Рыцарь - Эллиот Элизабет - Страница 3

— Как бы нам не попасть в ловушку, — прошептал Фитц Элан.

Кенрик кивнул. Да, положение не из легких. Редкая роща позади надежным прикрытием служить не могла. Если кто-то решится устроить засаду, то схватить их сейчас не составит труда. Но Кенрик намеревался довести дело до конца, и доводы Фитц Элана решения его не изменят. Ведь он выполняет волю самого короля.

— Все-таки следовало взять хотя бы несколько человек, чтобы они могли прикрыть нас сзади, — продолжал Фитц Элан.

Кенрик не ответил. Он не отрывал глаз от кустов. Они росли в овраге, ведущем к башне. На фоне этих кустов обозначились неясные очертания двух фигур в плащах. Их появление сопровождалось слабым скрипом снега. Значит, несмотря на опасность, они все-таки пришли. Кенрик вгляделся. Один из путников был высокий и широкоплечий, второй — маленький и забавно толстый. «То-то бы посмеялись мои солдаты, — подумал Кенрик, — когда бы увидели, чем меня наградил король. Значит, пять лет войны в Уэльсе, тяготы, о которых лучше не вспоминать, и за рее за это вот такая награда?»

— Может, лицом она будет получше, чем фигурой, — прошептал в темноте Фитц Элан. Было ясно, что он улыбается. — Комплекция у этой дамы, конечно, примечательная — настоящий колобок.

Человек впереди настороженно поднял голову, словно почуяв опасность. Держась в тени деревьев, Кенрик медленно двинулся к кустам. Следом осторожно крался Фитц Элан. Навстречу им к условленному месту пробирались две фигуры. Когда они остановились, две группы разделяло всего десять шагов.

— Дядя Иэн, а что, если мы попадем в засаду?

Мягкий, мелодичный голос принадлежал колобку. И слова эти Кенрика порадовали. Это хорошо, что незнакомцы разделяют его опасения.

Женщина откинула капюшон и тревожно оглянулась.

— Он не пришел — это ясно. Дядя, нам надо бежать отсюда, пока не поздно.

В тот же момент она ахнула, а ее дядя выхватил меч из ножен.

— Положите свой меч за землю, сэр Дункан. Только не торопитесь, — приказал Кенрик.

Иэн Дункан не шелохнулся. Выражение его лица Кенрику разглядеть не удалось.

— Делайте, что я вам сказал. — Кенрик приставил конец меча к боку женщины. — Иначе я проткну ее насквозь.

Иэн положил оружие на землю и притянул племянницу к себе. Затем кивнул в сторону Фитц Элана.

— Вы должны были прийти один.

— Это мой человек, ему можно доверять, — ответил Кенрик. — Фитц Элан, приведи коней.

— Леди Ремингтон поедет со мной, — произнес Иэн, прижимая девушку к себе. — Я оставил своего коня в миле отсюда.

— Ваш конь здесь. — Кенрик поднял меч Иэна и убрал в ножны свой. На девушку он смотреть избегал. Даже если у нее окажется миловидное лицо, при такой полноте… — Мы едем в Кельское аббатство, это должно произойти там.

— Надеюсь, вы готовы выполнить то, о чем договорились? — спросил Иэн.

Наступила тягостная пауза, пока наконец не прозвучал твердый ответ:

— Да. А вы можете оставаться в аббатстве, пока патрули из Ленгстона не перестанут рыскать по округе.

— Я сегодня же вечером возвращусь в Шотландию, — перебил Иэн.

— Зачем нам ехать в Кельское аббатство? — спросила леди Ремингтон. Ее шепот заглушался тяжелым капюшоном.

— Потише, Тэсс, — проворчал Иэн. — Ага, вот и кони. Будь умницей и положись на меня. А теперь нам следует поторопиться.

— Хорошо, дядя, — покорно согласилась Тзсс. Появился Фитц Элан с конями. Иэн посадил на лошадь несуразно большую девушку, а потом сам легко вспрыгнул в седло и уселся позади нее. Очень тихо они двинулись вперед по лесной дороге. Копыта коней были обмотаны тряпками. В данный момент патруля из Ленгстона им опасаться не следовало, но лес этот был родным домом для всякого сброда. Королевские дороги контролировали банды грабителей. Но об этом Кенрику думать было некогда — кончалась ночь, и сейчас была дорога каждая минута.

А Тэсс Ремингтон о грабителях вообще на вспоминала. Сердце ее сжималось от ужаса, когда она представляла, что сейчас, вот в этот самый момент, распахиваются ворота крепости и в погоню за ними устремляется отряд стражников. Обнаружив ее исчезновение, отчим придет в ярость. При одном только воспоминании о Данморе Мак-Ли у Тэсс кровь в жилах застывала. А по внешности этого шотландца ничего плохого о нем не скажешь. Высокий, статный, с кустистыми бровями и посеребренными сединой висками — в общем, очень благородный вид. Но Тэсс, возможно, больше чем кто-либо еще, знала, что за этим респектабельным обликом скрывается хладнокровный и безжалостный убийца. Этот монстр женился на ее матери всего через неделю после смерти отца. Очень подозрительной смерти. Ну а потом, спустя месяц, мать якобы случайно оступается на узкой лестнице башни замка, после чего навсегда успокаивается на Ремингтонском кладбище. Многим было известно, что она намеревалась подать петицию королю Эдуарду с просьбой аннулировать брак, и Данмор Мак-Ли не исключал, что король удовлетворит ее прошение. Вот так в короткий срок ему удалось прибрать к рукам Ремингтон и стать его полновластным хозяином.

Тэсс не переставала удивляться тому, что все эти годы король Эдуард на деяния Мак-Ли не обращал никакого внимания. Возможно, всему виной война в Уэльсе, которую вел король, а также его нелады с церковью и бесконечные распри между баронами. Где тут еще думать о бароне Мак-Ли. К тому же, тот и жил довольно далеко. Тэсс угнетала мысль, что король совсем забыл о ее существовании, а у нее не было никакой возможности предстать перед ним и подать жалобу. Данмор Мак-Ли утвердился в Ремингтонском замке, а Тэсс, законную наследницу всех земель, вот уже пять лет как держал взаперти в отдаленной крепости Ленгстон.

Только совсем недавно ей случайно удалось обнаружить тайный подземный ход, который вел прямо из спальни в овраг за стенами замка. По-видимому, его назначением была возможность спастись от врагов в случае осады. Вот и Тэсс тоже сейчас спаслась от врага. А Данмор Мак-Ли был коварный и опасный враг, и у него относительно ее судьбы были далеко идущие планы.

Спустя два часа группа спешилась у главных ворот Кельского аббатства.

Тут же, как по мановению волшебной палочки, отворилась маленькая дверца и на пороге возник монах в длинной рясе с капюшоном. Он высоко поднял фонарь. Более рослый из тех двоих, что встретили их в лесу, приблизился, чтобы монах мог рассмотреть его лицо. Монах кивнул и молча повернул, направившись в темень.