Прячась от света - Эрскин Барбара - Страница 109

– О, мой Бог, вернись же к реальности, Линдси! – Майк был вне себя. – Ты что, загипнотизировала ее? Или она накачалась наркотиками? Что с ней случилось?

Эмма попыталась встать опять, и он сильно толкнул ее обратно на диван.

– Эмма! – Майк громко щелкнул перед ее носом пальцами. Она не отреагировала.

Линдси засмеялась:

– Нет, она не загипнотизирована. Это не какое-то показательное шоу черной магии! Ты велел мне обратиться к реальности? Я предлагаю тебе сделать то же самое. Это не притворство, не обман. Пришло время мести! То самое время, когда женщины сражаются, и ты отплатишь за всю их кровь и костры!

– Ну, теперь понятно, как много ты знаешь об этом! – выкрикнул Майк. – Хопкинс вовсе не сжигал женщин. Все это ерунда!

– Ерунда?! – вскочила Линдси. – Ты невежественный, глупый мужчина! Миллионы женщин были сожжены! Мужчинами!

Майк тяжело дышал, пытаясь удержать Эмму на расстоянии вытянутой руки.

– Юдит была права. Теперь я начинаю понимать, как возникли все эти проблемы. Все дело в тебе!

– Ах, ну конечно, Юдит, – улыбнулась Линдси, – истязательница ведьм! Я слышала, что она умерла тысячью смертей и утонула в собственной крови! Все это сделала Сара, а не я. Сара – очень сильная женщина, Майк. – Линдси с сарказмом произнесла его имя. – А теперь наступило время, когда она обратит все свое внимание на тебя!

Майк услышал, как к дому подъехала машина. Свет ее передних фар ярко мигнул за занавесками. Двигатель замолк. Майк произнес про себя благодарственную молитву, когда услышал хлопок дверцы машины.

– Быстрее! Дверь кухни открыта. Мне нужна помощь! – закричал он.

Линдси засмеялась:

– Значит, твой Бог нуждается в поддержке? Сара, ты меня слышишь? – Голос девушки стал резким. – Этот мужчина должен умереть!

Боковым зрением Майк заметил, как Линдси нагнулась к сумке, лежавшей на коврике рядом с ее стулом. Вот она выпрямилась, и в ее руке оказался нож! Лезвие сверкнуло в огне свечи.

– Держи, Сара! – Линдси протянула нож Эмме, которая сумела освободиться от хватки Майка и дотянуться до ножа.

Майк вывернул руку Эммы, они оба потеряли равновесие и повалились на книжный шкаф. Во время этой жестокой борьбы сквозь шум падающих им на голову книг прорвался голос доктора.

– Что здесь происходит? – Внезапно комната озарилась светом.

Майк воскликнул:

– Джеймс, слава богу! Помоги мне! Эти женщины не в себе!

Он отступил от Эммы, которая внезапно прекратила борьбу. Дрожа, она стояла с ножом в руке и в замешательстве оглядывала комнату.

– Он убийца, – медленно выговорила Эмма и нахмурилась. – Хопкинс... убил... Лизу... – Силы быстро покидали ее. Внезапно она зарыдала. Нож выпал из ее руки, и Эмма упала на диван. Подтянув ноги к животу, свернулась калачиком и зарылась с головой в диванные подушки.

Линдси улыбнулась, посмотрела на Майка и пожала плечами.

– Она ушла.

– Кто куда ушел? – Джеймс Гуд наклонился и осторожно поднял нож. – С тобой все в порядке, Майк?

– Да. – Майк еле дышал, его била дрожь. – Это все ваша вина. – Он повернулся к Линдси. – Вы сделали это!

Линдси смотрела, как Джеймс Гуд сел на диван рядом с Эммой, взял ее за руку и стал считать пульс.

– Я ничего не сделала, – спокойно возразила Линдси, – я просто наблюдаю за тем, когда и как приходит Сара. Я наблюдаю и жду... – Внезапно Линдси рассмеялась. – Эмма ведет себя естественно. Она же потомственная ведьма! Разве вы об этом не знали, господин священник? А теперь она уже посвящена! Но едва ли ей было нужно особое посвящение. Она была готова и так!

Майк почувствовал, что его гнев возрос. Он буквально хотел придушить эту вредную девицу.

– Это какой-то злобный абсурд, Линдси! – воскликнул он.

– Нет, это вовсе не абсурд, правда, Эм? Ты ведь теперь служишь богине, не так ли? Скажи ему сама.

Эмма обессиленно откинулась назад к спинке дивана. Ее пульс заметно участился, когда она подняла глаза на Майка. Он ужаснулся, увидев дикий страх в ее глазах.

– Я не знаю, что со мной происходит! Уходи, Майк, пожалуйста. Не приближайся ко мне! – Она задрожала. – Со мной творится что-то ужасное... что-то неправильное! Я не могу контролировать Сару, не могу побороть ее! Я убью тебя. – Эмма говорила невнятно и казалось пьяной.

– Сара ушла, Эмма. Кем бы она ни была. – Доктор с профессиональным спокойствием положил холодную руку ей на лоб. – Больше не надо бояться. Это был просто один из ваших страшных снов. Теперь все будет в порядке.

– Но я же убила Юдит! Я хотела убить Майка! Я должна была...

– Но ведь вы знаете, что это чепуха. – Джеймс Гуд строго взглянул на Эмму. – Майк, думаю, было бы лучше, если бы ты предоставил это дело мне. – Но я же не могу уйти и оставить ее в таком состоянии. – Майк страдальчески смотрел на Эмму. – С ней все будет нормально, когда она как следует выспится. – Доктор многозначительно кивнул Майку. – Мы все сейчас расстроены и несколько подавлены, но я думаю, немного спокойствия и уединения – это то, что нам всем необходимо.

Майк закусил губу.

– Хорошо, если я вам понадоблюсь, я буду дома. – Он взглянул на Линдси: – Полагаю, вам тоже следует уехать!

Линдси кивнула:

– Конечно, я уеду, как только Эмма успокоится. Не беспокойтесь, с ней все будет в порядке. – И она преувеличенно вежливо улыбнулась Майку.

Через несколько минут доктор вернулся к машине, удовлетворенный тем, что Эмма успокоилась и что Линдси будет ухаживать за ней. После ухода Майка Линдси пошла на кухню подогреть немного молока, а Эмма поднялась наверх – принять ванну.

Несколько минут доктор Гуд сидел в своей машине, наблюдая за окнами дома. Свет в гостиной был потушен. Одна за другой погасли лампы в спальнях наверху. Удовлетворенно кивнув, он подумал, что первый приступ истерии прошел, и он потянулся было к ключу зажигания. Потом задумчиво откинулся на сиденье. Доктор вспомнил Паулу и ее «заколдованного» ребенка. «Заколдованного» Линдси Кларк! Он нахмурился. Все это, конечно же, было полным абсурдом. Истерией, спровоцированной скоропостижной смертью Юдит Садлер, но... но все-таки... Разве безопасно оставлять этих женщин одних? С другой стороны, они явно собираются ложиться спать, а Линдси показалась ему такой здравомыслящей...

Доктору было трудно объяснить себе, почему возникла вся эта суета. Конечно же Линдси – чрезвычайно привлекательная молодая женщина. Возможно, в этом корень проблемы Паулы? Ревность? Гуд вздохнул. Он так устал. У него был такой длинный день! С утра он навестит Эмму и проверит, все ли в порядке, а потом побеседует с Майком по поводу ведьмомании, волна которой, похоже, нарастает в городке.

Доктор Гуд напрочь забыл о маленьком ноже с рукояткой из черного дерева, оставленном им на кофейном столике...

В доме Эммы Линдси пристально смотрела на улицу в щелку между занавесками. Она видела, как доктор сел в машину, закрыл дверцу и потянулся пристегнуть ремень. Но потом несколько минут ничего не происходило. Фары не зажигались, двигатель молчал. Линдси зажмурилась. Видимо, он рассуждает – правильно ли делает, что уезжает? Она будто прочитала мысли доктора. Но почему он вообще пришел? Эмма его не вызывала. Значит, это Майк! Этот священник, сующий во все свой нос, к тому же он явно неравнодушен к Эмме. Ну что же, она, Линдси, исправила это. Теперь, зная, с чем он имеет дело, Майк вернется не скоро.

Зажглись фары, и Линдси увидела, что машина доктора выехала на дорогу. Из-под колес фонтанами брызнула вода, и вот доктор уехал прочь.

Линдси улыбнулась и повернулась к двери.

Эмма, закутанная в банный халат, сидела на краю постели. Она принужденно улыбнулась, когда вошла Линдси.

– Ты согрела молоко? Я приму таблетки.

– Молоко ты выпьешь позже, – твердо сказала Линдси. – Оно стоит на каминной полке. А твои транквилизаторы я спустила в туалет! Тебе не нужна эта дрянь. Прежде тебе надо закончить работу, Эмма. Как только ты выполнишь ее, можешь спать хоть до Второго Пришествия!