Рождественское чудо - Эллисон Маргарет - Страница 2

– И ему должно нравиться мое тело.

– Всего-то? – поразилась Барбара, – Тогда зачем мелочиться, пусть ему нравится в тебе абсолютно все! Ну ладно это мы выяснили, каким должен быть мистер Совершенство.

– Да, – согласилась Ким; – Ему должно нравиться во мне все.

– Отлично! – сказала Барбара, хлопая в ладоши. – Он должен считать тебя совершенством.

Когда они отсмеялись, Ким покачала головой:

– Послушай, насчет мужчины моей мечты. Хорошо, что ты не воспринимаешь меня всерьез.

Барбара понимающе кивнула:

– Так вот почему тебя все раздражает! Депрессия на почве неудавшейся любви.

Ким пожала плечами:

– Обычно я легко переношу одиночество. Но в праздники становится тоскливо. В праздники у меня появляется какое-то необъяснимое неприятное чувство, будто я что-то упускаю в своей жизни. – Она вздохнула. – Не знаю. И в Новый год то же самое. Мне кажется, что абсолютно все, кроме меня, веселятся и получают удовольствие.

Губы Барбары изогнулись в мечтательной улыбке.

– Я прекрасно провела прошлый Новый год. Я тогда встречалась с Фрэнком, помнишь? До Нового года мы виделись с ним., пять раз, и он не сделал ни одной попытки поцеловать меня. Представляешь, он дождался, пока часы пробьют полночь, и только тогда поцеловал меня. Это было так романтично. – Она покачала головой, настроение у нее неожиданно испортилось. – Конечно, мне пришлось потом бросить его ради Рика. Хирурга, – быстро добавила она. Видимо, существовал и другой Рик, с которым она встречалась Роман с Риком-хирургом продлился около пяти месяцев. Когда он уехал из города на курсы повышения квалификации, их связь закончилась.

– Не переживай из-за него, – сказала Ким. – Я знаю, что тебе очень льстило быть подружкой врача, но, поверь мне, жить с врачом не так уж хорошо. Они целыми днями работают. Ты бы никогда не видела его.

Барбара пожала плечами:

– Это не самое страшное в жизни.

– Врачи – это особая порода. Особенно… Какая у Рика специализация?

– Кардиохирург, – сказала Барбара, – как твой отец.

Отец Ким возглавлял отделение кардиохирургии в больнице Святой Марии в городке Энн-Арбор штата Мичиган. Во всяком случае, он работал там пятнадцать лет назад, когда Ким видела его в последний раз.

Ким закатила глаза.

– Убери от меня соус, или от него ничего не останется.

Ты правильно сделала, что бросила Рика.

– Я его не бросала, это он бросил меня.

– Этим он оказал тебе большую услугу. Моя мать была страшно одиноким человеком. Она стольким пожертвовала ради отца, а он этого даже не заметил.

Ким опять вспомнила свою мать. В прошлом году она умерла, и Ким ужасно по ней тосковала. Вспомнила, какие муки вынесла мать, страдая от невнимания любимого мужчины, который полностью посвятил себя карьере и был просто не в состоянии ответить на ее чувства.

– Карьера и пациенты всегда были у него на первом месте, – добавила Ким, – а мы с матерью – всегда на втором Я считаю, если у тебя есть дети, то ты должен воспитывать их сам. А твой Рик вечно пропадал бы в больнице, а если не в больнице, то…

– То со мной в одной из наших восьми спален в огромном доме на воде…

–..бегал бы на свидания с какой-нибудь хорошенькой медсестрой.

– О-о! Каков подлец! – Барбара улыбнулась и погрозила кулаком воображаемому мужу. – Я бы швырнула в него книжкой, а потом обобрала до последнего цента Да, это приятная мысль. Как думаешь, мне удалось бы оставить за собой дом?

– Если ты ищешь мужчину, который предложит тебе жить с ним в огромном доме на воде, я могу дать тебе один совет.

– Выйти за стоматолога?

– Нет, нечто более оригинальное. Почему бы тебе не стать юристом?

– Чтобы отстоять свои права при разводе с врачом? Отличная идея. Подумать только, сколько денег я смогу получить! – Барбара вдруг перестала улыбаться и внимательно посмотрела на подругу. Ким так редко рассказывала о своей прошлой жизни, что Барбара решила воспользоваться моментом. – Ким, – осторожно спросила она, – а что случилось у тебя тогда с отцом? Почему вы перестали общаться? Вы поссорились?

Ким покачала головой:

– Нет, все было гораздо проще. После развода мы с матерью уехали во Флориду, и он сразу потерял ко мне всякий интерес. Алименты высылал регулярно, но к ним ни разу не прилагалось никакой записки. Он даже ни разу не позвонил.

– А ты ему звонила?

Ким кивнула:

– Несколько раз Но его никогда не било дома, а звонить на работу мне не хотелось. Какое-то время я писала ему, но, когда стала старше, перестала.

– А теперь ты не пробовала ему звонить?

Ким печально улыбнулась.

– Не думаю, чтобы ему это было нужно. Наверное, хватит бередить старые раны.

По выражению лица подруги Барбара поняла, что ее расстроил этот разговор, и сменила тему. Она вытащила из холодильника упаковку нарезанного бекона и вскрыла ее.

– Может, нам обсудить теперь более приятную тему?

Например, Новый год? Что-то я не вспомню, чем ты занималась в прошлый Новый год, – сказала она, заворачивая чипе в ломтик бекона и подавая его Ким.

– Ммм, – задумчиво сказала Ким и покачала головой, отказываясь от необычного угощения. – Я не уверена, что это приятная тема, во всяком случае, для меня Прошлый Новый год я провела с незнакомым парнем, помнишь, мы прозвали его Щелкунчиком? Он все время щелкал зубами орехи и говорил, что это не единственный способ, которым он может расколоть орех.

– А-а, вспомнила, – сказала Барбара.

– Это был один из лучших новогодних вечеров в моей жизни. В смысле развлечений, конечно.

– Как бы я хотела, чтобы нашелся действительно замечательный мужчина, который показал бы тебе, как нужно по-настоящему наслаждаться праздником.

Ким засмеялась:

– У меня уже есть такой мужчина – дед Уилли.

– Тебе нужно познакомиться с хорошим парнем, – продолжала Барбара. – Рождество может быть таким романтичным праздником. Тихая праздничная музыка, сверкающие золотые огни…

Ким закатила глаза и кивнула на бекон.

– Перед этим ты говорила, что праздники – это марафон еды. Лично я не вижу в этом ничего, романтичного.

Барбара махнула на нее рукой:

– Ты безнадежна. Ладно, можешь предаваться меланхолии, если тебе так хочется. А я люблю праздники.

– Многие любят, – отозвалась Ким, чувствуя себя немного виноватой оттого, что не может разделить воодушевление Барбары. – Моя мама всегда говорила, что Рождество – необыкновенный праздник, когда случаются разные чудеса.

– Ха, чудеса? – засмеялась Барбара.

– Она так говорила. Каждое Рождество она просила меня загадать какое-нибудь желание и обещала, что оно обязательно сбудется.

– Ну и как, сбывалось?

Ким пожала плечами:

– Я не принимала эти разговоры всерьез. Я не верю в чудеса, тем более в рождественские. Рождество – это., такой же день, как и любой другой день в году. Просто люди в этот день становятся более чувствительными и сентиментальными.

– А я согласна с твоей матерью, – убежденно сказала Барбара. – Например, в прошлом году я провела Рождество здесь, во Флориде, и все время думала, как было бы хорошо встретиться со своей семьей. И что же? В этом году вся семья собирается в Мэне. Моя сестра прилетает из Луизианы, брат – из Балтимора. Разве не чудо свело нас всех вместе? И разве не чудо, что мы до сих пор не поубивали друг друга?

Ким отвела взгляд. Хорошо говорить Барбаре. У нее есть брат и сестра и родители, которые любят ее и друг друга. Ким было понятно нетерпение Барбары, она бы тоже радовалась празднику на ее месте.

– Слушай, у меня есть «идея! – возбужденно вскричала Барбара. – Почему бы тебе не загадать желание? Если оно сбудется, значит, твоя мать была права, а если нет, тогда я.

Ким покачала головой.

– Ну же, Ким, – уговаривала Барбара. – Ну пожалуйста. Всего одно желание. Ну что-нибудь Например, чтобы в следующем месяце продались все твои картины.

Ким знала, чего бы ей по-настоящему хотелось. И это не имело никакого отношения к ее профессии. Она хотела иметь семью.