Свадьба колдуньи - Эш Розали - Страница 29

Он летал по полю с утроенным безрассудством. Верити даже подумалось, что так он хочет дать выход приступу ярости, которую она в нем вызвала. Его резкие повороты казались невозможными, а финты – более агрессивными, чем обычно. В замахах чувствовалась холодная злость – клюшка взмывала в воздух по крутой дуге и безжалостно била по мячу.

– Это впечатляет, – пробормотала Сара, когда перед ними проскакала группа игроков, подняв тучу пыли. – Ты не можешь с этим не согласиться. Верити тупо кивнула.

– Да, действительно…

Ощущение было такое, будто она постепенно каменела изнутри. В перерыве по традиции все высыпали на поле, а Верити, идя рядом с Сарой, думала только о благовидном предлоге, чтобы уединиться. Сара что-то ей говорила, Верити отвечала, почти не слыша подругу, поглощенная той бурей, что кипела у нее внутри.

Может, сказать, что ей надо проследить за буфетом? Но Сару этим не проведешь, она-то прекрасно знает, что теперь их присутствие не является необходимым, все и так идет своим чередом. Ничего не придумав, Верити была вынуждена вернуться на место. В исходе никто не сомневался, команда Люка не оставила противнику никаких шансов. От мысленного спора с Люком у нее начала болеть голова, долго она этого не выдержит. Ей вовсе не хотелось смотреть матч, тем более такой, где Люк блистал. Она чувствовала себя как на дыбе или на допросе с пытками…

Во время перерыва она краем глаза все смотрела на Люка, разговаривавшего с рыжей девушкой, пробравшейся к игрокам. Люк пил минеральную воду из огромной бутылки, небрежно обнимая за шею свою лошадь, а рыжая девица восторженно смеялась его словам. Почувствовав на себе взгляд, Люк обернулся, медленно опустил бутылку и, прищурившись, внимательно посмотрел на Верити. С бьющимся сердцем она поспешила отвернуться.

Вторая половина матча была почти fait accompli. (Делом решенным (франц.).Под восторженные крики публики и возбужденные комментарии громкоговорителя: «Победа у них уже в руках!» – команда Люка буквально громила соперника.

Верити покорно сносила пытку, хотя в голове у нее шумело. Это из-за бренди, подумала она грустно. Для Сары бренди был панацеей от всех бед. Но ничто не могло заполнить тупую пустоту в сердце Верити…

Она буквально на секунду прикрыла глаза, надеясь, что головная боль стихнет, но тут Сара схватила ее за руку. Мгновенно открыв глаза, точно в замедленной съемке, Верити увидела, как игрок из команды противника в нарушение всех правил подхлестнул лошадь Люка и тот, вылетев из седла, с глухим, как в ее кошмарном сне, стуком упал на землю.

Она приросла к скамейке, не в состоянии ни вдохнуть, ни выдохнуть, а сердце ухнуло куда-то вниз. В голове был туман. Повторение трагедии с Эдвардом! Все тот же кошмар!.. Наверное, она спит, это не может повториться…

Но Люк недвижно лежал на поле, а его товарищи, прервав игру, окружили его, как обычно пострадавшего игрока. Объятая ужасом, она вскочила на ноги, не отдавая себе отчета в том, что делает, и услышала пронзительный крик, но уже в следующее мгновение поняла, что это был ее голос. Затем кошмар и действительность смешались и ее закружило в каком-то черном водовороте, так часто снившемся ей за последний год…

Когда Верити открыла глаза, то с трудом сообразила, что сидит, откинувшись на переднем сиденье машины, а над ней с озабоченным видом склонился Люк.

– Люк? – тихо спросила она, чуть приоткрыв глаза, но тут же распахнула их. Несмотря на тяжесть в голове и стук крови в висках, с огромным облегчением она поняла, что он не лежит на поле со свернутой шеей, а радом, целый и невредимый.

– Как ты себя чувствуешь, Верити? – тревожно спросил он.

– Ничего… просто обморок! – Она попыталась выпрямиться, но тут же почувствовала приступ тошноты. Она поскорее зажала себе рот рукой, а Люк схватил с заднего сиденья бутылку с водой и торопливо протянул ей.

– Люк… меня тошнит…

– Все будет хорошо. Опусти голову между коленей.

Он наклонил ее вперед, и она глубоко вдохнула, с облегчением почувствовав, что тошнота отступает, а к голове приливает кровь.

– Все в порядке… Мне уже лучше, – проговорила она, вся дрожа. – Я чувствую себя полной идиоткой! Ты сам сильно ушибся, а заботишься обо мне, как об инвалидке!

– Падение с лошади – обычное явление в поло, – сухо сказал он, с облегчением гладя на ее постепенно розовеющее лицо. – Я просто вылетел из седла, все кости на месте.

– А я думала… – Она даже задохнулась. Она не могла сказать ему, о чем подумала, когда он свалился с лошади, боясь разразиться слезами, и вовсе не была уверена, сможет ли выдержать унизительное объяснение.

– Ты подумала об Эдварде? – подсказал он ей твердым и одновременно нежным голосом. – Тебе показалось, что история повторяется, Верити?

Она медленно кивнула.

– Что-то в этом роде.

Люк выпрямился и серьезно посмотрел ей в глаза.

– Ты хорошо видишь? – спросил он. – Вспомни, какой сегодня день.

Нахмурившись, она сказала:

– Я совершенно compos mentis! Из-за чего весь сыр-бор?

– Саре показалось, что ты ударилась головой о спинку скамейки. Мне удалось убедить ее, что я сам со всем справлюсь.

Рыжеволосая девушка в белом жакете отделилась от небольшой толпы и пробралась к ним через плотные ряды «порше», «БМВ» и «мерседесов», заполнявших стоянку.

Хищно улыбаясь, она смотрела то на Верити, то на Люка.

– Ну как, пробудил спящую красавицу? – спросила она. – Что с тобой было, дорогая? – добавила она, гладя на Верити продолговатыми зелеными глазами. – Перебрала бренди? Все уже в порядке? Люк, тебя ждет шампанское! Пора праздновать победу!

Люк не дал Верити времени что-либо сказать:

– К счастью, все обошлось. Или обойдется, после того как я отвезу Верити домой.

Он наклонился и поцеловал ее в губы, не очень-то торопясь от нее оторваться. Когда же он выпрямился, рыжеволосая девушка стояла с застывшей улыбкой на лице.

– Что ж, прекрасно. Тогда я передам, чтобы тебя не ждали, – сухо сказала она, резко развернулась и, откидывая назад волосы, яростно зашагала по траве прочь.

Поднеся руку к губам, Верити с горящими щеками смотрела на Люка.

– Можно попросить тебя об одном одолжении на будущее? – прошептала она. – Когда в следующий раз тебе надоест очередная любовница, не пользуйся мной как предлогом, чтобы от нее отделаться!

– Dios! – пробормотал Люк, ставя ее на ноги и крепко прижимая к себе.

– Ты что, не в своем уме? Эта девчонка для меня ничего не значит, я даже не помню, как ее зовут, Верити…

Она начала было вырываться, возмущенная его поведением, но Люк припал к ее губам с такой еле сдерживаемой страстью, что она опять чуть не лишилась чувств. Когда он едва заметно ослабил объятия, во взгляде у нее было отчаяние. Она чувствовала себя как начинающий пловец, столкнувшийся с сильным течением.

– А где Сара? – едва слышно прошептала она, сделав последнее усилие вернуться к действительности и избежать нового транса. – Что вообще произошло, пока я была в обмороке, Люк?

– Я встал, отряхнулся, – рассказывал он, гладя слегка дрожащим пальцем ее подбородок, – затем вдруг понял, что я уже далеко не в центре внимания. При падении лошадь получила травму, и я повел ее в стойло, чтобы передать конюху и взять новую, и только тут обнаружил, кто отобрал у меня всеобщее внимание!

– Матч не доиграли?

Он едва заметно покачал головой.

Верити прикусила губу, чувствуя, что закипает от близости и прикосновения его тела. Он крепче прижал ее к себе, но, вспомнив о своей пропитанной пылью и потом амуниции, отодвинулся.

– Боюсь испачкать твое платье, – хрипло пробормотал он.

– Я пришлю тебе счет из химчистки, – прошептала она с едва заметной улыбкой на трепещущих губах. – Люк, я так перепугалась! Как во сне, что преследует меня весь год… Этот кошмар, что заставляет меня чувствовать себя еще более виноватой… Там погибаешь ты, а не Эдвард…

– Желаемое за действительное? – спросил Люк, не сводя с нее потемневшего взгляда.