Манхэттенский охотничий клуб - Соул Джон - Страница 50

Перри мрачно посмотрел на Кранстона, который владел контрольным пакетом акций самой крупной фирмы сотовой связи. Тот только недоуменно вскинул брови.

– Может быть, спустимся вниз?

Через две минуты группа переместилась на два пролета вниз, в ту часть особняка, которую основная масса членов клуба не посещала. На нижней площадке они остановились у двери, вырезанной из того же красного дерева, что и входная. К ней была прикреплена такая же отполированная серебряная пластинка, но вместо трех цифр были выгравированы три буквы:

МОК.

Перри Рандалл постучал три раза. Через несколько секунд Малколм Болдридж отворил дверь и отошел, поклонившись. Члены элитного клуба, образованного внутри «Сотого», входили и тут же с восторгом замечали на стенде новый экспонат Болдриджа.

Блестящие глаза (не то что в жизни), розовые щеки и счастливая улыбка. Наверное, так он улыбается в первый раз. И это благодаря людям, собравшимся сейчас вокруг.

Перри Рандалл залюбовался превосходным образцом таксидермического искусства.

– Великолепная работа, Болдридж, – произнес он дружелюбно.

А затем открыл заседание Манхэттенского охотничьего клуба.

Глава 30

– Как ты думаешь, сколько сейчас времени?

Джефф подозревал, что этот вопрос Джаггер задал, чтобы нарушить молчание. Поскольку время для них сейчас значения не имело. Он уже давно перестал за ним следить. Пустота в желудке и сухость во рту – вот что было важно. Если не утолить голод и жажду, организм взбунтуется. И тогда конец.

Где они находятся, Джефф тоже не знал. После того как отказал сотовый телефон, он следил только за тем, чтобы не потерять ориентир относительно обнаруженного колодца, через решетку которого было видно голубое небо. Не это продлилось недолго.

Они отправились на поиски чего-нибудь, что можно было использовать в качестве лестницы. Обнаружили коллектор, в котором, по мнению Джаггера, должна быть кладовая.

– Здесь проводят работы – значит, где-то должны хранить инструменты. Неужели они каждый раз спускают лестницу сверху? – Джаггер сжал свой железнодорожный костыль, который по-прежнему был весь в крови, теперь уже засохшей.

Джефф не стал спорить, хотя приятель мыслил нелогично. Если обнаруженный колодец служит для доступа в туннель рабочих, там обязательно должна быть лестница. Сам он ничего такого найти не надеялся, но лучше иметь какую-то цель, чем просто беспомощно двигаться в темноте.

Неожиданно в поисках лестницы они вышли к широкому железнодорожному туннелю, который – Джефф был в этом совершенно уверен – проходит под Парк-авеню. Они шли дальше, и туннель начал расширяться. Путей появилось больше. Значит, впереди – вокзал Гранд-Сентрал. Лестниц здесь было большое количество. Прикрепленные к стенам, они вели к лабиринту рабочих платформ, над которыми виднелись слабые проблески дневного света, проникающие через решетки далеко наверху.

Поначалу беглецам показалось, что там никого нет. Боясь надеяться, Джефф начал осторожно подниматься по лестнице. Однако довольно скоро, подняв голову, замер. Сверху на него уставились две небритые рожи. Вроде тех, что караулили у реки, когда они в первый раз выбрались наружу. Один из двоих наверху вдруг улыбнулся, вроде как приветливо, и опять блеснула слабая надежда.

Джефф поднялся еще немного. Тогда тот наверху расстегнул ширинку, и через секунду глаза Джеффа обожгла зловонная струя. Если бы не Джаггер, он упал бы на каменный пол по крайней мере с высоты трех ярдов. Сверху раздался сиплый смех.

– Вот суки, – пробормотал Джаггер, снимая Джеффа с лестницы. – Только бы добраться хотя бы до одного. – Он в ярости оглядел рабочую платформу вверху. – Чего же им надо, сволочам? Если они хотят нас убить, так пусть убивают.

– Пока нельзя, – ответил Джефф, протирая глаза грязным рукавом. – Потому что это игра. – Он качнул головой в сторону подонков наверху. – Этих поставили караулить, только и всего. Убивать будут другие. – Рука Джаггера на его плече напряглась, и Джефф невольно тоже сжал кулаки. Ярость приятеля передалась и ему. – Но они не могут быть везде. Такое просто невозможно. Значит, где-то есть выход. Так что давай искать.

Под смех сверху они направились обратно, откуда пришли, потом свернули в проход направо. Вскоре появилась развилка, а через некоторое время еще одна, потом еще. Джефф уже не понимал, в каком направлении они двигаются.

Наконец беглецы набрели на нишу и прилегли отдохнуть. Нужно было беречь силы.

Сколько они проспали, не известно, но проснулись одновременно и сели, массируя онемевшие члены, думая об одном и том же.

– Если мы не найдем еду, то очень скоро умрем с голоду, – сказал Джаггер и посмотрел на Джеффа. – Куда идем?

– Налево, – ответил тот. – По крайней мере там мы еще не были.

Они двинулись по туннелю и примерно через сотню шагов пришли к перекрестку. Справа, по-видимому, был какой-то колодец, откуда сочился слабый дневной свет, и они направились туда.

Свет становился ярче, и появились звуки. Не капающей воды или проходящего где-то вдали поезда, что в подземелье было нормальным фоном, к которому они уже привыкли, а настоящие городские звуки. Шум проезжающих машин, сигналы клаксонов.

Они достигли колодца и посмотрели наверх. Там была решетка, а за ней – пятно яркого голубого неба. И лестница! Железная лестница, прочно вделанная в бетонную стену. Ее нижний конец находится в ярде от пола туннеля, а верх вплотную примыкал к решетке, за которой их ждала свобода.

Беглецы смотрели на лестницу, как на чашу Грааля, которая может исчезнуть, прежде чем к ней прикоснуться. Наконец Джаггер ухватился за вертикальные направляющие и сильно дернул. Лестница держалась крепко.

На этот раз Джефф остался ждать внизу, а приятель начал взбираться к свету.

Фриц Висковски совсем не ожидал, что так получится.

Рано утром вдруг заявился Блэки и показал деньги. Сказал, что есть работа. Делать ничего не надо, только следить за решеткой, чтобы никто оттуда не вылез. Денежки были неплохие. Пить можно было по крайней мере неделю – конечно, если расходовать экономно. Фриц быстро кивнул, соглашаясь, затем сунул деньги в карман. Давненько ему не улыбалась удача. Надо только дождаться, когда отвалит Блэки, и можно начать праздновать. «Только учти, – сказал Блэки, направляясь к двери, – сегодня пить нельзя. Напьешься – прирежут». Фриц слегка погрустнел, но делать нечего, придется подождать до завтра. Он добрался до места и сел у стены неподалеку от решетки, положив перед собой шляпу. На всякий случай, а вдруг какой-нибудь лох, проходя мимо, пожалеет бездомного и кинет туда немного мелочи.

В полдень пришлось потратить пару баксов на сосиски, которые продавали с тележки на углу. Парень, который ими торговал, потребовал, скотина, чтобы Фриц сначала заплатил, и только потом полез вилкой в бак. К порции полагалась булочка, немного порезанного лука и горчица. Фриц наворачивал аппетитные сосиски, поглядывая на решетку. Так, на всякий случай.

Ясное дело, никто оттуда не полезет. Он жевал беззубым ртом и размышлял, не пора ли сходить в магазин.

Блэки приказал сидеть до тех пор, пока он не придет и не даст отбой. Но с полным желудком и деньгами в кармане Фриц чувствовал себя намного увереннее, чем когда утром говорил с Блэки. Винный магазин находился совсем рядом, за углом. Можно купить бутылочку виски, а лучше сразу две. Пора, значит, заканчивать работу, потому что из этого колодца все равно никто не полезет.

Фриц уже собирался принять окончательное решение, когда услышал какие-то звуки из-под решетки. Он встал, подошел к колодцу, посмотрел вниз. Там кто-то поднимался. Фриц не разглядел толком – человек не поднимал головы, – но это не имело значения. Блэки его проинструктировал, как поступить в такой ситуации. Придется, конечно, пожертвовать половиной денег, что лежали сейчас у него в кармане, но работу выполнить нужно. Иначе несдобровать.