Русский Рэмбо для бизнес-леди - Звягинцев Александр Григорьевич - Страница 103

В бетонном отсыревшем бункере было темно и стыло. Свет горел лишь на третьем этаже. Там Тото сидел в бывшем кубрике для отдыха старших офицеров со спутниковым телефоном.

Мягко светила керосиновая лампа. Шумел предусмотрительно захваченный японский примус для обогрева туристских палаток. В обшитой толстым слоем пластика с утеплителем комнатке становилось уже жарко, но Тото Костров трясся в нервной горячке.

Стук в дверь заставил его вздрогнуть.

Тото открыл железную дверь, и в тесную комнату ввалились Хряк с Бабахлой, таща за собой тяжелый запах закисшей крови.

– Хохлов замочили, – тяжело отдуваясь, буркнул Хряк. – Дай ширнуться.

– Я вам сейчас каждому так дам ширнуться!!! Кто разрешил идти на мокрое дело?

– Ворон прилетел, – сказал Бабахла.

– Где он? – взвился с места Тото.

– Связали и в каптерку с крысами кинули.

– Один или с бандой?

– У Ворона попробуй вытяни чего-нибудь. Верченый. Брешет, что Скиф с командой наверху. Когда за нами прилетят?

– А соплячка где?

– Вниз перетащили. Замерзнет там еще, падла.

– Я вас всех тогда сам заморожу! Наверху что-нибудь осталось?

– Не-а… – ответил Хряк. – Все наружные люки задраили. Когда за нами прилетят?

– Жду вот… – Тото показал на спутниковый телефон. – Молчат, суки. Фазер мой звонил из Швейцарии пару раз, мочалку жует какую-то, просто уши вянут слушать этих дураков. Козел Коробов в Цюрихе уперся. Симу куда-то черти занесли, и Скифа до сих пор не взяли. Вертолет с харчами не прилетел. Херня, короче, по верхам какая-то. Да еще вы тут под руку горячку порете.

Обиженные таким неласковым обхождением шефа, подельники съежились, чтобы пройти в узкую дверцу. Из темного коридора еще долго было слышно, как пыхтел в обиде Бабахла, доказывая Хряку, что в мире существует лишь одна голая несправедливость.

А для таких порядочных людей, как они, вообще нет места в этом поганом обществе. Век свободы не видать.

Штурмовать шахту с утра не отважились. Неизвестно, сколько у бандитов может быть людей и откуда они ждут подмоги.

Полдня Скиф, Лопа и Засечный зябли с биноклями на соснах. Никто из похитителей так и не вышел на поверхность.

К обеду вернулись в хату, обогрелись.

К вечеру снова все втроем вышли к объекту, теперь уже с оружием и полным боекомплектом.

Обошли весь городок, обнесенный колючей проволокой на повалившихся кое-где столбах. Нашли вентиляционные и выхлопные шахты, но все они были круто отвесные, с Волком не спуститься. Зато и сам серый постарался: выскреб лапами дыру в сугробе.

За проваленными досками маскировочной обшивки мощные ручные фонари высветили бетонный бункер для заезда машин-топливозаправщиков. Скиф приказал Лопе караулить этот выход, а сам с Засечным спрыгнул вниз.

В обширном пандусе ледяная вода стояла выше колена. Пес заскулил от холода.

– Молчать, серый! – шлепнул его по спине шнурком от фонаря Скиф. – Ищи!

Покойница Ольга, по всему видно, не пожалела денег на обучение собаки. Пес работал безукоризненно.

Негромко подал голос, когда нашел развороченную калитку в непробиваемых железобетонных воротах на заезде.

Неизвестные мародеры постарались тут взрывчаткой на славу – бетонированный люк еле держался на петлях.

Внутри сухого места почти не было. Повсюду хлюпала под ногами вонючая жижа. Пахло смазкой, ржавчиной и едкой химией ракетного топлива.

Серый Волк исчез, только было слышно, как впереди шлепают по воде его лапы. Скиф посветил на компас – они шли прямо к сердцу шахты.

Ворона с девочкой бандиты заперли в большой железной клетке, где прежде находился центральный компьютер. Теперь почти все блоки были вытащены из ячеек, и полупустое пространство напоминало курятник с жердочками. Безопасно распрямиться можно было только в проходе между стойками, шириной не более метра.

Сначала Ворон стучал кулаками в дверь из тонкого трехмиллиметрового железа. Бесполезно. Потом пытался в темноте разобраться в конструкции замка. Но на двери был не замок, а элементарный металлический засов, который закрывал дверь снаружи. Тогда старик из последних сил вырвал железную трубу, по которой были пущены когда-то провода, и сунул обрезок трубы под дверь.

Медленно, миллиметр за миллиметром, он отгибал дверное полотно, пока не образовалась достаточная щель. Вылез в темный аппаратный зал и присел в углу за приборными стойками. Из далекого коридора на пол упала полоска жиденького света. Ворон быстро поднялся, проклиная свои старые скрипучие кости, и, как был босиком, крадучись, направился к кубрику, который занимал Тото.

Его он увидел склонившимся над телефоном. Тото безуспешно давил пальцами-сардельками миниатюрные кнопки. Ворон неслышно задрал на себе рубаху, запустил пальцы в кожную пазуху в животе и извлек оттуда маленькую заточку-выручалочку.

Не было времени для душераздирающих церемоний и высокопарных заклинаний, как предписывал когда-то перед убийством противника блатной этикет.

Ворон попросту всадил заточку в цыплячий пушок на затылке Тото. Потом взял автомат и неслышно вышел в коридор, предварительно пригасив керосиновый фонарь и притворив за собой дверь.

Он вернулся в прежний уголок за аппаратной стойкой и опустился на ледяной от холода пол. Заныли старые ревматические кости, горло перехватил хриплый кашель.

Но тут раздался собачий лай и выстрелы. Ворон с трудом поднялся с выстуженного пола и вышел в коридор.

Слишком поздно он заметил, что на пол снова упала неяркая полоска света. Затем грянул выстрел – Тото, как гость с того света, с заточкой в затылке, странно покачиваясь, стоял на ногах, держась за дверь, и силился снова поднять пистолет. Превозмогая боль. Ворон круто развернулся и нажал спусковой крючок автомата…

Тело Тото грузно рухнуло на пол.

Тяжело шаркая ногами. Ворон вернулся в компьютерный отсек, нашарил в темноте безмолвную Веронику и с трудом перенес ее в теплый кубрик Тото.

– Де-ед! Во-оро-он! Не стреляй… – это я, Скиф! – раздался голос из дальнего конца коридора.

Ворон тяжело припал к стене и как мог крикнул: