С запутанным клубком - Пирс Энтони - Страница 58

— Но он же придет сюда сегодня! — запротестовала Клото.

— Я не позволю никаким чужакам переступить порог этого дома!

— Мы все равно его приведем, — подумала Ниоба. — Самурай считает, что ты над ним потешаешься, но он поверит, когда увидит Марса!

— Жди нас, — пообещала Клото, а затем протянула нить и заскользила прочь, забыв надеть туфли.

Вернувшись в жилище, они обсудили разговор с Самураем. И пришли к единодушному выводу, что он не хотел оскорбить Клото, когда говорил о гейше — просто неверно понял цель ее визита. Возможно, ему не раз приходилось видеть молодых женщин, которые мечтали завязать личные или сексуальные отношения с мастером боевых искусств. Так что возмущение Клото было необоснованным. Кроме того, они согласились с тем, что Самурай человек хороший и его нить не следует раньше времени трогать. Он должен получить компенсацию за потерю лица. Но не кровью!

Клото пообещала, что в следующий раз, прежде чем взорваться, посоветуется с Ниобой и Атропос. Она была готова совершить самоубийство после того, как от нее отказалась семья, и сохранила свой боевой дух, став одним из аспектов воплощения Судьбы. Ее иногда — если можно так сказать — заносило на поворотах.

— В конце концов, — заявила она в заключение, — некоторые мужчины, хоть они свиньи и сексисты, могут быть вполне приличными людьми — если, конечно, сделать соответствующие скидки.

Теперь пришла пора решить один весьма деликатный вопрос.

— Если ты сумеешь заставить Самурая отклонить предложение Сатаны, сыграв именно ту роль, о которой он подумал, — спросила Ниоба, — ты это сделаешь?

Клото мгновенно рассвирепела, но потом довольно быстро успокоилась, сообразив, что минуту назад пообещала вести себя сдержанно.

— Не знаю, — прошептала она.

«Совсем как у меня с Хроносом, — подумала Ниоба, — когда я сама была Клото». Играя роль Судьбы, приходилось приносить некоторые жертвы. Нынешняя Клото считала себя свободной женщиной, но ее связывали определенные обязательства.

— А сейчас мы отправимся к Марсу и заручимся его поддержкой, — сказала Ниоба. — Я знала прежнего Марса, он обязательно нам помог бы. С этим я не знакома, и будет лучше, если мое прошлое останется для него тайной; пока мы не разберемся с Сатаной, никто ничего не должен знать. Пусть с ним поговорит сама Клото и предоставит ему возможность действовать.

— У бедняжки Клото так много обязанностей… — тяжело вздохнув, проговорила Клото.

— Хочешь поменяться? — рассмеялась Ниоба.

— Нет.

— Кажется, мы начинаем договариваться, — улыбнулась Атропос.

Клото отправилась на поиски Марса. И нашла его возле границы Ирана и Ирака. Он наблюдал за дикой схваткой — правда, местного значения.

— Эти люди из Вавилона и Персии истинные мои последователи, — с удовлетворением заметил он, увидев приближающуюся Клото. Потом Марс пригляделся повнимательнее. — Клото, ты другая! А та милая девушка из Венгрии устала, ей надоело?

— Она влюбилась, — сказала Клото так, словно Лиза умерла.

— С такими, как ты, это случается часто! — рассмеялся Марс. — Все хорошо, пока не втрескаетесь в какого-нибудь парня, и тогда вы погружаетесь в…

Клото снова рассвирепела и резко произнесла несколько слов по-японски.

— А ты мать поганой собаки, — улыбнувшись, ответил Марс на ее родном языке; по крайней мере таков был смысл — Ниоба и Атропос сумели уловить его в сознании Клото.

Она возмутилась:

— Ты понял!

— Сахарная моя, Война знает все языки, на которых говорят люди! Если хочешь поссориться, давай, ты не ошиблась адресом.

Клото стало не по себе.

— Я пришла попросить о помощи.

— И как чудесно у тебя это получилось, о, цветок Востока! Что я могу для тебя сделать?

Клото объяснила, что все три аспекта одновременно сложили с себя свои обязанности, и потому у новой Судьбы возникли проблемы — ей трудно противостоять козням Сатаны.

— А я оскорбила мастера боевых искусств, которого зовут Самурай, и должна дать ему удовлетворение, прежде чем смогу уговорить его…

— Самурай! Знаю-знаю! Отличный воин, хотя, пожалуй, вряд ли его можно назвать равным тем, чье имя он носит. Принадлежит к старой школе, где гордость стоит превыше всего. Значит, он принял тебя за гейшу!

— Да, — смущенно проговорила Клото.

— А ты лягнула его в задницу при всем классе.

— Да, — едва слышно пролепетала Клото.

— Только кровь может смыть подобное оскорбление!

— Нет! Никакого убийства!

Марс взмахнул мечом, и сражение, бушевавшее вокруг, прекратилось. Пушки смолкли, стихли даже стоны раненых.

— Женщина, из-за тебя он потерял лицо. Тебе известно, что это значит?

— Известно, — мрачно проговорила Клото.

— В том, что касается вопросов чести, этот человек не знает никаких компромиссов. В наше время таких, как Самурай, мало; он живет прежней жизнью в век стали и пластика. Я могу дать ему удовлетворение в том, что касается военного искусства, но только ты в состоянии вылечить его внутреннюю боль, и до тех пор он не сделает то, о чем ты просишь. И не должен. В соответствии с великой традицией, Смерть идет раньше бесчестья.

— Но мы стараемся предотвратить смерть и войну… — Клото замолчала и пристально посмотрела на Марса.

— А я являюсь Войной, — договорил Марс. — Женщина, твой хорошенький ротик, похоже, совсем не дружит с головой. Но я тебя понимаю. Мы с тобой воплощения. Сегодня я сделаю для тебя все, что в моих силах, а когда-нибудь и ты окажешь мне любезность.

— Итак, все мужчины хотят одного и того же! — вздохнув, проговорила Клото.

— Ты распутаешь для меня нити, чтобы облегчить ситуацию, в которой я окажусь, — пояснил Марс. — Именно таким образом воплощения взаимодействуют друг с другом.

— Ой! — Клото залилась краской.

— Причина, по которой женщины предполагают, будто мужчинам нужно только одно, — холодно продолжал Марс, — заключается в том, что они не в состоянии увидеть в мужчинах ничего другого. Женщины не в силах правильно понять определенные вещи — например, что такое честь.

— Неправда! — вскричала Клото.

— Значит, неправда? В таком случае давай поговорим о чести. Ты задела честь Самурая, а следовательно, должна отдать ему свою. Ты, естественно, девственница…

— Откуда ты знаешь? — удивилась Клото.

— Это один из предметов, которые мы, мужчины-сексисты, ценим очень высоко, — заявил Марс. — Теперь ты поняла, какую кровь должна отдать Самураю?

Клото колебалась, она была в ужасе.

— Он прав, — сказала Ниоба.

— Все мужчины так устроены, — поддержала ее Атропос.

— Он ведь тебе нравится, верно? — жестко поинтересовался Марс.

Клото набросилась на него, намереваясь расцарапать лицо.

— И снова она не держит себя в руках, — возмутилась Ниоба.

— Этой девчонке смелости не занимать! — прокомментировала Атропос.

— Я вижу, мы с тобой поладим, — сказал Марс, схватив девушку и оторвав ее от земли. — Люблю, когда красавицы бросаются мне на шею. Ладно, я там буду, помогу тебе. Но все равно в самом конце останетесь только ты и он. Тебе придется решить, насколько сильно ты хочешь исправить то, что натворила. Он хороший человек.

Марс поставил Клото на ноги, отвернулся, и битва возобновилась.

— Пошли отсюда, детка, — заявила Атропос.

Словно в оцепенении, Клото протянула нить и заскользила назад, в Чистилище.

Ниобе стало ее жаль. Всю свою жизнь девушка сражалась за независимость и равенство, и вот теперь ее заставляют играть старую, как мир, роль. Ниоба прекрасно понимала, что сейчас лучше помолчать.

Они перекусили, а потом занялись нитями и Гобеленом. Затем Клото надела брюки, туфли без каблука и простую блузку. Протянув нить, она отправилась в додзе Самурая.

Опустившись перед дверью, Клото увидела Марса. Он был одет в белый джи. Ниоба никогда не знала, каким образом Марс попадает из одного места в другое, но ей казалось, что это каким-то образом связано с его мечом. У каждого воплощения был собственный знак, наделенный особой магией; у Марса