Моя дорогая Кэролайн (Мой нежный граф) - Эшуорт (Эшворт) Адель - Страница 5

Кэролайн позволила себе усмехнуться: — Целых четыре человека заведуют твоей конюшней, и только один работает в доме?

Он обернулся и скрестил на груди руки.

— Именно так. Дэвис и Недда отвратительно готовят. Пока я не найду кухарку, нам придется довольствоваться хлебом, сыром и фруктами.

— У Дэвиса есть имя? Брент улыбнулся:

— Конечно, но вот уже тридцать лет я зову его просто Дэвис, так же, как и все остальные. Он, пожалуй, и сам не помнит, как его зовут. Но на твоем месте я бы держался от него подальше, — добавил он с озорной усмешкой. — Дэвис — парень с чудинкой. Он называет всех женщин кобылами.

Она тихо засмеялась.

— Я это запомню.

Он нагнулся ближе, и сердце Кэролайн затрепетало. От Брента слабо пахло мылом и мускусом. Она со страхом ждала, что он ее поцелует.

— Ты умеешь ездить верхом, Кэролайн? — неожиданно спросил он.

— Конечно, — отозвалась она, удивленная этим вопросом, и обхватила локти ладонями, будто защищаясь.

— Но готовить ты не умеешь, не так ли, моя маленькая женушка? — прошептал он и, медленно подняв руку, провел большим пальцем по ее открытой ключице.

Кэролайн вздрогнула. — Нет.

— Нет? — сипло переспросил он, продолжая ласкать ее кожу. — А что ты умеешь?

Она пожала плечами, опустила ресницы и уставилась на его грудь.

— Я… выращиваю растения.

— Хм-м. Опять садоводство.

Он положил руки ей на плечи и принялся нежно массировать их.

Кэролайн затаила дыхание. Эти прикосновения были не слишком интимны для молодого мужа, уединившегося с собственной женой, но они ее взволновали. И Брент это заметил.

— Тебе нравится? — хрипло прошептал он.

Она кивнула, чувствуя, как тепло его ладоней проходит сквозь кожу.

— Расскажи мне о своих сестрах. Как их зовут?

Она моргнула. Это был неожиданный поворот в разговоре.

— Моих сестер?

Он небрежно пожал плечами.

— Я бы хотел побольше узнать о твоей семье.

Он смотрел на нее с любопытством, лаская ее предплечья.

Заставив себя расслабиться, она пробормотала:

— Джейн — самая старшая, ей тридцать. Мэри-Энн — двадцать семь, а мне, как ты знаешь, будет двадцать шесть через восемьдесят шесть дней.

— Через восемьдесят шесть дней, Кэролайн? — повторил он с усмешкой.

— Следующая — Шарлотта… — Она запнулась.

— Шарлотта? — Он перестал ее ласкать и хмуро сдвинул брови. — У тебя есть сестра по имени Шарлотта?

Она слегка подалась назад.

— А что плохого в этом имени?

Он посмотрел на нее в упор, потом опять взялся за массаж.

— Продолжай.

Кэролайн сделала глубокий вдох.

— Шарлотте двадцать два года, а самая младшая — Стефани. Ей семнадцать. Они все замужем, кроме Стефани, которая выйдет замуж следующей весной.

— М-м-м…

Повисла неловкая пауза. Наконец Кэролайн вздохнула.

— А у тебя есть близкие родственники?

— Нет.

— О… — Она помолчала. — А сколько тебе лет, Брент?

— Восемнадцатого марта будет тридцать четыре. — Он улыбнулся. — Сколько это дней, Кэролайн?

Она чуть не рассмеялась, услышав этот вопрос.

— Двести двадцать четыре дня, милорд.

Брент смотрел на нее с удивлением. Ему понадобилось намного больше времени, чтобы сложить в уме числа, проверяя результат. Кажется, ему досталась умная жена. Кэролайн, улыбаясь, смотрела на него, и он вдруг подумал, что она не только умна, но и красива. Глаза цвета темного шоколада, ямочки на щеках и чудесная белозубая улыбка делали ее невероятно привлекательной.

— Замечательно, — сказал Брент, слегка приподняв бровь.

У него давно не было женщины, но сейчас наконец-то он ее получил. Впрочем, дело было не только в длительном воздержании. Он находил свою жену прелестной.

Ее свадебное платье из голубого шелка свободно ниспадало к лодыжкам, но лиф плотно облегал пышную грудь. Волосы Кэролайн, украшенные жемчугом, были заколоты на макушке. Мягкие локоны обрамляли лицо. Бренту не терпелось распустить эти темные шелковистые пряди, чтобы они рассыпались по ее спине.

Он быстро повернул руку и провел костяшками пальцев по ее декольте.

Его молодая жена снова вздрогнула. Глаза ее округлились, щеки зарумянились, дыхание сбилось.

— Ты так же краснеешь, когда ухаживаешь за своими цветами, малышка?

Она промолчала, неотрывно глядя ему в глаза. Осмелев, Брент обхватил ладонью ее грудь. Кэролайн резко вздохнула.

— Пожалуйста…

Он принялся ласкать большим пальцем ее сосок, который быстро затвердел под тонкой тканью.

— О чем ты меня просишь? — прошептал он. Она сказала умоляюще:

— Пожалуйста, прекрати.

Он заставил себя выпрямиться и опустить руки.

У нее закружилась голова, и, чтобы не упасть, ей пришлось ухватиться за спинку дивана. Потом она неловко опустилась на него.

Брент тщетно пытался обуздать желание. Наконец он шумно втянул ртом воздух и направился к ней.

— Мы оба хотим этого, Кэролайн. Давай утолим нашу страсть сейчас, не дожидаясь вечера.

Она обернулась к нему.

Брент обнадеживающе улыбнулся:

— Признаюсь, я долго не был с женщиной, но, наверное, я вспомню, как надо действовать, чтобы доставить тебе удовольствие.

Кэролайн тихо охнула, резко встала и буквально перебежала на другую сторону комнаты.

Брент застонал, скрестил руки на груди и привалился бедром к столу.

Она смотрела на него большими испуганными глазами, нервно теребя свою юбку. Ему захотелось ее утешить.

— Кэролайн, — опять начал он, подходя ближе, — я просто хочу, чтобы ты успокоилась. Когда мы станем близки…

— Я не могу быть с вами близка, сэр, — перебила она, с трудом найдя в себе силы для разговора.

Он резко остановился.

— Что это значит?

Она подалась назад, прижавшись к книжной полке.

— Конечно, когда-нибудь мы будем близки, но не сейчас.

Брент усмехнулся и опять двинулся к ней, на ходу снимая галстук.

— Я хочу тебя, Кэролайн, и ты меня хочешь. — Остановившись перед ней, он начал расстегивать рубашку. — Я обещаю, что наше соитие будет нежным…

— У меня месячные.

Брент смущенно взглянул на свою молодую жену. Он прекрасно знал, что у женщин бывают месячные, но ни одна из них ни разу не обсуждала при нем этот вопрос.

Он, как и другие мужчины, никогда не задумывался над этой женской особенностью.

Одарив Кэролайн обворожительной улыбкой, он протянул руку и начал вынимать из ее волос шпильки и жемчужинки, подступая все ближе. В конце концов она оказалась между ним и книжной полкой.

— Я знаю, малышка, что большинство мужчин отступилось бы перед этой закономерностью природы, но я не такой, как все.

Она смотрела на него испуганными глазами.

Он продолжал освобождать ее от жемчужин, складывая их на книжную полку позади нее. Темно — каштановые блестящие локоны свободно упали ей на спину. Брент запустил пальцы в ее волосы, потом обхватил ее щеки ладонями и нежно приподнял лицо жены.

— Я хочу тебя, Кэролайн, — прошептал он, — а ты хочешь меня.

— Нет, — отозвалась она.

Когда он услышал ее низкий сексуальный голос, кровь быстрее побежала по его жилам.

Он закрыл глаза и, медленно опустив голову, приник губами к ее губам.

Кэролайн была не искушена в искусстве поцелуев и не знала, как реагировать. Она попыталась оттолкнуть его, но он делался все настойчивее. Ее сердце едва не выпрыгивало из груди, а ноги налились свинцовой тяжестью.

Ослепленная страстью, Кэролайн все же понимала, что ей придется до некоторой степени утолить голод Брента, поэтому она закрыла глаза и расслабилась, прильнув к его сильному жаркому торсу.

Постепенно ее губы разжались и впустили его жадный язык. Она обняла его за шею и отдалась во власть волшебных ощущений. С губ ее сорвался невольный стон.

Услышав эти звуки, Брент совсем потерял голову. Она была такой изящной, такой женственной! От нее слабо пахло фиалковой водой и холодным утренним ливнем. Ее шелковистые локоны запутались в его пальцах, а пышное тело излучало тепло.