Год и один день - Эдвардс Мэриан - Страница 52

— Прости меня, госпожа, я сегодня познакомилась со столькими дамами, что никак не пойму, о ком ты спрашиваешь. Опиши ее.

— Очень толстая дама в очень узком платье.

Бриттани рассмеялась — описание было как нельзя более точным.

— Да, она подошла ко мне, когда я читала. У меня почти не было времени, чтобы составить о ней мнение, потому что ее тут же отозвали, но мне кажется, леди Гвен — женщина крайне строгих правил. — Бриттани поставила черную пешку так, что теперь она угрожала белой. — У меня сложилось впечатление, что леди Гвен меня не одобряет, а может, не одобряет жизнь в целом.

— Не стоит ее недооценивать, Бриттани. Как только представится возможность, она попытается тебя смутить. — Королева сделала очередной ход. — Ты победила леди Юнис?

Перемена темы насторожила Бриттани.

— Я выиграла у нее две партии, но не победила ее. Думается, она во много раз превосходит меня в мастерстве, — задумчиво ответила Бриттани, переставляя фигуру. — Кто она такая и что здесь делает?

— Можно сказать, что эта женщина печется только о собственном благополучии. Бриттани, за ней нужен глаз да глаз. Мне не хотелось бы оказаться в ее власти, потому что у нее, кажется, нет ни сердца, ни сострадания к ближнему. Старайся держаться подальше от нее. — Аланна сделала ход и увидела, что ее ладья оказалась под угрозой. — Ты очень хорошо играешь, дорогая.

Бриттани не дала отвлечь себя комплиментом. Ход королевы ее озадачил, и она вглядывалась в доску, стараясь предугадать следующий. Что-то было не так. Она медленно подняла коня и замерла.

— Госпожа, ты играешь очень необычно и интересно. Когда мы начали, у нас было равное количество фигур. Я не потеряла ни одной, а ты одну, и тем не менее у нас опять фигур поровну. Как это могло случиться?

Аланна приоткрыла ладонь, показав недостающую фигуру.

— Когда живешь при дворе, дорогая, самое главное — все время внимательно следить за тем, что происходит. Ты отвлеклась всего на мгновение и не заметила, что происходит у тебя под носом.

Бриттани взяла протянутую фигуру.

— Я запомню твой урок.

— Ты имела успех, мой маленький воин, — прошептал Алек на ухо Бриттани.

Она подняла к нему сияющее лицо.

— А ты сомневался?

Алек улыбнулся. Он потянулся к губам жены, и Эдгар, стоявший рядом, многозначительно кашлянул, напоминая ему, где они находятся. Алек неохотно отстранился.

— Позднее, — прошептал он.

Он с радостью отметил, что в глазах Бриттани мелькнуло сожаление, а ее щеки порозовели.

Стоя за ее спиной, он с гордостью наблюдал, как она принимает поздравления, величественно, но вежливо склоняя голову. Он знал, что сейчас Бриттани думает о нем, может быть, предвкушая близость, но при этом она сохраняла полный достоинства вид.

Вдруг он увидел, что к Бриттани пробирается леди Гвен, и внутренне напрягся. Он хорошо знал нрав этой толстой матроны и теперь по выражению маленьких прищуренных глаз видел, что она полна негодования.

— Леди Бриттани, — проговорила Гвен тоном, который был так же оскорбителен для слуха, как ее внешность — для глаза, — это правда, что ты носила мужскую одежду?

Король и королева, нахмурившись, бросили на леди Гвен многозначительный взгляд, но она, не внимая предостережению, в упор смотрела на Бриттани и ждала ответа.

— Правда, миледи, — ровным мягким голосом благонравно ответила Бриттани, но в каждом слове Алек без труда распознал скрытую насмешку.

— Вот я, например, ни за что на свете не надела бы мужского платья. Я бы скорее умерла, чем согласилась бы так бесстыдно подчеркивать свои формы, — назидательно проговорила леди Гвен, которая, как отметил про себя Алек, была по меньшей мере в четыре раза толще его жены.

Губы Бриттани дрогнули, но усилием воли она сдержала смех.

— Я восхищаюсь твоей разборчивостью, леди Гвен. Ты права — мужская одежда слишком подчеркивает фигуру, — прозвучал ответ Бриттани.

Алек одобрительно кивнул, отдавая должное тонкому остроумию Бриттани и умению держать себя в руках. Впрочем, по ее опущенной голове и слегка вздрагивающим плечам он видел, что она вот-вот рассмеется, позабыв о приличиях. Он заметил также, что король прикрывает рукой рот, а королева старательно разглядывает потолок.

— Мужская одежда, — четко выговаривая слова, как если бы она обращалась к неразумному ребенку, сказала леди Гвен, — не годится никакой женщине. — Она помолчала, тяжело дыша, отчего казалась еще более грузной. — И если ты думаешь, что могут быть исключения из этого правила, то ты дурно воспитана.

— Леди Гвен, моя жена очень хорошо воспитана, — прозвучал на весь зал низкий голос Алека, в котором явственно слышалась угроза. Ему хотелось разорвать на части эту тупоголовую женщину, осмелившуюся оскорбить его жену. — Ты действительно никогда не сможешь появиться на людях в мужской одежде, но лишь потому, что твое сложение этого не позволяет.

— Алек, не надо, — с деланной строгостью остановила его Бриттани. Она подошла поближе к леди Гвен, внимательно осмотрела ее пышные формы и даже обошла вокруг нее, словно для того, чтобы составить более полное суждение о ее фигуре. — Я думаю, ты ошибаешься. Леди Гвен может надеть мужской наряд, но только если он будет черным. Цвет твоего клана — черный? — с невинным видом спросила она леди Гвен.

Леди Гвен собиралась что-то сказать, но Бриттани продолжала:

— Не принимай близко к сердцу нелюбезные слова моего мужа. Мужчинам часто недостает великодушия. — Она обратилась к королеве: — А ты что скажешь, миледи?

Аланна сделала шаг вперед и склонила голову набок, словно что-то обдумывая.

— Нет, черный цвет ей не пойдет, хотя он вполне под стать ее настроению.

Леди Гвен с побагровевшим лицом оглядывала собравшихся вокруг придворных в поисках поддержки. Не найдя таковой, она разгневанно удалилась.

Алек протянул руку, и Бриттани заняла свое место рядом с супругом.

— Она недооценила тебя, маленький воин, — усмехнулся он. — Не понимала, на кого осмелилась напасть. Но помни, она не одна, хотя сейчас ее войско отступило.

Бриттани улыбнулась в ответ:

— Ты был прав, когда боялся за меня. Но я не ожидала, что меня может попытаться унизить леди. Теперь-то я понимаю, что любой человек может быть злым, несмотря на его манеры и воспитание.

Они пробыли вместе весь вечер. Алек был поражен тем, что с каждой дамой и кавалером, подходившими поприветствовать ее, Бриттани обходилась по-разному. Это было невероятно, но всех его врагов ждал холодный прием, а с друзьями она была дружелюбна и приветлива.

Потом леди Мельвина и королева куда-то увели Бриттани. К Алеку подошел король и дружески ткнул его пальцем в ребра.

— Разве я тебе не говорил, что она будет ценным пополнением моего двора? — усмехнулся король. — Если бы ты только знал, как я долго ждал минуты, когда кто-нибудь даст леди Гвен достойный отпор. Эта женщина портит мне кровь уже целый год.

— Королева могла бы справиться с леди Гвен и без Бриттани.

— Да, — сказал Эдгар, — но леди Гвен никогда бы не осмелилась задеть мою Аланну.

Алек поднял бровь, но Эдгар продолжал:

— Ты боялся, что Бриттани не справится, а посмотри, что получилось. Она не просто сумела всех очаровать. Королева гораздо лучше разбирается в людях, чем ты или я. Самое трудное испытание для Бриттани было не покорить двор, а заслужить одобрение королевы. Посмотри на них, когда они вместе. Теперь твоя жена не просто дама, допущенная ко двору, а друг королевы. Помни это, Алек. Бриттани приобрела очень сильного союзника.

У Алека не было времени обдумать слова короля, потому что дамы вернулись, и он случайно услышал замечание леди Мельвины:

— Бренна такая умница. Только ей пришло бы в голову использовать для наряда воина цвета клана Кэмпбеллов.

Значит, это был не сон и не видение, вызванное сильным опьянением! Бриттани действительно надевала мужское платье в замке Дункана. А он-то думал, что она ни за что не осмелится проделать что-либо подобное. Вдруг в его памяти всплыл разговор с Дунканом, и он все понял. Так вот почему Дункан проявлял такой интерес к Бриттани, пел ей дифирамбы — она щеголяла перед ним в этом вызывающем наряде. При мысли об этом кровь бросилась Алеку в голову.