Огр! Огр! - Пирс Энтони - Страница 77

Огр заглянул в яму с обрыва.

— Хо-хо-хо-хо! — загромыхал его голос, заставивший содрогнуться ближние деревья. — Хочу поглядеть, как он будет лететь!

Загремел стоял на дне, устланном голубыми бриллиантами, которые он поначалу принял за гравий. Драконы любят бриллианты — они красивы, тверды и хорошо противостоят огню. Драконы собирали драгоценные камни, и те обрели безумную ценность из-за своей редкости. Загремел знал, что их высоко ценят и в Обыкновении, хотя сомнительно, чтобы драконы и туда добрались.

Драконы особо не церемонились с нежданным гостем. Все пятеро приблизились, выпустив язычки огня, которые опалили растительность гнезда и раскалили бриллианты у ног Загремела, заставив его подпрыгнуть.

Загремел, разозлившийся на себя за собственную глупость, позволившую ему вляпаться в эту историю, — подумать только, его одурачил какой-то глупый огр! — отреагировал с необыкновенной, то есть огрской яростью. Он был не в настроении возиться с мелкими драконами!

Он выбросил вперед обе руки, одетые сталью, и ухватил одного из дракончиков. Помахал им в воздухе и ударил им второго дракончика. Оба монстрика тут же лишились чувств. Ни один дракон той же весовой категории не был огру серьезным противником; преимущество драконам давали только солидные габариты, а этот молодняк таковыми не отличался.

Загремел швырнул обоих драконят во второго огра — пусть не слишком-то торжествует! — и потянулся за следующей парой. Через мгновение оба стали похожи на блестящие тряпочки, которые и обвились вокруг стоящего на краю обрыва огра.

В это время пятый дракончик вцепился в ноги Загремела зубами. Челюсти у него были хорошие, зубки твердые, как алмаз; Загремел почувствовал боль. Он опустил вниз кулак с такой силой, что на черепе драконенка появилась вмятина, затем отодрал настырного забияку от ноги и запустил им в огра.

Смог почти рассеялся, — должно быть, помог поднятый Загремелом ветер. И тут небо закрыла огромная тень. Загремел посмотрел вверх. Это была мама-дракониха, такая огромная, что ее пузо скрыло от его глаз солнечный свет. Не все большие драконы привязаны к драконьей территории! Чтобы отбиться от драконихи, потребовалось бы целое племя огров — а огры Огр-Ограды, разумеется, помогать не станут. Загремела заманили в это гнездо как раз потому, что противник знал — оттуда уже не выбраться.

Но Загремел, успев проклясть тупую темную безмозглость, теперь испытал приступ туповатой гениальности.

— О-о-он! — заорал он, тыча пальцем во второго огра.

Дракониха посмотрела туда, куда показывал Загремел. Там стоял огр с застывшей на морде злорадной усмешкой, рядом валялись пятеро драконят — как ворох блестящей одежды. Он был так доволен, загнав Загремела в ловушку, что даже не подумал о том, как сам выпутается из этой истории. Взяла верх природа огра — неспособность думать более чем об одном предмете. И дракониха решила, что именно он и виноват.

С ревом, столь ужасающим, что стоящие рядом деревья окаменели от ужаса, часть скалы обрыва, отломившись, рассыпалась в пыль, не успев долететь до земли, а несколько алмазов с треском раскололись, изрыгнув язык пламени, который мог обратить деревья в пар, дракониха двинулась к огру.

Огр был глуп, но не настолько, чтобы бездействовать, особенно когда освежающее мысли пламя опаляло его шерсть. Пока дракониха вдыхала и прицеливалась, чтобы точнее произвести второй выстрел, он стряхнул с себя драконят и бросился мордой вперед в яму-гнездо, ткнувшись носом в бриллианты. Контраст был изумителен: совершенная красота камней — и совершенное уродство огра. Выглядело это так, словно он собрался их сожрать.

Загремел не растерялся. В данный момент дракониха представляла собой значительно большую угрозу его здоровью, чем огр. Он выдрал булыжник из стены ямы и швырнул его вверх, в дракониху, пока второй огр поднимался на ноги, стряхивая с себя белые, красные, зеленые, голубые и крапчатые бриллианты. Дракониха обернулась, схватила булыжник зубами, выяснила, что он несъедобен, и выплюнула его.

Загремел вдруг понял, что второй огр пропал. Он пригляделся повнимательнее и заметил торчащую из норы ногу. Булыжник, который он вырвал из стены, чтобы швырнуть в дракониху, закрывал проход, и огр полз по нему, оставив Загремела в одиночку встречать огненный залп. Загремелу это не понравилось, а потому он ухватил огра за ногу и рванул его назад из дыры. Со стен осыпалось еще несколько бриллиантов — черных, желтых, пурпурных, клетчатых и карамельно-полосатых. Через мгновение Загремел держал огра в воздухе и вертел им над головой.

Дракониха готовилась ко всесжигающему залпу. Ее огненный выдох был способен испепелить обоих огров в мгновение ока. Она открыла пасть, выпустив несколько струй, предвестниц сверхжаркого потока; в животе ее рычало.

Загремел разжал руку, запустив огра головой вперед прямо в распахнутую пасть.

Дракониха поперхнулась собственным огнем, поскольку огр был как раз такой величины, чтобы войти в глотку, как пробка. Ноги огра, высовывающиеся из пасти, бешено дергались. Затем в дело пошли обломанные зубы огра — он начал выедать дорогу. Дракониха выглядела пораженной, она явно не знала, как себя вести в подобных обстоятельствах.

Загремел не представлял, чем может закончиться эта схватка. Огонь драконихи был заперт в ней, как в бутылке, а ее собственные зубы не могли как следует ухватить огра, забившего ей глотку, но сил у нее хватало, — возможно, она сумеет избавиться от огра, прокашлявшись или, напротив, заглотив его окончательно. С другой стороны, огр способен за короткое время проесть достаточно длинный проход. Загремел принял разумное решение покинуть ближайшие окрестности.

Но куда ему пойти? Если он и выберется из гнезда, дракониха погонится за ним, и он окажется легкой добычей, не зная, куда удирать. Если же он останется...

— Тс-с-с! — сказал кто-то. — Сюда! Загремел оглянулся. Маленькая нимфа стояла в оставленной булыжником дыре.

— Я воспитывалась в подземном мире, — сказала она. — Я знаю тоннели. Идем!

Загремел оглянулся на дракониху, раздувшуюся от напряжения, и на огра, дергающегося в ее пасти. Она, видимо, собиралась выпалить слегка поджарившегося огра, как снаряд. Загремел не испытывал симпатии ни к одной из сторон, да и вообще вся эта история ему уже надоела. Что ему делать у огров? Это тупые существа, гложущие людские кости!

Люди. Может быть, ему нужны люди?..

— Танди! — вскрикнул он. — Я должен спасти ее от огров!

Нимфа с отвращением посмотрела на него.

— Идиот! — крикнула она в ответ. — Я — Танди!

Загремел присмотрелся к ней. У нимфы были каштановые волосы, голубые глаза и дерзко вздернутый носик. Это действительно Танди! Странно, что он не узнал ее! Однако кто мог догадаться, что эта нимфа и есть его знакомая...

— Лезь сюда, ты, болван! — скомандовала она. — Пока это чудовище не вышибло пробку!

Он последовал за Танди в тоннель. Она повела его по извивающейся дороге в глубь земли. Воздух становился холодным, стены — липкими.

— Дракон охотится здесь за бриллиантами, оставленными моей матерью, — объяснила Танди. — В Ксанфе началась бы чудовищная неразбериха, если бы не моя мать. Драконы пришли бы в неистовство, так же как и все прочие существа, если бы их бриллианты закончились и если бы они не могли найти нужных им камней. Приятно знать, что моя мать бывала здесь! Конечно, это могло быть очень давно. Где-то здесь, возможно, даже начинается дорога к моему дому, хотя мать могла ехать и на землерое, не оставив прохода позади.

Загремел молча следовал за девушкой; болтовня Танди занимала его гораздо меньше, чем оставшаяся за спиной дракониха.

Позади раздался такой звук, словно в скалу вогнали огромный клин. Нет сомнения — дракониха выплюнула огра и теперь готова преследовать двоих беглецов. Диаметр тоннеля был маловат, но драконы — существа длинные, способные растягиваться, особенно бескрылые наземные разновидности, они в состоянии проскользнуть в небольшие отверстия. Дракониха могла также дохнуть огнем и поджарить беглецов. А что еще хуже, она могла сделать и то и другое: гнаться за ними, пока не подберется достаточно близко, а потом использовать их как мишень для своих огнестрельных упражнений.