Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях - Эстес Кларисса Пинкола - Страница 18

Женщина должна научиться мобилизовать или призывать свою агрессивную природу, те качества, которые роднят ее с вихрем, с пыльной бурей. Вихрь – это символ главной движущей силы, той решимости, которая, если ее сосредоточить, а не распылять, придает женщине колоссальную энергию. Имея наготове такой гневный настрой, она не потеряет сознание и не позволит себя похоронить вместе со своими предшественницами. Она раз и навсегда решит проблему внутреннего женоубийства, утраты либидо, утраты желания жить. Ключевые вопросы помогают женщине открыть дверь и развязать руки, что необходимо для освобождения, но без вмешательства вооруженных мечами братьев она не смогла бы одержать полную победу.

Синяя Борода настойчиво зовет жену и начинает подниматься по каменным ступеням. "А теперь, теперь вы их видите?" – кричит его жена сестрам. "Да, – отзываются они, – теперь мы их видим, они совсем близко". Братья скачут на конях по коридору. Они врываются в комнату сестры и волокут Синюю Бороду во двор. Там они убивают его мечами, а останки бросают пожирателям падали.

Когда женщины оправляются от былой наивности, они приносят с собой и для себя нечто ранее неведомое. В данном случае женщина, ставшая более умудренной, призывает на помощь внутреннюю мужскую энергию. В психологии Юнга этот элемент носит название анимус – почти искорененный, отчасти инстинктивный, отчасти культурно приобретенный элемент женской души, который в сказках и символах сновидений проявляется в виде сына, мужа, незнакомца и/или возлюбленного; иногда, в зависимости от душевных обстоятельств конкретного момента, он может быть настроен враждебно. Этот образ души особенно ценен, ибо наделен качествами, которые в женщинах традиционно искореняются, и одно из самых распространенных из них – агрессия.

Если эта присущая противоположному полу природа здорова – что символизируют братья в сказке "Синяя Борода", – то она любит женщину, в душе которой обитает. Именно эта душевная энергия позволяет ей добиться всего, что она пожелает. Если мужское начало обладает душевной силой, то женскому могут быть присущи другие достоинства. Мужское начало поможет ей и поддержит ее в поисках осознания. Для многих женщин такой аспект, свойственный противоположному полу, становится мостом между миром внутренних мыслей и чувств и внешним миром.

Чем сильнее, целостнее и обширнее анимус (считайте анимус мостом), тем более непринужденно, с большим талантом и вкусом женщина конкретно выражает во внешнем мире свои идеи и творческие замыслы. Если анимус у женщины недоразвит, то у нее может возникать множество мыслей и идей, но она не способна выразить их во внешнем мире. Ей всегда недостает способности организовать или осуществить свои замечательные замыслы.

Братья олицетворяют благодать силы и действия. Благодаря им под занавес происходит несколько событий: одно из них заключается в том, что в женской душе нейтрализована огромная и губительная сила хищника, второе – в том, что на место женщины с наивными глазами приходит женщина с бдительным взглядом, а третье – что теперь у нее со всех сторон есть защитники, готовые прийти на помощь по первому зову.

"Синяя Борода" – это во всех отношениях "пронзительная" история о разделении и воссоединении. В конце сказки труп Синей Бороды оставляют на съедение хищным птицам и зверям. Здесь мы имеем дело с очень странным, мистическим финалом. В старину существовали души, которые именовались пожирателями греха. Их олицетворяли духи, птицы или звери, а иногда и люди, которые, вроде козла отпущения, брали на себя грехи, то есть психические отбросы общества, чтобы обеспечить людям очищение и избавление от скверны трудной или неправедно прожитой жизни.

Мы видели, что дикую природу человека может олицетворять Та, кто находит мертвых, Та, кто поет над костями мертвых, возвращая их к жизни. Эта функция Жизни-Смерти-Жизни – главный атрибут инстинктивной природы женщины. Сходным образом, в скандинавской мифологии пожиратели греха – это пожиратели падали: они поедают мертвых, вынашивают их в своих животах и приносят Хель, богине жизни и смерти. Она учит мертвых проживать жизнь от конца к началу. Они молодеют и молодеют, пока не становятся готовы снова родиться и обрести освобождение в новой жизни.

Такое пожирание грехов и грешников, их последующее вынашивание и высвобождение в новую жизнь составляет процесс индивидуации самых низменных аспектов души. В этом смысле правильно и справедливо, что энергия черпается из хищнических элементов души, что их, так сказать, убивают, лишают силы. Таким образом их можно вернуть сострадательной Матери Жизни-Смерти-Жизни, чтобы она преобразила их и снова выпустила в свет – будем надеяться, в менее агрессивном обличье.

Многие ученые, исследовавшие эту сказку, считают, что Синяя Борода символизирует силу, для которой искупление невозможно [5]. Я же чувствую, что Для этого аспекта души существует дополнительная перспектива – не преображение серийного убийцы в мистера Чипса, [18] а, скорее, нечто вроде лечебницы для душевнобольных, только пристойной, где можно видеть небо и деревья, где хорошо кормят и, может быть, даже используют музыку в качестве успокаивающего средства, но не изгоняют на окраины души для мучений и унижений.

С другой стороны, я не хочу сказать, что нет такого явления, как очевидное и неискупимое зло, поскольку оно действительно существует. Во все времена существовало мистическое представление, что любая человеческая работа, направленная на индивидуацию, попутно высветляет тьму в коллективном бессознательном всех людей – именно в том месте, где обитает хищник. Юнг как-то сказал, что Бог стал более сознательным [6], потому что люди стали более сознательными. Он утверждал, что люди, выпуская своих личных демонов на дневной свет, становятся причиной того, что свет падает на темную сторону Бога.

Я не хочу сказать, что знаю, как это все работает, но, если следовать архетипической модели, это выглядит и работает примерно так: вместо того чтобы осуждать обитающего в душе хищника или убегать от него, мы его уничтожаем. Чтобы это сделать, мы не позволяем себе уничижительных мыслей о жизни своей души и, особенно, о собственной значимости. Мы ловим оскорбительные мысли, прежде чем они вырастают настолько, чтобы причинить нам вред, и уничтожаем.

Мы уничтожаем хищника, противопоставляя его обличениям собственные питательные истины.

Хищник: Ты никогда не завершаешь начатого.

Вы: Я многое завершаю.

Мы отражаем нападки природного хищника, принимая во внимание то справедливое, что содержится в его словах, и работая над ним, а остальное отбрасываем.

Мы уничтожаем хищника, развивая интуицию и инстинкты и не поддаваясь на соблазны противника. Если бы нам пришлось перечислить все свои потери, вплоть до сегодняшнего дня, припомнить моменты, когда мы переживали разочарование, когда были не в силах вынести мучения, когда лелеяли сладкие, сентиментальные фантазии, мы бы поняли, что именно это и есть уязвимые места нашей души. Именно к этим голодным и обездоленным ее частям обращается хищник, чтобы скрыть тот факт, что его единственное намерение – уволочь вас в подвал и, как кровь, перелить себе вашу энергию.

В финале сказки о Синей Бороде его кости и жилы бросают хищным птицам. Это позволяет нам ясно увидеть преображение хищника. Вот последняя задача женщины в этой сказке: предоставить природе Жизни-Смерти-Жизни подобрать расчлененного хищника, чтобы потом его выносить, преобразить и выпустить обратно в жизнь.

Если мы отказываемся ублажать хищника, он лишается своей силы и не способен действовать без нас. В сущности, мы загоняем его в тот слой души, где все творение еще пребывает в бесформенном виде, и пусть себе булькает в этой эфирной похлебке, пока мы не подыщем для него форму – наилучшую оболочку, которую он сможет занять. Если очистить душевную одержимость хищника, можно будет, придав ей новую форму, использовать ее для других целей. Тогда мы становимся творцами, и это исходное вещество становится сырьем для нашего творчества.