Шотландский рыцарь - Фолкнер Колин - Страница 61

Наконец Анна с силой рванула последнюю завязку и отшвырнула ее на пол. Тор распахнул на ней платье и припал губами к ложбинке между грудей.

Даже сквозь ткань нижней сорочки она почувствовала горячую влагу его губ и языка. Тор поднял голову и взял в рот упругий сосок. Анна застонала от восторга.

Тор попытался развязать ленту на вороте ее сорочки, но только затянул узел туже. В нетерпении он рванул ленту и разорвал ее.

Анна счастливо засмеялась, услышав треск тонкой шелковой ткани.

– Я не хотел… – извиняющимся голосом прошептал Тор.

– У меня целый сундук этого добра! – также шепотом ответила Анна. – Поцелуй меня крепче!

Тор обнял ладонью ее грудь и несильно, приятно начал мять ее, потом захватил губами розовый сосок и стал ласкать его языком. Анна прижимала Тора к себе все крепче, запустив пальцы в его густые длинные волосы.

Щетина на его щеках слегка натирала ее нежную кожу, и это возбуждало Анну еще сильнее.

– Анна… – услышала она глухой голос Тора. Дальше он бормотал что-то ласково по-норвежски. Она не понимала смысла его слов, но тон его голоса ясно давал понять, что он говорит о любви. Во всяком случае, Анне хотелось так думать.

Его мягкие теплые губы держали ее сосок, а горячая рука коснулась ноги и уверенно двинулась вверх по бедру. Анна инстинктивно подалась вперед. Она упивалась каждой его лаской, каждым прикосновением. И больше всего она хотела снова почувствовать его там.

Наконец его пальцы нежно раздвинули влажные складки внизу живота под темным пушком волос, и она громко застонала от наслаждения.

Тор продолжал покрывать поцелуями ее грудь, ласкал языком набухший сосок.

От его ласк Анна распалялась все больше. Она уже громко стонала от удовольствия. Желая приблизить главный момент, она сама стала торопливо стягивать с Тора одежду. Он слегка приподнялся и стащил через голову белую рубашку, а потом помог Анне снять сорочку и платье. Теперь она лежала перед ним абсолютно нагая.

Анна открыла глаза и увидела склоненное над ней лицо Тора. Оно было прекрасно, а сам он неотразим. Она все еще не верила, что этот мужчина, поразивший ее в первую же их встречу, ее законный муж.

Тем временем Тор избавился от своей одежды и лег рядом, крепко прижав Анну к себе. Он был красив как молодой бог: высокий, стройный, с мощным торсом и волевым лицом.

– Пожалуйста, скорее! – прошептала Анна, сгорая от желания.

Тор снова лег на нее сверху, откинул с ее лица влажные от пота волосы и с улыбкой посмотрел ей в глаза. Он хотел ее не меньше, чем она его. Анна почувствовала, как затвердело его копье, упиравшееся ей в бедро, и выгнулась ему навстречу. Он овладел ею одним мощным рывком, и у Анны вырвался крик восторга.

Она почувствовала, как горячее пульсирующее копье делает нетерпеливые толчки там, внизу ее живота. Она подчинилась этому безумному ритму, заставляя мужа двигаться все быстрее и быстрее.

Анна приняла Тора с такой жадностью, что он не в силах был сдержать напор своей страсти, и уже через несколько секунд их тела одновременно содрогнулись и обессилено затихли.

Анна не могла сказать точно, но, кажется, они кричали в экстазе. Обессиленная, она лежала, ощущая каждой клеточкой своего тела невообразимое блаженство. Господи! Вот для чего она рождена! Анна нежно гладила Тора, все время повторяя его имя.

Он замер, не смея шелохнуться и разорвать их единство.

Анна, слегка вздрагивая всем телом, постепенно приходила в себя.

Тор ласково поцеловал ее в лоб, приподнявшись на локтях.

– Пожалуй, мне это понравится… – Его голос звучал невнятно и сипло.

– Это? – Анна рассмеялась, чувствуя себя немного неловко. Ей было слишком хорошо.

– Да, это. – Тор не спеша поцеловал ее в один глаз, потом в другой. – Но я имел в виду то, что теперь мы женаты… – От волнения у Тора перехватило дыхание, когда он признался: – Я ни с кем так себя не чувствовал.

– Как это «так»?

– Когда не боишься ничего на свете.

– Ах, как я люблю свадьбы! – умиленно проворковала Элен. Тор с Анной отправились в Ранкофф, и, хотя за столом еще продолжалось веселье, а самые неугомонные гости лихо плясали под музыку флейт и скрипок, праздник подходил к концу. Элен с Манро сидели во главе большого стола в главном зале Данблейна. – Надеюсь, мы с тобой не ошиблись и все кончится хорошо.

– Дай-то Бог! Я только на это и уповаю, – выразительно подняв бровь, признался Манро. – Ты даже представить себе не можешь, как я трусил, когда явился к Роберту! Я ведь запросто мог уйти от него, лишившись своего главного достоинства! – грубовато пошутил он. – А видела бы ты, какая у него была рожа, когда в шатер ввалился этот белобрысый верзила!

Элен просунула руку мужу под локоть и опустила голову ему на плечо.

– Ты все сделал, как надо. Ты видел этих голубков? Они еще сами не понимают, что любят друг друга.

– Или по крайней мере хотят. Элен пихнула мужа кулаком в бок.

– Ох, ты что? Больно! – тихо воскликнул он.

– Манро, где же твоя былая романтичность? Что стало с тем человеком, который ухаживал за мной и сочинял для меня стихи, посылал подарки, перевязанные алой лентой?

– Романтичность – это порок юности, – иронично проговорил Манро и не спеша отпил из своего кубка. – А мы с тобой давно вышли из этого возраста, – с легкой грустью добавил он.

Элен задумалась. К сожалению, он прав, с годами в людях исчезает то, что присуще молодости: романтичность, наивность, мечтательность. И кто знает, хорошо ли это?

– Я очень рада видеть Тора веселым и довольным, – сказала Элен вслух, желая сменить тему. – Ведь он так любил Олафа! И постоянно о нем заботился. – Она горестно вздохнула и снова прислонилась к Манро. – Поймать бы поскорее его убийцу! Я боюсь даже подумать о том, кого еще мы можем потерять!

– Мы непременно поймаем их и вздернем прямо на крепостной стене. – Манро чмокнул жену в макушку. – Я тебе клянусь.

– А что потом? – спросила Элен.

– Ну а потом… – Манро на миг задумался. – Потом Анна родит ребенка, и мы с тобой станем дедушкой и бабушкой!

Элен кокетливо хмыкнула.

– Но я еще совсем молодая! Мне рано становиться бабушкой! – Она помолчала немного, а потом опять спросила: – А что же дальше? Насколько я понимаю, Анна с Тором будут жить в Ранкоффе и ждать ребенка. А что станет с ними потом?

Манро не ответил, сделав вид, будто следит за танцорами. Финн, как всегда, успел отличиться: вместо одной у него было две партнерши.

– Манро, тебе следовало бы подумать о наследстве для Тора, – ласково проворковала Элен. – Если ты всерьез ставил перед ним условие доказать, что он достоин быть членом вашего клана, то он давно его выполнил. В каком-то смысле он даже принес в жертву собственного брата. По-моему, этого более чем достаточно, ты не считаешь? – Элен старалась говорить спокойно, чтобы не выдать своего волнения. – Манро, я хочу, чтобы они остались с нами. Но ты должен дать им для этого повод.

– Я уже думаю об этом.

– Слава Господу! – радостно воскликнула Элен. – Ты же сам знаешь, что я права! Ты знаешь, что Тор достоин своей части наследства и от нас не убудет, если мы с ним поделимся. Клянусь всеми святыми, ты такой же непробиваемый упрямец, как твой Тор! Вот уж действительно – два сапога пара! – выпалила Элен. – Пойдем отсюда! – Она поднялась со своего места и потянула мужа за собой. – Для того, кто готовится стать дедушкой, сейчас самое время отправляться в постель!

И они покинули главный зал.

– Будь я проклята, если это не свадьба! – рычала Розалин, с размаху плюхнувшись на свое жалкое подобие ложа в разгромленной кухне. – Терпеть не могу свадьбы!

Финли взял корявый железный прут, служивший ему кочергой, и поворошил угли в очаге. Когда они увидели, что к Данблейну стекаются толпы гостей, первым его желанием было забраться к себе в логово и не высовываться. Но с Розалин не поспоришь. Она потащила его в замок разведать, что там происходит. Финли был несказанно рад, когда им удалось вернуться в свою берлогу целыми и невредимыми.