-давно…

— Слухи о моей смерти были сильно преувеличены, — промолвил кентавр, протягивая Ким руку.

— Мы отправляемся в Ксанф, — заявила Метрия. — Я доставила тебе повестку, и ты должна будешь вернуться с нами.

— Но я не могу, — возразила Ким. — У меня занятия, домашние задания, обязательства…

— Их придется отложить, — заявил Арнольд. — От повестки Симург отказываться нельзя.

— От повестки Симург? — Ким уставилась на черный кружок. — Я сразу почувствовала: в этом медальоне есть что-то особенное. Но попасть в Ксанф я могу только через игру, а для этого у меня нет времени.

— Даже в летние каникулы? — спросил Икабод.

— Ну… еще ведь и Даг, — промолвила она, покраснев. Метрия к этому отнеслась с полным пониманием: у нее самой по похожим причинам в свое время исчезали невесть куда не то что каникулы, а целые семестры.

— А что Даг, Даг тоже отправляется в Ксанф, — сказала она. — У меня и для него повестка имеется.

Все возражения Ким мигом испарились.

— Скажу соседке по комнате, чтобы прикрыла меня, — промолвила она и умчалась.

Тем временем вернулась девушка, передававшая жетон.

— Насчет лошади…— начала она.

— Залезай в кузов, — пригласил Арнольд.

— А это разумно? — просил Икабод.

— Уговор дороже магии.

Архивариус откинул задний борт и, когда девица забралась в кузов, закрыл его снова.

Наступила тишина, потом послышался слабый возглас.

— Ну ничего себе! Вы что, взаправдашний?..

— Самый взаправдашний, — заверил ее Арнольд. — Только прошу никому об этом ни слова. Могут возникнуть всякие шероховатости, а я слишком стар, чтобы их сглаживать.

— Прибедняется, — усмехнулся Икабод. — Второго такого мастера по сглаживанию шероховатостей не сыщешь. В Области Безумия он уговорил позировать множество экземпляров тамошней фауны, пока я делал зарисовки.

— А ты… ты кто? — несколько придя в себя, спросила девушка у Дженни.