Тигровая лилия - Эллиот Элизабет - Страница 23

– Его больше нет? – с надеждой спросила она. Герцог потер подбородок, ощутив под пальцами катышки из пыли.

– Кажется, я ошибся. Там не было паука.

Ее испепеляющий взгляд чуть не прожег его насквозь. Боже, как же она была хороша, когда сердилась! Ее стоило подразнить, чтобы увидеть, как эти карие очи мечут молнии, как волнуется высокая грудь. Она яростно перекинула свою густую спутанную гриву за спину и, резко развернувшись, вылетела из комнаты. Необыкновенное, загадочное создание. То – королева, то – озорной сорванец. Он никогда не знал, чего ждать от нее в следующую минуту.

Совершенно забыв о том, что он только что опасался быть погребенным под обломками, герцог прислонился к клавесину спиной, задумчиво глядя на дверь. Улыбка на его лице постепенно сменилась хмурой озабоченностью. Какой бы он ни представлял себе Лили Уолтерс раньше, женщина, которая сейчас вышла из этой комнаты, не имела с тем образом ничего общего. Любуясь все эти годы ее красотой, он отнюдь не обольщался относительно ее ума и душевных качеств. То, что он обнаружил, повергло его в изумление. За маской легкомысленной глупенькой красавицы таился блестящий острый ум, так тщательно скрываемый, что ему лишь на какое-то мгновение открылась настоящая Лили.

Так что же скрывала она под маской простодушной дурочки?

6

Сэр Малкольм Байнбридж откинулся на спинку кареты и положил руки на резной набалдашник трости. Хотя его волосы давно поседели и под большими усами скрывались глубокие морщины, проницательные голубые глаза сверкали по-прежнему молодо.

– Наемные экипажи становятся год от года хуже, вы не находите? – спросил он у своего попутчика. – Чувствуете, как тут пахнет? Словно кто-то разлил целый галлон рома.

– Да Бог сними, с экипажами, – отозвался граф Кроффорд. – Я сейчас вообще ни о чем не могу думать. Вы себе не представляете,как я был огорошен известием о том, что вы, оказывается, в туже ночь, когда состоялся бал у Эшландов, уехали из Лондона. Именно в эту проклятую ночь!

Байнбридж сочувственно кивнул.

– Послание, расшифрованное Лили, потребовало от меня срочного отъезда. Я только вчера получил ваше письмо и вернулся сразу, как только позволили обстоятельства.

Граф Кроффорд провел рукой по волосам и издал тяжелый вздох,

– Простите, Малкольм, за некоторую назойливость. Но эта история не дает мне спать по ночам.

– Не нужно извинений, мой друг. Я понимаю ваше беспокойство. Теперь, когда Лили в безопасности в Брайтоне, я предприму все возможное, чтобы покончить с этим. Мы обязательно схватим этого человека, он понесет должное наказание. Если же это французский шпион, то мы удвоим меры предосторожности, чтобы исключить всякий риск – и для вас, и для леди Лилиан.

– К сожалению. Лили находится не в Брайтоне, – вздохнул граф и поведал другу о том, что произошло уже после того, как он отослал сэру Малкольму письмо.

Байнбридж был поражен предприимчивостью герцога Ремингтона, не позволившего Лили ехать к тетке в дилижансе, но отнюдь не обеспокоен. А при рассказе о замечательной беседе, что состоялась между графом и Ремингтоном наутро в клубе, он даже улыбнулся.

– Могу себе представить, что Ремингтон подумал о вас по поводу этой истории с тетушкой Амелией.

– Это еще не самое худшее, – ответил граф с тяжелым вздохом. – Я был вынужден согласиться с его предложением спрятать Лили у него, в его лондонском доме. Он просто не оставил мне другого выхода. И теперь она там, прямо в логове самого отъявленного распутника в Лондоне. Если этот ловелас и впрямь так опасен для женщин, как говорят…

Байнбридж нетерпеливо прервал его, постучав тростью по полу экипажа:

– Успокойтесь, Кроффорд. Все не так уж плохо. Я полагаю, вы потребовали от герцога каких-нибудь гарантий в отношении вашей дочери?

Граф Кроффорд похлопал перчатками по ладони.

– Разумеется, я потребовал гарантий. Он дал мне слово чести.

– Что ж, этого достаточно. Если он дал вам слово, значит. Лили ничего худого не угрожает. Я даже думаю, что в доме Ремингтона она в большей безопасности, чем была бы в Брайтоне.

– Ну это как сказать, – резко возразил граф. – Не думаю, что вы или я знаем его настолько хорошо, чтобы определить, в какой мере мы можем ему доверять.

– Ну, я-то точно знаю, в какой мере могу ему доверять. – Взгляд сэра Малкольма стал более серьезным, он предостерегающе понизил голос. – Мы с вами давние друзья, Кроффорд. Вы один из немногих, кому я доверяю безоговорочно. То, что я сейчас вам скажу, должно остаться строго между нами. – Он дождался, пока граф согласно кивнул, затем продолжил: – Ремингтон время от времени тоже работает на меня. У него есть корабль, который может совершать любые рейсы и по первому же требованию. Экипаж корабля выше всяких похвал, я еще нигде не видел столь умелой и ловкой команды. Помимо того, они доставляют моих тайных агентов и их депеши как на вражескую территорию, так и оттуда. И еще они выслеживают корабли контрабандистов, дабы убедиться, что они везут груз не более опасный, чем французское вино или кружева.

– Великий Боже, как же вам удалось залучить герцога Ремингтона?

– Он сам вызвался помогать нам.

Граф несколько минут молча обдумывал это невероятное сообщение, затем с сомнением произнес:

– Я уверен, что в вашей секретной организации герцог проявил себя наилучшим образом, и не сомневаюсь, что в его доме Лили ничто не угрожает, и все-таки… Эти его бесконечные скандальные интрижки с женщинами. А я, можно сказать, добровольно отдал ему в лапы собственную дочь. Вы действительно уверены, что он сможет устоять перед искушением?

– Герцог Ремингтон никогда не соблазнит невинную девушку.

– Может быть, – задумчиво сказал граф Кроффорд. – Ну а что вы скажете относительно Маргарет Грэнджер? Я уверен, он не собирается на ней жениться.

– Маргарет Грэнджер – это моя вина, – признался Байнбридж. – По моему поручению он занимался контрабандистами, которые орудовали недалеко от Дувра. Они доставляли сюда отнюдь не коньяк, а французских шпионов. Прежде чем захватить корабль предателей, мы должны были выследить шпионские контакты здесь, в Лондоне. Мы уже знали, что во главе всей этой контрабандной операции стоит один из пэров Англии, человек, состояние которого два года назад внезапно сказочно возросло. Получив эту информацию, я должен был найти человека, который мог бы достаточно близко подобраться к предателю, а вернее будет сказать, к его дочери.

– Лорд Грэнджер!

Байнбридж кивнул.

– Дочери ничего не известно о тайной деятельности отца, однако на правах поклонника герцог Ремингтон получил возможность часто бывать в поместье Грэнджера возле Дувра. Ему удалось собрать более чем достаточно сведений, позволяющих разоблачить и призвать к ответу этого человека, но мы хотели бы выяснить и лондонские связи Грэнджера, прежде чем накрыть всю их шпионскую сеть. Так или иначе, Маргарет Грэнджер нам больше не требуется. Ремингтон собирается покончить с этой историей, чтобы никто, в том числе и сама Маргарет, не мог заподозрить его в причастности к разоблачению лорда Грэнджера, когда тот предстанет перед судом. Полагаю, Ремингтон постарается устроить так, чтобы Маргарет сама отвергла его, чтобы его внезапное охлаждение не выглядело слишком уж подозрительно. Однако не уверен, что Маргарет так просто отпустит его. Ведь она мечтает сделаться герцогиней.

– Грэнджер – предатель. – Граф Кроффорд покачал головой. Они были членами одних и тех же клубов, даже Итон окончили одновременно. Хотя он никогда не был особенно близок с лордом Грэнджером, эта новость буквально ошеломила графа.

– Что с ним теперь будет?

– Многое зависит от самого Грэнджера. – Лорд Байнбридж взмахнул рукой, как бы отметая дальнейшие расспросы. – Не о нем сейчас речь, а о безопасности вашей дочери. Лично я не знаю человека более надежного, чем герцог Ремингтон. Я знаю, что говорю, и советую вам отбросить все свои страхи. А для полного вашего спокойствия дам понять Ремингтону, что она у меня на особом счету.