Год и один день - Эдвардс Мэриан - Страница 57

— Господин, — священник умоляюще взглянул на короля, — ты же все знаешь. Объясни лэрду Кэмпбеллу.

— Думаю, лэрду Кэмпбеллу нужны ответы, а не объяснения. Однажды я уже остановил его руку и больше не стану этого делать. Если хочешь вкусить еще час жизни, лучше отвечай ему без утайки. — Король повернулся спиной к священнику и отошел в дальний угол комнаты. Алек понял, что этими действиями король хотел подчеркнуть, что он не будет вмешиваться.

— Фра Джон, — начал Алек, поднося кинжал к серому от страха лицу священника, — кого еще, кроме короля Эдгара, ты посвятил в свое открытие?

Священник в ужасе смотрел на кинжал. Он даже попытался перекреститься, словно для того, чтобы отогнать нечистого.

— Кого? — От громового голоса Алека священник подпрыгнул на месте.

— Одного своего друга, — запинаясь, пробормотал фра Джон, — с которым мы вместе росли. — Лезвие придвинулось ближе.

Алек приставил лезвие кинжала к горлу священника.

— Кому служит твой друг?

Священник стиснул зубы, попытался отстраниться от острия. Его сопротивление укрепило подозрения Алека. Но он должен был знать наверняка, должен был услышать имя. Он вдавил острие в податливую плоть, и на коже священника появились капли крови.

— Кому?

— Лорду Уэнтворду, — выдохнул фра Джон.

Когда Алек убрал кинжал, он схватился за горло и без чувств рухнул на топчан.

Алек с отвращением вытер кровь труса о его же собственную одежду, дождался, пока тот слегка очухается, и тихо спросил:

— Когда ты отправил послание?

— Три дня назад. Я передал пергамент с лудильщиком, направлявшимся на юг.

Алек с трудом поборол желание покончить с омерзительным человечишкой. Он повернулся к королю:

— Как ты думаешь, еще есть время перехватить лудильщика?

— Я пошлю людей на границу. — Эдгар двинулся к двери. — Если только он уже не перешел границу, мы его разыщем.

— А что с этим? — спросил Алек, кивком указывая на священника, скорчившегося на топчане.

— Он еще может пригодиться.

Друзья покинули комнату, оставив священника наедине со своими страхами.

— Еще есть надежда, — сказал Эдгар, когда они проходили через зал. — Неделю подождем вестей с границы, но не больше. — Серьезное выражение на лице короля подчеркивало трудность создавшегося положения. Если им не удастся перехватить послание фра Джона, столкновение с лордом Уэнтвордом неизбежно.

— Когда, ты думаешь, он может выступить? — спросил Алек.

— Кто знает? Может подождать до весны, а может выступить немедленно. Ему еще надо собрать армию. Сомневаюсь, что он будет полагаться только на собственные силы. — Эдгар помрачнел.

— Ты думаешь, его поддержит король?

— Да, для Англии это будет удобным поводом для вторжения в Шотландию, и она не упустит такой возможности. — Король завернул за угол. — Идем, Алек, у нас много дел.

Из-за дурной погоды пришлось отменить привычную прогулку, и, чтобы развлечь дам, королева предложила до обеда поиграть в прятки. Сама игра не интересовала Бриттани, но она с радостью приняла в ней участие. Ей нужно было остаться одной и хорошенько обдумать все, что она узнала от леди Юнис. Бриттани знала замечательное укромное место и была уверена, что там ее никто не найдет. Она встала в оконную нишу, задернула портьеру. В этой комнатке в дальнем конце замка искать ее никому не придет в голову.

Что она должна делать? Узнать как можно больше. Несмотря на то что она терпеть не могла леди Юнис, отмахиваться от ее слов было бы непростительной глупостью.

Бриттани присела на узкий подоконник. Сидеть было неудобно, и она уже собиралась покинуть свое убежище, когда вдруг услышала мужские голоса.

Она замерла и стала прислушиваться.

Когда она поняла, что разговаривают король и Алек, первым ее побуждением было немедленно выйти к ним. Но какое-то тайное чувство удержало ее, а потом прошло время, и обнаружить свое присутствие стало уже невозможно. Ей пришлось остаться на месте и слушать.

Король и Алек говорили приглушенными голосами. Бриттани изо всех сил напрягала слух, чтобы понять разговор. Сначала она прислушивалась из любопытства, но вдруг поняла, о чем идет речь. Откровение было подобно удару молнии. Близнец? У нее есть близнец! И из-за обмана, на который много лет назад пошел ее отец, их жизни в опасности. Оглушенная этой новостью, она перестала слышать голоса мужчин, и лишь с большим трудом ей удалось взять себя в руки и сосредоточиться.

Но прежде чем она успела снова поймать нить разговора, стук в дверь прервал собеседников. Бриттани едва не застонала от разочарования.

— Войдите, — послышался голос короля.

Потом раздался звук открывающейся двери, и Бриттани прильнула ухом к портьере.

— Сир, священник требует, чтобы ты к нему пришел. Он говорит, что хочет сообщить что-то новое.

— Постой, Алек! — властно сказал Эдгар. — Куда ты рвешься?

— У него есть сведения о моей жене.

— Да, — сказал Эдгар. — И чем дольше он будет ждать, чем более безнадежным ему будет казаться собственное положение, тем больше он расскажет. Сейчас мы пойдем к дневной трапезе, а потом займемся разработкой плана действий. Возвращайся на свой пост и на вопросы фра Джона не отвечай, — приказал Эдгар стражнику.

Услышав имя священника, Бриттани едва сумела сдержать возглас изумления.

Наконец мужчины ушли, и Бриттани осталась одна. Она осторожно выглянула из-за портьеры и только потом выбралась из своего убежища.

Что происходит? Если фра Джон в башне, то он именно тот священник, о котором говорила леди Юнис. Она упоминала книгу в кожаном переплете. Несомненно, в этой книге и заключена разгадка тайны. Бриттани понимала, что она должна увидеть эту книгу. Она не знала имени своего близнеца и не имела ни малейшего представления о том, чего ожидать от лорда Уэнтворда. Страх, подобного которому она никогда прежде не испытывала, медленно заползал в ее душу.

Лорд Уэнтворд влиятельный и могущественный человек. Может ли он напасть на Шотландию? Он отличается редким бессердечием и всегда поступает так, как ему заблагорассудится, презирая любые соображения нравственности. Бриттани знала, что она должна вмешаться — ради себя самой и своего близнеца. Надо уничтожить опасные сведения, прежде чем они попадут в руки врага, и это надо сделать именно сейчас, пока все заняты едой.

Бриттани как пушинка пролетела через пустой зал и дальше по коридору, который вел в личные покои короля и королевы. Она знала, что вход на половину короля охраняет стража, но лишь немногие знали, что туда можно было попасть через спальню королевы. Королева показала Бриттани потайную дверь, ведущую в спальню из узенького коридора, обычно пустого и никем не охраняемого.

Через минуту Бриттани уже была в спальне королевы. Там она постояла немного, чтобы перевести дух, а потом с замирающим сердцем толкнула дверь в спальню короля.

Комната Эдгара была огромной — гораздо просторней, чем спальня королевы, — но далеко не так изысканно обставленной. Очевидно, король не питал пристрастия к роскоши. Как ни была взволнована Бриттани, она все же отметила мельком непритязательность правителя Шотландии, но не стала тратить времени на то, чтобы рассмотреть обстановку.

Ее подол шелестел по полу, и этот шум пугал ее. Она остановилась и стала внимательно оглядываться по сторонам. Наконец ее взгляд упал на книгу, лежавшую на столе в дальнем углу комнаты. Бриттани бросилась к ней. Книга была очень толстой. Сумеет ли она найти то, что ей нужно, за столь короткое время?

Она открыла книгу и прочла первую запись. Господи, да это книга церковных записей приходов Мактавишей и Кэмпбеллов. Она быстро листала книгу, пока не наткнулась на дату своего рождения. Ее рука замерла. Ее мать и отец Алека Кэмпбелла умерли в один день. Далее шла запись о ее рождении, а ниже — о рождении близнеца. У нее прервалось дыхание. Все это время она думала, что ее близнец девочка. Она снова и снова перечитывала запись, не веря собственным глазам. Бриттани Мактавиш и Брайан Мактавиш. Наследник мужского пола! Это меняло все.