Возвращение леди Линфорд - Эшли Энн - Страница 7

— Как и портрет, вы не подходите к этому окружению.

— Благодарю вас. Принимаю ваше замечание за комплимент. — Эмили подошла к нему. — Этот дом не в моём вкусе, но мой агент снял его всего лишь на сезон. Я довольно поздно надумала приехать в Лондон, и собственность в более фешенебельных районах была расхватана за много месяцев до того. Однако кое в чём я выгадала. Владелец дома, уехавший за границу, оставил весь персонал.

Виконт кивнул, разглядывая портрет.

— А этот портрет… Он тоже был оставлен вам?

— Нет, сэр. Я привезла его из Сомерсета. Не могу надолго расставаться с ним, как и с моей Элис, — печально сказала Эмили, и виконт пытливо взглянул на неё.

— Ваша родственница, мадам?

— Я называла её тётей, но леди Анна не была моей родственницей. Однако она, можно сказать, вырастила меня. Воспитала, сформировала, как личность. Единственный человек на земле, которого я искренне любила. — На этот раз глаза Эмили засверкали непролитыми слезами. — Она умерла прошлой осенью… и боль потери все ещё очень сильна.

Эмили покачала головой, как будто стряхивая меланхолию, угрожавшую поглотить её, затем сказала со свойственной ей решительностью:

— Идёмте, сэр. Прошлое, со всеми воспоминаниями, и счастливыми, и печальными, невозможно изменить, а нас ждёт чудесный день. Мне не терпится прокатиться верхом.

Виконт последовал за ней на улицу, и Эмили радостно вскрикнула, увидев прекрасного гнедого коня, которого он привёл для неё. Эмили не возразила, когда виконт легко поднял её в седло, и затем они поскакали бок о бок, сопровождаемые его грумом, тактично державшимся позади.

Задолго до того, как они достигли парка, виконт с удовлетворением обнаружил, что Эмили — прекрасная наездница. Она держалась в седле изящно и непринуждённо, ловко управляя далеко не смирным конём.

Они привлекали внимание прохожих, и Эмили не преминула об этом сказать:

— Можно подумать, что мы пара ярмарочных клоунов, милорд!

Он улыбнулся:

— В Лондоне не привыкли видеть меня верхом, мадам. Я чаще пользуюсь двуколкой.

— Значит, я лишила вас любимого удовольствия, сэр. — Она бросила на него один из тех дразнящих взглядов, к которым он уже начал привыкать. — Но не ждите извинений, поскольку вы сами предложили. Нет, — тут же исправилась она, — точнее, вы настояли на верховой прогулке, не так ли? Несмотря на то, что ваша тётя часто говорит о вас, она позабыла сообщить мне о вашем сильном… нет, я бы даже сказала — властном характере.

— Если и так, то я вовсе не огорчён. Наоборот, счастлив, ведь я получил возможность снова наслаждаться вашим обществом. И не отрицайте, мадам, вам тоже эта прогулка доставляет удовольствие.

— Я и не собиралась отрицать, — серьёзно ответила она. — Но милорд, не злоупотребляйте вашей властностью. Я не всегда положительно на неё реагирую и могу отплатить тем же.

Он искренне расхохотался, чем снова привлёк к ним пристальные взгляды, но он их не замечал: прелестная спутница целиком завладела его вниманием.

Восхитительное создание. Озорное и весёлое. Просто находиться рядом с ней — уже счастье. Он прекрасно понимал, почему тётя так полюбила её. Ему она тоже нравится, с самого начала его тянет к ней.

Нет, здесь нечто большее, гораздо большее, чем естественное желание мужчины, вызванное красивой женщиной. Не понимая причин, он чувствовал это странное притяжение. Может, они родственные души? Вполне вероятно. Только здравый смысл подсказывал ему, что их дружба недолговечна и неизбежно закончится вместе с окончанием сезона. Она пойдёт своим путём, он — своим.

У него хватит опыта и мудрости обуздать свои чувства и, когда придёт время, расстаться с ней, сохранив приятные воспоминания и неразбитое сердце, решил он, высокомерно игнорируя внутренний голос, предупреждавший, что рассудительность и опыт — слабое оружие против столь сильного искушения.

Глава третья

Лорд Линфорд перевёл взгляд со сцены на нежную белую шею дамы, сидящей перед ним. Как она очаровательна сегодня в красном платье, в колье с рубинами и бриллиантами!

Большинству женщин с волосами такого цвета, не следует носить красное, но Эмили выглядит великолепно…

Однако, напомнил он себе, она всегда выглядит великолепно, в любом наряде.

Виконт рассеянно обвёл взглядом противоположные ложи и улыбнулся. Когда их компания усаживалась перед началом спектакля, все взгляды были устремлены на них; правда, за прошедшие недели он уже привык к всеобщему вниманию. Где бы он ни появлялся с Эмили — в парке ли, в бальных залах, — они привлекали взгляды и давали пищу для предположений. Его улыбка стала шире.

Закончился первый акт, и занавес опустился. Леди Барнсдейл присоединилась к аплодисментам.

— Разве не чудесно? — воскликнула она, также обводя глазами зрительный зал. — Линфорд, мне кажется, прелестная леди Рейн пытается привлечь твоё внимание, — сообщила она, когда аплодисменты стихли. — Пройди в её ложу и выясни, чего она хочет. Можешь взять с собой Чефи.

Линфорд покорно поднялся.

— Идёмте, Чефи. Нас прогоняют.

— А? Что вы сказали?… О, конечно, мой мальчик. Я иду с вами. Не откажусь поразмять ноги.

— Полагаю, этот старый мошенник спал, — выразила своё мнение леди Барнсдейл, когда вышеупомянутый джентльмен покинул ложу.

— Но, мадам, вы силой затащили его в театр, — заступилась Эмили за Чефингема.

— Ради его же блага. Он слишком много времени проводит за карточными столами. Кроме того, я не хотела идти только с вами и Линфордом. Что я вам — дуэнья?

— Хетти, мне не нужна дуэнья. Я вполне способна сама позаботиться о себе. И Линфорд не представляет для меня никакой угрозы, уверяю вас.

Леди Барнсдейл озадаченно нахмурилась. Хотя эти слова были произнесены достаточно беспечно, ей послышался в них скрытый смысл. Повернув голову, она уставилась в ложу напротив, куда только что вошёл племянник, и хмурость её испарилась.

Ну и хитрец! Только призвав на помощь всю свою волю, она смогла сдержать смех.

Несмотря на то, что племянник много времени проводил с Эмили, казалось, что между ними расцветает лишь крепкая дружба. Вероятно, ему удалось обмануть бомонд, но её-то он не одурачит. Только понимает ли он сам, насколько сильны его чувства к Эмили?

Она снова погрузилась в размышления. В чувствах своей очаровательной подруги она не была так уверена. Эмили явно наслаждалась обществом Линфорда, но столь же явно было её безразличие к тому, рядом он или нет. Эмили никогда не вспоминала о нём в его отсутствие. Если имя Линфорда и возникало в беседе, то вспоминала о нём его тётя. Странно, нахмурилась леди Барнсдейл. Неужели это тот случай, когда с глаз долой — из сердца вон? Или Эмили просто пытается проявлять здравый смысл, и не давать волю чувствам, поскольку нет надежды на развитие, её отношений с Линфордом?

Да, суть дела именно в этом. Линфорд все ещё полон, решимости выяснить, что сталось с его женой. Но даже если он узнает, что жена умерла, Эмили всё равно не сможет выйти за него замуж. Леди Барнсдейл вздохнула. Какой жестокой и несправедливой бывает судьба! Вот два молодых человека, буквально созданных друг для друга, и оба скованы браками, заключёнными не по любви.

— Я получила огромное удовольствие от сегодняшнего вечера, — сказала Эмили, прерывая унылые мысли подруги. — Я наслаждалась каждым днём сезона. Как жаль, что он подходит к концу.

Леди Барнсдейл улыбнулась:

— Я тоже сожалею, дорогая. Давно я так не развлекалась и очень огорчена нашей скорой разлукой. В конце недели, я уезжаю.

— Ах да! Я как раз собиралась поговорить об этом, — сказала Эмили, разглаживая едва заметную складку на своём роскошном платье. — Если приглашение ещё в силе, я бы с удовольствием посетила бракосочетание вашей племянницы и погостила у вас перед возвращением в Сомерсет.

Леди Барнсдейл пришла в восторг. Она пригласила Эмили вскоре после их знакомства, но получила уклончивый ответ.