Первый бал - Эшли Энн - Страница 30

– Вы действительно не очень заняты, Сара? Я вполне могла бы найти себе занятие сама до тех пор, пока не вернутся наши любители путешествий. Вам ведь теперь придется уделить внимание еще и миссис Фэннер, и графине.

– Разумеется, и я с удовольствием покажу вам и дом и окрестности.

После такого заявления Верити уже не испытывала угрызений совести и в течение следующих нескольких часов неторопливо изучала комнаты этого дома, который был воплощением элегантности и комфорта. Короткий визит в детскую позволил ей познакомиться с Хьюго Рэвенхерстом, громогласным двухлетним карапузом, который уже проявлял несомненные признаки унаследованной знаменитой хмурости своего отца, а также с новым членом семьи, крепко спящим в колыбельке. Экскурсия закончилась в библиотеке – убежище хозяина дома. Эта комната, казалось, носила отпечаток личности своего владельца: солидного, надежного и мужественного.

– Брин был тут утром, – заметила Сара, сморщив нос, и распахнула одно из окон, чтобы проветрить помещение. – Он приобрел привычку курить эти ужасные манильские сигары, когда был на Пиренейском полуострове, а Маркус потакает его слабости.

Верити слушала вполуха. Ее внимание было приковано к портрету хозяев дома, висевшему над камином. Она не смогла сдержать легкой улыбки, вспомнив портрет Маркуса Рэвенхерста в галерее. Тот портрет был написан, как она предполагала, несколько лет назад. На этом портрете его черты казались не такими суровыми и выглядел он как человек, довольный своей жизнью.

– Мне кажется, вы сделали своего мужа более мягким, Сара, – заметила Верити.

– Это очень хороший портрет. – Любовь, которую Сара испытывала к мужу, светилась в ее глазах. – Да, он изменился в течение прошедших нескольких лет. Он стал гораздо терпимее, но это не только моя заслуга. Дружба с Брином многое значит для него. Они скорее похожи на братьев!

– Это довольно странно при том, что они знакомы не так давно. Хотя... – Верити задумчиво уставилась в пространство, – мне кажется, есть люди, которые инстинктивно тянутся друг к другу. Так и случилось, когда Брин поправлялся тут после своих ран, полученных в Бадахосе.

– Вы это знаете?.. Ну конечно, Брин, должно быть, рассказывал вам. Какая я глупая!

– Нет, Брин мне не рассказывал... Вы рассказывали. – Верити рассмеялась, увидев изумление на хорошеньком личике Сары. – Да, Сара, – повторила она, – в каком-то смысле это были вы. Вы несколько раз писали дедушке Брина, как идет выздоровление его внука. Как вы, вероятно, помните, Артур Бринли и сам занемог. Он был так болен, что не мог выдержать поездки в Оксфордшир, у него быстро падало зрение. Я навещала его, чуть ли не каждый день, читала ему ваши письма и писала под его диктовку ответы.

– Господи! – ошарашенно пролепетала Сара. – И все это время Брин считал... – Она не договорила, потому что дверь отворилась и вошел дворецкий, чтобы сообщить, что обед готов и леди Уэстбери и миссис Фэннер направляются в данный момент в столовую.

Сара и Верити присоединились к ним. Миссис Фэннер полностью оправилась от своей головной боли, а поскольку графиня была более искушенной в искусстве ведения беседы, чем ее дочь, обед прошел очень непринужденно.

Они сразу же перешли в маленькую гостиную, где потекла беседа о том, как эффективно управлять большим домашним хозяйством. Верити без особого энтузиазма отнеслась к теме, которая ее мало занимала, и все чаще поглядывала в окно на роскошный парк, простиравшийся вверх от дома по склону. День был теплый и сухой, и как только Верити почувствовала, что сможет откланяться, не боясь показаться невежливой, она ускользнула наверх, чтобы взять шляпку и зонтик.

Дойдя до озера, она решила посидеть немного на невысокой насыпи, обрамляющей сверкающую гладь воды. Озеро казалось таким тихим, таким умиротворенным. Верити могла понять, почему Сара Рэвенхерст с удовольствием остается здесь из месяца в месяц. Хотя, как она подозревала, та будет счастлива везде, если рядом ее муж.

Найдет ли Верити свое счастье? Сможет ли она полюбить когда-нибудь мужчину такой преданной любовью, с которой Сара любит своего мужа? Вплоть до последних нескольких недель она бы ответила твердым «нет». Но теперь она не была так уверена.

Что-то определенно произошло с ней после того путешествия в почтовой карете. Она изменилась. Она чувствовала странную неудовлетворенность своей судьбой, словно в ее жизни отсутствовало что-то очень важное, словно ей чего-то не хватает.

Верити неуверенно покачала головой. Она знала только то, что, когда рядом с ней был ее кучер, она испытывала блаженное чувство восторга. Но как редко это случалось!

Верити рассеянно вертела в руках зонтик, отчего украшающие его кисточки кружились в прелестном танце. Никогда еще она не встречала такого человека, как кучер. Временами он приводил ее в ярость, но никогда ни с кем ей не было так хорошо. Чего нельзя было сказать ни об одном из других ее знакомых молодых джентльменов. Нет, это не совсем так, поправила она себя. Ей не было скучно и в обществе Брина. И он тоже, как и кучер, имел неприятную способность необыкновенно раздражать ее временами... Как странно! Такое удивительное сходство...

– Ах, вот вы где! Подумать только, я как раз утром предупреждал Сару о том, что вы можете заблудиться.

Верити с раздражением повернула голову и увидела Брина, который широким шагом спускался к ней по склону.

– Не знаю, как вам это удается, но вы умудряетесь постоянно возникать из ниоткуда каждый раз, как только я...

Верити резко замолчала, но по тому, как подозрительно блеснули его глаза, она поняла, что он догадался о том, что чуть было не сорвалось у нее с языка.

– И как я могу заблудиться, когда до дома рукой подать! – раздраженно закончила она.

Не дожидаясь приглашения, Брин растянулся на траве рядом с ней. Скрестив ноги и заложив руки за голову, он так безмятежно расположился, что Верити поняла: намек на то, что его общество нежелательно, вряд ли поможет ей избавиться от него. Поэтому она просто вежливо осведомилась о том, как прошла поездка.

– Было очень интересно, – последовал немногословный ответ.