Суд над Роксаной - Пирс Энтони - Страница 43

— Я с удовольствием покажу тебе путь наружу, если ты поможешь мне доставить кое-кого к границе Ксанфа.

— Похоже, это честная сделка. Посторонись.

Менция, подхватив кота, отплыла назад. Послышалось грохочущее ворчание: над лесом вздымалось нечто немыслимо огромное. Потом рядом с отпечатком ягодиц появились следы чудовищных стоп. Великан принял демонессу с котом на огромную ладонь и спросил.

— Где твои спутники?

Менция указала направление: чтобы достичь поляны, где дожидались кентавр, эльфесса и обыкновен, ему потребовалось лишь несколько шагов. По приближении великана все дружно зажали носы и позеленели. Демонессе оставалось лишь посоветовать им думать о душистых фиалках.

Огромная ладонь бережно подняла всех спутников в воздух.

— Куда нести? — прогремело из немыслимой выси. Менция взлетела на уровень великанского уха и объяснила дорогу.

В два шага великан достиг границы Безумия, а оказавшись в нормальном Ксанфе, ускорил шаг. Встречный ветер унес вонь, и всем изрядно полегчало.

— Как интересно! — воскликнула Дженни, глядя вниз сквозь невидимую ладонь. — Отсюда Ксанф выглядит как карта.

— Тьфу ты, башка дырявая! — выругала себя Менция. — Совсем забыла опустить тебя и Сэмми, когда мы выбрались за пределы Безумия.

— Не переживай. Я знакома с Ким и Дагом, буду рада с ними повидаться, а Сэмми поможет тебе быстрее их отыскать. Так или иначе, в конечном счете нам всем надо прибыть в одно и то же место, на этот непонятный суд. А постранствовать перед этим совсем даже не помешает.

— Странствующий эльф — это странно.

— Тебе так кажется, потому что мы уже покинули Безумие и ты теряешь здравомыслие. Я бы на твоем месте вернула тело лучшей половине. Знаешь, она мне всегда нравилась, даже в ту пору, когда своими выходками так меня бесила, что едва не превращала из эльфа в беса.

— Вот как? И зачем ты это заставляешь.

— Что делаю?

— Замышляешь, забываешь, забавляешь…

— Может, заявляю?

— Какая разница?

— Добро пожаловать, Метрия.

— Привет, Дженни, рада встретиться с тобой снова. Скажи, что ты собираешься делать теперь, после того как твоя лучшая подруга Нада нашла истинную любовь или, по крайней мере, мужа?

— Ума не приложу. Может быть, мне стоит попросить волшебника Трента превратить для меня кого-нибудь в эльфа, как он сделал это для Глоригардии? Как помесь гоблина с гарпией, она тоже была единственной в своем роде. Помнишь?

— Еще бы, ведь в ходе всей этой истории я и сама оказалась замужем.

— Ты сделала это, чтобы вызволить ее.

— Ну, моя половинка души наделила меня совестью, вот и пришлось…

— Ничего подобного. Ты выручила ее прежде, чем обзавелась половинкой души.

Метрия задумалась.

— А ведь ты права, так оно и было. Наверное, мне просто хотелось узнать, что такое любовь.

Они умолкли, озирая расстилающийся внизу Ксанф и бескрайние воздушные просторы, которые оказались вовсе не пустынными… То здесь, то там высились воздушные замки, мимо них, извиваясь и шипя, пролетали воздушные змеи. Что-то невидимое несколько раз чмокнуло Метрию и Дженни: сначала они растерялись, но потом сообразили, что это посланные кем-то на земле, но случайно не достигшие цели воздушные поцелуи. Будучи в отличие от обычных поцелуев очень легкими, они поднялись высоко в небо, а теперь очень обрадовались возможности выполнить свою миссию. На полях воздушной кукурузы паслись крылатые кентавры.

— А вот и наши знакомые, — сказала Дженни. — Привет, Черион.

Жеребец помахал ей крылом.

— Погоди-ка, — промолвила Метрия, — откуда столько крылатых кентавров, ведь Че и Синтия в замке Ругна? Здесь должны быть только Черион и Чеке.

— О, так ты не знаешь? — удивилась Дженни. — В прошлом году аист принес им еще двойняшек. Вообще-то кентавры не используют аистов, ибо их детеныши тяжеловаты, но…

— Двойняшки?

— Чеси и Чериш. Наверное, когда ты была у них в гостях, малыши спали.

— Может, и так.

Поле воздушной кукурузы осталось позади, и тут Дженни, посмотрев вперед, охнула.

— Никак, грозовая туча!

— О, это не просто туча, а Тучная Королева, — проворчала Метрия, взглянув в указанном направлении. — Когда-то она была обычной демонессой, не вреднее остальных, но потом потучнела, и это испортило ее характер. Она чует любую возможность устроить кому-нибудь пакость и никогда ее не упускает.

— На то она и демонесса.

— Ты ведь не такая.

— Это сейчас, — ответила Метрия, вспомнив вдруг о короле Громдене и Панихиде. Тогда она разрушила королевство силой свой красоты, но, будь она тучной, это бы ей, скорее всего, не удалось. В каком-то смысле озлобленность Тучной Королевы можно было понять.

— Надеюсь, на сей раз она растратит свою злобу впустую, — сказала Дженни. — Великан слишком огромен, чтобы даже самая тучная туча могла ему навредить.

Загрохотал гром, засверкали молнии, очертания невидимого великана обрисовались в поблескивающих потоках стекавшей по его телу воды.

Метрия спустилась вниз, сорвала несколько грибов-дождевиков и раздала спутникам. Они закутались в них и вовсе перестали бояться дождя. Особенно пригодились дождевики, когда великан двинулся, шлепая, как по луже, по озеру Сода-Пробка. Тучная Королева для ливня вытягивала воду из всех водоемов, и потому над озером на них пролился дождь первосортной шипучки. Дженни подставила ладошки, попила и нашла шипучку свежей и вкусной.

Некоторое время великан, как по тропке, плюхал по руслу Сбулочной реки, так что плюшки подлетали к самому небу. Дженни поймала песочную, но выбросила, потому что не любила, когда песок хрустит на зубах, и вскоре ухватила сдобный крендель. Арнольду досталась плюшка шоколадная, Икабоду имбирная. Конечно, они намокли от дождя, но были вполне съедобны. К счастью, вверх подлетали только плюшки, а не полновесные плюхи: те, падая, могли и зашибить.

Тучная Королева ярилась и буйствовала, но великан попросту не обращал на нее внимания. Потом он перешагнул диковинную реку — сверкающую стеклоподобную ленту с торчавшими из нее то здесь, то там белыми металлическими штырями с загогулинами на концах.