Манхэттенский охотничий клуб - Соул Джон - Страница 41

«Сдох. Аккумулятор наверняка уже сдох».

Джефф раскрыл телефон, нажал кнопку «включено». К его изумлению, экранчик осветился. На индикаторе мощности аккумулятора оставалась одна палочка. Индикатор входного сигнала не показывал ничего. Джефф выключил телефон.

«Да, с такой штуковиной можно связаться со своими. Если только найдем место, где проходит сигнал...

И если к тому времени не сядет аккумулятор...»

Ему захотелось уйти отсюда прямо сейчас, начать поиски места, откуда можно позвонить по сотовому телефону.

«Может, подобраться поближе к станции метро?»

Джефф вспомнил, как кто-то жаловался, что в метро слабый сигнал. А с таким аккумулятором вообще лучше не пробовать. Все равно ничего не получится. Джефф поразмышлял немного и решил не пороть горячку.

«Куда мы сейчас пойдем, усталые и голодные? И еще: если я позвоню и не получу ответа, то только потрачу зря оставшуюся мощность. Лучше подождать. Вот поем, отдохну и придумаю, как лучше использовать свалившееся с неба сокровище».

Джефф опустил телефон в карман, и оборванец снова заскулил.

«Плевать. Сумочка краденая. Этот сумасшедший наверняка даже не знает, для чего эта штука предназначена».

Он посмотрел оборванцу в глаза и спокойно произнес:

– Мы останемся на ночь. Поедим с тобой, немного поспим, а потом уйдем. Мы не сделаем тебе ничего плохого.

Тот немного успокоился, кивнул и вытер рукавом нос.

– Джаггер, отпусти его, – сказал Джефф. – Он безвредный.

Это случилось через несколько часов.

Они съели содержимое котелка. Вкус не очень, но, как справедливо заметил Джаггер, жратва здесь все равно получше, чем в Рикерс. Беглецы решили спать по очереди. Вначале Джаггер, потом Джефф.

И вот сейчас, заступив на дежурство, Джаггер задумчиво рассматривал спящих: Джеффа и примостившегося рядом оборванца. Этот хмырь так и не назвал своего имени. Какой большой секрет! Джаггеру было наплевать, как зовут этого парня. Он ему просто очень не нравился.

«Мне противно, как этот тип смотрит на Джеффа. Наверняка, он ему пришелся по душе. Хочет, чтобы Джефф остался с ним, стал его приятелем. Таким же, как мне. Но этого не случится. Как только Джефф проснется, мы сразу же уйдем и опять останемся вдвоем.

Не знаю, можно ли воспользоваться телефоном. Джефф хочет попробовать? Пусть. Он смышленый. Вывел нас в Рисайд-парк. Если бы не те парни, мы бы уже давно были на свободе.

Когда выберемся отсюда, первым делом нужно будет найти пристанище. Найдем, и я позабочусь о нас двоих. Мы не будем нуждаться. Заживем не хуже, чем с Джимми».

Джаггер тронул правой ногой чокнутого. Тот повернулся лицом к Джеффу.

«Ишь ты, сволочь, как уютно прижался. Как...»

Джаггера захлестнула злоба. Он не мог оторвать глаз от чокнутого. Ему казалось, что тот прижимает Джеффа все ближе.

«Эта скотина пытается забрать у меня Джеффа! Черта с два!»

Он полез в карман куртки, нащупал тяжелый железнодорожный костыль. Теперь чокнутый уже извивался рядом с Джеффом. Пальцы Джаггера сжали костыль...

Что было дальше, он не помнил. Очнулся, только когда чокнутый громко застонал и Джефф проснулся. Из большой раны на спине оборванца хлестала кровь. Джефф в ужасе уставился на Джаггера.

– Этот тип хотел тебя убить, – пробормотал Джаггер. – Неужели я должен был спокойно смотреть на это?

– Боже, – выдохнул Джефф. – Он же не мог этого сделать. Он...

Бездомный конвульсивно дернулся, изо рта вытекла струйка крови. Затем он дернулся еще несколько раз и затих. Джефф нерешительно протянул руку, пощупать артерию на шее. Потом поднял глаза.

– Он умер.

Джаггер удивленно вскинул брови. Он вовсе не хотел убивать этого парня.

– Понимаешь, этот чокнутый собирался...

– Пошли отсюда, – коротко бросил Джефф, вставая.

Они быстро собрались и вышли в туннель. У проема Джефф не выдержал и обернулся. Сумасшедший бездомный провожал его пристальным взглядом. В остекленевших глазах отражалось пламя костра.

Глава 25

– Поторопись, а то опоздаешь в школу.

Робби ел, подавшись вперед. Осторожничал, боясь запачкать новую рубашку. Расправившись с кашей, он с надеждой посмотрел на стоящую перед Тилли чашку с кофе.

– А об этом даже не думай, – буркнула она, не отрывая взгляда от позавчерашней газеты. – Кофе замедляет рост.

– Ладно тебе, Тилли, – заныл Робби. – Все ребята пьют кофе. Я тоже хочу попробовать.

– Хорошо, – не выдержала Тилли и пихнула ему кружку, – но только один глоток, и никаких споров. А потом сразу в школу.

Робби радостно заулыбался, а Тилли вспомнила вечер, когда Джинкс привела его в коммуну. Мальчик был так напуган, что она не спала всю ночь. Сидела рядом с постелью, держала за руку. Робби еще долго боялся выходить на поверхность. Ему казалось, что стоит оказаться на улице, и его сразу же оставят одного. Когда кто-нибудь из незнакомых подходил слишком близко, Робби сжимался, словно ожидая удара. Тилли не сомневалась: ребенку просто повезло, что его бросили родители. А ходить в школу он сначала решительно отказывался. Она с трудом его уговорила, пообещав, что на тротуаре, прямо перед зданием школы, все время будет дежурить кто-нибудь из коммуны, кого Робби хорошо знает. В первый день дежурили шестеро, сменяя друг друга, пока директриса не позвонила в полицию с жалобой, что у школы околачивается много бездомных. Робби благополучно пережил этот день, а вскоре оказалось достаточно, чтобы его провожали не до самой школы, а не доходя квартал, и потом встречали в том же месте. В коммуне мальчика все очень любили, и он постепенно снова начал доверять людям.

Робби с опаской глядел на кружку.

– В чем дело? Ты же просил – так пей. Только кофе остыл и, наверное, тебе не понравится.

Мальчик поднес кружку к губам, зажмурился и тут же поставил на место.

– Фу! Как: ты можешь пить такую гадость?

– Как видишь, могу. – Тилли взяла кружку и сделала большой глоток. – Теперь собирайся, а то опоздаешь. Джинкс, ну сделай же что-нибудь с мальчиком, он совсем отбился от рук!

Сидевшая напротив Робби Джинкс застыла как завороженная. Ее глаза были прикованы к фотографии в газете, которую Тилли разложила перед собой на столе. На ней все время стояла кружка с кофе, и вот сейчас, когда она ее подняла...

Это была фотография Джеффа Конверса.

– Дай посмотреть, – попросила Джинкс и, не дождавшись ответа, подтащила газету к себе.

– Надо говорить: разреши посмотреть, – поправила Тилли, но Джинкс не слушала, быстро пробегая глазами по строчкам.

...ПОГИБ В АВТОМОБИЛЬНОЙ КАТАСТРОФЕ, КОГДА НЕИЗВЕСТНЫЙ В УГНАННОЙ МАШИНЕ ВРЕЗАЛСЯ В ПОЛИЦЕЙСКИЙ ФУРГОН ДЛЯ ПЕРЕВОЗКИ ЗАКЛЮЧЕННЫХ...

...ПРИЗНАН ВИНОВНЫМ В ПОПЫТКЕ ИЗНАСИЛОВАНИЯ И УБИЙСТВА... ВЧЕРА БЫЛ ОГЛАШЕН ПРИГОВОР...

...ПОТЕРПЕВШАЯ СИНТИЯ АЛЛЕН ОТ КОММЕНТАРИЕВ ВОЗДЕРЖАЛАСЬ. В РЕЗУЛЬТАТЕ ПРЕСТУПНЫХ ДЕЙСТВИЙ КОНВЕРСА ОНА ПРИКОВАНА К ИНВАЛИДНОЙ КОЛЯСКЕ...

...БЫЛ АРЕСТОВАН НА СТАНЦИИ МЕТРО «СТО ДЕСЯТАЯ УЛИЦА...»

«Боже, ведь я только вчера видела эту женщину в инвалидной коляске! Женщину, на которую напал Бобби Гомес, а потом сбежал, увидев, что кто-то спешит ей на помощь. И случилось все как раз на „Сто десятой улице“!»

– Неправда, – проговорила Джинкс, не осознавая, что произносит вслух. – Это не он...

– Что значит «не он»? – спросила Тилли. – Нет, это именно он! Если бы он был не виноват, его бы не осудили.

– Но я была там! – возмутилась Джинкс. – Это Бобби Гомес! – Она рассказала Тилли все, что помнила о том вечере.

– Очевидно, Бобби Гомес и напал на какую-то женщину. В это можно поверить, потому что он подонок. Но это вовсе не значит, что парень ни чем не виноват. – Тилли забарабанила пальцами по фотографии Джеффа. – На людей в метро нападают чуть ли не каждый день. Я видела такое десятки раз.

– Но это было на «Сто десятой улице»! – настаивала Джинкс. – А вчера вечером я случайно встретила ее. Женщину, которую избивал Бобби. Она была в инвалидной коляске!