Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Страница 10

Пальцы ее лежали на руке графа, твердой и неподвижной. Другой рукой Редмонд накрыл сверху ее ладонь, точно боялся, что она убежит. Как же сильно отличалась эта рука от сухощавой руки Дэймона! Почему-то только сейчас она поняла, как бесплодны были все ее по пытки переменить свою участь.

О боже! Ей нельзя думать о Дэймоне. Только не сейчас!

Утром он зашел к ней в последний раз. Соланж была уже почти готова, многочисленные служанки старательно делали вид, будто помогают ей одеваться. Ей вовсе не требовалось столько помощниц, и она прекрасно понимала, что они просто следят за ней по указанию отца.

Соланж молча принимала их навязчивое внимание, слушала их болтовню. Вся эта суета нисколько ее не трогала. Она покорно позволяла им пересмеиваться, трогать ее, поворачивать в разные стороны, словно была деревянной куклой. Они расправили складки платья, надели на ноги Соланж атласные туфельки, украсили ее браслетами, кольцами, ожерельем, умастили тело благовониями, которыми она обычно никогда не пользовалась. Соланж молчала.

Из коридора донеслись мужские голоса, и среди них она тотчас распознала один – голос Дэймона. Дверь распахнулась, и женщины, завизжав, торопливо окружили Соланж. Дэймон легко оттолкнул возмущенного стража и вошел в комнату. Окинув взглядом служанок, указал рукой в сторону двери.

– Оставьте нас, – сказал он.

Женщины не двинулись с места, лишь обменялись испуганными взглядами. И тогда Соланж, оттолкнув их, разорвала кольцо и вырвалась из их цепких рук.

– Все в порядке, – сказала она служанкам. – Уходите. Можете подождать за дверью.

– Мы не должны оставлять тебя одну. Так велел маркиз, – важно заявила главная служанка.

– Я и не буду одна. Со мной останется маркиз Локвуд. Уходите.

Никто не двинулся с места.

– Милосердные небеса! Да что же может случиться? В окно я выпрыгну, что ли?

Служанки пошептались и под сердитым взглядом Соланж все-таки попятились к двери.

– Одну минутку, госпожа! – крикнула, было, главная служанка, но тут Дэймон захлопнул за ней дверь.

Соланж и Дэймон молча смотрели друг на друга. Она была в нижнем платье из тонкого хлопка и кружев. Руки ее были унизаны браслетами из золота и жемчуга. Его кольца у нее на пальце не было.

– Не молчи! – потребовал он низким от гнева голосом. – Скажи мне, что это всего лишь какая-то уловка, чтобы увернуться от венчания.

Она отвернулась и подошла к своему подвенечному платью.

– Боюсь, что это не уловка, – тихо сказала Соланж, проводя ногтями по алому бархату, отчего на ткани оставались узенькие бороздки.

Дэймон решительными шагами подошел к ней и с силой повернул к себе.

– Что же ты тогда творишь? Неужели ты и впрямь собралась стать женой Редмонда? И это после всего, что было между нами прошлой ночью?

Соланж не шелохнулась.

– Да, Дэймон, я стану его женой. Нынче утром ко мне приходил отец. Он убедил меня не противиться этому браку. Мне жаль...

– Жаль?! Тебе жаль?! Какой дьявол обуял тебя, Соланж? Ты не можешь выйти замуж за этого ублюдка! Ведь ему нужны только твои деньги и земли, и ты это прекрасно знаешь! Он же не любит тебя, Соланж.

Дэймон крепко сжал ее плечи, стараясь заглянуть в глаза, чтобы прочесть в них правду. Но что-то изменилось в ней – появилась какая-то неправда, которую он не мог постичь.

– Любовь не имеет отношения к браку, – сказала она. – Я хорошо понимаю, что графа больше интересует мое приданое, нежели я сама. Но это неважно. Отец напомнил мне о моих обязательствах перед Айронстагами. Этим союзом я укреплю наш род, а это имеет огромное значение. – Соланж пожала плечами. – Нельзя бороться с судьбой. Моя судьба решена.

– Что ты творишь?! – прохрипел он. – Я не верю ни одному твоему слову!

– Дэймон, прошлой ночью мы оба совершили ужасную ошибку. Если бы я хорошенько подумала, я бы не стала тебя беспокоить. Просто я была в растерянности и бросилась к тебе за помощью. Ты ведь всегда был мне старшим братом. Я привыкла полагаться на тебя.

Эти слова поразили Дэймона в самое сердце, на что и рассчитывала Соланж. Она высвободилась из его рук, отошла к ночному столику и, взяв там что-то, грациозно двинулась к Дэймону – изящная, точно лебедь, плывущий по воде. В протянутой ладони лежало подаренное им кольцо.

– Забери его, – сказала Соланж. – Я не могу его принять.

Жизнь Дэймона рушилась, распадаясь на осколки, и эти осколки ранили его душу до крови. У него перехватило горло, в глазах помутилось. Итак, Соланж сделала выбор. Он не может драться за нее, если она его не хочет. А ведь он всегда был готов отдать за нее жизнь!

Она отвергла его любовь – и ради кого?! Словно не видя протянутой руки, он схватил Соланж за талию и грубо притянул к себе. Она попыталась вырваться, но Дэймон успел схватить ее за волосы и, запрокинув голову, впился поцелуем в губы.

Кольцо выпало из ее руки, бесшумно покатилось под кровать и затерялось в пестром узоре ковра.

Дэймон вложил в этот поцелуй весь свой гнев, всю боль, что терзала его сердце. Он пытался вернуть прежнюю Соланж, призывая ответить на его страсть.

Соланж беспомощно уронила руки, чувствуя пьянящее желание, которое пробуждал в ней Дэймон. Дэймон... Ее единственная любовь. Как хотелось сдаться, покориться этим бушующим волнам страсти, забыть обо всем и ответить на его поцелуй. Но она не смела... Она понимала, что его жизнь сейчас зависит только от нее.

Дэймон прижался губами к ее шее, и от этого прикосновения Соланж задрожала.

– Я тебе не брат, и ты это знаешь, – хрипло прошептал он. – Бежим со мной! Бежим, и ты станешь моей женой!

Он не видел, как исказилось от боли лицо Соланж, как приоткрылись губы в беззвучном горестном крике. Она знала, что бежать бессмысленно, их все равно схватят, и тогда ее насильно выдадут за графа, а Дэймона...

– Соланж, ты нужна мне. Ты нужна мне вопреки всему, что ты сейчас наговорила. – Дэймон легонько встряхнул ее и снова прижал к себе. – Пойдем со мной. Мы будем вместе...

– Нет! – Соланж с силой вырвалась из его объятий. – Ты просишь слишком многого! – Она отбросила дрожащей рукой волосы и лихорадочно добавила: – Ты не стоишь такой жертвы, Дэймон! Я не хочу тебя. Пожалуйста, уйди.

Лицо его смертельно побледнело. Он замер, безмолвно глядя на Соланж.

– Мне очень жаль, Дэймон. Я должна приготовиться к свадьбе. Уходи. – Соланж чувствовала, что силы покидают ее.

Все рушилось, разбивалось на мелкие осколки – их прежняя, беззаботная жизнь, мечты о счастливом будущем...

– Прошу извинить меня, – ровным, безжизненным тоном сказал Дэймон. – Я не хотел беспокоить вас.

Он развернулся и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Соланж стояла неподвижно среди осколков своей мечты. На миг она даже испытала гордость за то, что так хорошо сумела сыграть свою роль, но тут же рыдания, которые она так долго сдерживала, вырвались наружу. Девушка бросилась к постели и упала лицом в мягкие шкуры.

Чьи-то руки касались ее плеч, тихие голоса умоляли встать и успокоиться.

Соланж собралась с силами и подняла голову. Ее глаза лихорадочно блестели.

– Все хорошо. Я готова.

И свадебная церемония началась. Граф Редмонд произносил клятвы сладкозвучным голосом. Женщины вздыхали. Соланж смотрела на него отрешенно, не замечая, как сильно он стискивает ее пальцы.

Потом священник повернулся к ней, и Соланж механически повторила за ним слова клятвы. Мысли ее парили в заоблачных высях, пролетали над золотыми полями.

Она говорила так тихо, что паства невольно подалась вперед, чтобы разобрать слова. Редмонд тоже внимательно вслушивался в безжизненный голос невесты.

Ну что ж, это не беда. Уж он-то знал, как ее оживить.

Наконец священник благословил их и объявил мужем и женой перед лицом господа.

Редмонд повернулся к невесте и пальцем приподнял ее подбородок. Она посмотрела на него отрешенно, словно не сознавая, что происходит. Граф поцеловал ее в губы. По церкви пробежал одобрительный шепот. Редмонд поднял голову и одарил собравшихся довольной улыбкой. Растроганные женщины утирали слезы. Мужчины явно радовались, что церемония подошла к концу и можно приступать к пиршеству.