Безрассудство - Эриксон Линн - Страница 99

– Чтобы оплатить операции Нине. Верно? Ты задолжал денег? – Ее мозг, подстегнутый страхом, работал сейчас идеально.

Кармайкл продолжал молчать.

– Я правильно говорю? Ты продал себя, Дэвид. Тебя купил директор ЦРУ.

– Внимательнее, сейчас будет поворот.

– Сколько он тебе заплатил?

– Заткнись.

– Стоит ли игра свеч? Ты убьешь меня, потом будешь вынужден убить и Джейка – он все равно докопается...

– Я сказал, заткнись.

– Дэвид, есть лучший выход. Ты бы мог...

– А ты сообразительная, Сара. Надо же, додумалась. И что же ты собираешься предложить? То-то и оно, что из этого положения нет выхода.

Ее сердце встрепенулось. В тоне Кармайкла проскользнули сожаление и боль. Если бы можно было на этом сыграть...

«Думай. Думай, как его достать Он закаленный коп, но должны быть у него слабые места? Джейк. Все-таки они друзья. Это очевидно. А также семья – Нина, Шон и Ники.

Думай, пока еще жива. И ни в коем случае нельзя облегчать Дэвиду его задачу.

Я не хочу умирать! Как же так, я ведь только-только начала жить и...»

Сара бросила на Дэвида косой взгляд и снова принялась его обрабатывать. Перескакивала с одного на другое, обещала все, что приходило в голову, умоляла, послав к черту гордость.

Глория Миндон вообще была раздражительной, брюзгливой женщиной, а в эту пятницу, задержавшись на работе сверхурочно на два часа, она превратилась в настоящую фурию. Вид Барри Дисото, входящего в полицейскую лабораторию, не прибавил ей хорошего настроения.

– Славно, что я успел вас застать, – проговорил он, внутренне съеживаясь, когда увидел, что она уже успела наполовину влезть в пальто. Сумочка и ключи от машины лежали на табуретке.

Ветеран денверской полиции, зубр экспертизы, Глория Миндон бросила на него уничтожающий взгляд.

– Меня здесь нет, Дисото. Я сижу в кино с мужем. Мы уже сто лет вместе никуда не выходили!

– Это займет всего несколько минут, – произнес он извиняющимся тоном.

Она засунула в рукав пальто другую руку и взяла свои вещи.

– Ни черта не выйдет! Меня уже здесь нет! Так что ваше дело, каким бы срочным оно ни было, подождет до понедельника.

Барри подумал, что ругаться Глория умеет не хуже любого копа.

– Это безотлагательно. Поэтому, извините, я вынужден воспользоваться своим служебным положением. Как начальник отдела говорю вам: давайте сделаем это и поскорее уйдем отсюда.

Она смотрела на него насупившись.

– Речь идет о жизни или смерти, – произнес Дисото, мобилизовав все свое обаяние. – Честно.

Глория сняла пальто, бросила на табуретку поверх сумочки и обреченно включила в лаборатории полный свет.

Затем повернулась к Дисото.

– Вы сказали, несколько минут. Надеюсь, не больше трех. Итак, что у вас?

Барри вынул из кармана пиджака конверт и выгрузил его содержимое на стол рядом с микроскопом.

– Мне нужно, чтобы вы сравнили, – тихо проговорил он, держа руки по швам.

Она поджала губы.

– Что тут сравнивать. Пули на снимках и вот эти? – Она взяла одну из пуль и с сомнением вгляделась. – Предупреждаю, капитан, для суда это мало что даст.

– А я и на собираюсь передавать этот материал в суд. Глория, мне нужно только ваше предположение. Они идентичны?

– Я не гадалка, капитан, предположениями не занимаюсь, и вы это прекрасно знаете.

«Она хочет, чтобы я взмолился. Ладно, черт с ней, я это сделаю».

– Пожалуйста, Глория, умоляю вас, попробуйте. Это действительно очень срочно и важно. – Он полез в карман за таблетками.

Она пожала плечами, по-видимому, удовлетворенная, подтащила лабораторный табурет и взгромоздилась на него. Свет люминесцентной лампы превратил ее седые волосы в серебристые.

С колотящимся сердцем Барри наблюдал за тем, как она разглядывает фотографии пуль, сделанные полицейской лабораторией восемнадцать месяцев назад, а затем просматривает сопроводительную записку. Он видел, как она вскинула брови. Видимо, прочитала, из чьего тела эти пули извлечены. Сенатор Скотт Тейлор. Но Глория была профи, ветеран с тридцатилетним стажем, и потому промолчала.

Положив фотографии, она взяла пулю, лежавшую перед ней, повертела в своих ловких пальцах, затем положила под микроскоп, включила свет и навела на резкость.

– Когда был произведен выстрел? – спросила Глория, не отрываясь от окуляра.

– Пару недель назад.

– Во что стреляли? В человека? В стену?

Дисото стало ясно, что она узнала: пули на фотографиях выпущены из полицейского оружия.

– На стрельбище, в мишень, – ответил он.

– В мишень?

– Да.

– Калибр девять миллиметров. Система нарезки знакомая. Я бы сказала, что скорее всего эти пули выпущены из «Глока».

– Именно так.

– И эти черточки вот здесь. Хм.

Она подняла глаза, прищурилась и несколько секунд изучала фотографии, затем вернулась к микроскопу, повернув пулю на предметном стекле.

Барри вспомнил, как это было неприятно. Приказать детективам отдела по расследованию убийств провести учебные стрельбы. Следить за Дэвидом Кармайклом. Поручить управляющему стрельбищем извлечь из его мишени пули. Он говорил с ним, избегая смотреть в глаза. Но слишком много вопросов накопилось у него к Дэвиду Кармайклу.

Началось все с изучения его медицинских счетов. Скучная бумажная работа. Тогда Барри обратил внимание на огромный неоплаченный счет за трансплантацию костного мозга миссис Кармайкл. Это было полтора года назад, примерно в то время, когда был убит Тейлор. К лету все счета оказались оплаченными. Он решил, что помогли родители Дэвида или Нины.

Позднее, при расследовании убийства Скотта Тейлора, обнаружилось еще несколько странностей. Первая – пули девятого калибра, извлеченные из головы сенатора. В полиции на вооружении были пистолеты этого калибра, среди которых «Глок» имели большинство копов.

Второе – стальная мочалка, которую использовали в качестве глушителя. До этого мог додуматься скорее коп, чем грабитель.

Решающим доводом, который укрепил подозрения Дисото, было покушение на Сару Джеймисон в Аспене. Напарник Дэвида обыскался его в ту ночь. Барри заметил это случайно, читая рапорт об убийстве, совершенном поздно ночью. Напарнику Дэвида пришлось производить осмотр места преступления одному. Когда Барри его спросил, где был Кармайкл, тот только пожал плечами.