Корпорация - Беляева Виктория - Страница 71

— Ничего… Не обеднеют! — процедил сквозь зубы собеседник Денисова.

Денисов кротко вздохнул.

Два губернатора — белогорский и снежнинский — сидели за круглым столом в кабинете белогорца и смотрели друг другу в глаза: Денисов — с выражением всепрощения, Кочет — как обычно, угрюмо.

— Александр Иванович, — снова вздохнул Денисов, — СГК кормит не только край. Ваши требования напрямую угрожают экономической безопасности целого региона: Снежного и Нганасанского округа в целом. Если «горка» выполнит ваши требования и выплатит налоги вперед, у нее начнутся большие проблемы с оборотными средствами. Как только у «горки» начнутся проблемы с оборотными средствами, начнутся проблемы у всех: и в городском и в окружном бюджете появятся дыры, начнутся перебои с зарплатой бюджетникам… А дороги наши кто ремонтировать будет?… А ЖКХ наше каких дотаций требует, не знаете?… А программа строительства жилья в поселках — ее кто, Пушкин финансировать будет? Или, может. Вы деньжат подбросите?… Вы что, хотите иметь социальные проблемы?…

— Это будут ваши проблемы, — ответствовал губернатор, — Вы их и решайте!…

Денисов склонил голову, глянул искоса на коллегу. В глазах загорелись нехорошие зеленые искорки.

— Безусловно, — миролюбиво сказал он, — Свои проблемы сами будем решать. Будем экономить. Программу жилищного строительства — на фиг! Не по карману нам теперь это…

Во взгляде Кочета мелькнула тревога.

— Северный завоз тоже придется сократить. — вслух рассуждал Денисов, — Заодно и поставщиком сменим… Будем искать, где подешевле…

Кочет сердито сопел, но молчал.

— Стало быть, объем наших закупок будет стремиться к нулю… — продолжал Денисов, исподтишка наблюдая за реакцией собеседника, — А семьдесят процентов наших закупок мы производили в крае… Что у нас там?… Стройматериалы… Топливо… Продукты питания… Техника кой-какая, по мелочи… Ерунда, в сущности, да и деньги небольшие… Миллионов пятьсот в год — ерунда на постном масле… Правда, некоторые наши белогорские поставщики только этой ерундой и жили, мы у них были… хе-хе… эксклюзивными потребителями… Теперь же им останется положить зубы на полку и закрыть к чертовой матери свои конторы, потому что работать они не умеют и новых потребителей не найдут…

Денисов говорил правду: закупки округа в крае были своеобразным жестом доброй воли со стороны Снежного. Выгоднее было покупать и стройматериалы, и топливо в других регионах, но сам Кочет два года назад выступил с инициативой связать север и юг края узами экономической дружбы и наладить торговые контакты, которые позволили бы мелким белогорским предприятиям, много лет находившимся в кризисе, худо-бедно развиваться и кормить своих работников. Разрыв торговых отношений Снежного с Белогорском означал для этих предприятий очередную клиническую смерть.

— Да!… — прервал сам себя Денисов, — Слышали новость?…

— Какую? — недоверчиво поглядел на него отставной генерал.

— В Снежном новая фирмочка зарегистрировалась… — взгляд Денисова оставался безмятежным, — Называется — ОАО «Снежнинская горно-металлургическая компания»… Почти как СГК, только одна буковка новая и появилась…

Кочет хранил молчание.

— Говорят, — Денисов перешел на заговорщицкий шепот, — Что в эту фирмочку СГК передаст все свои активы и работы… «Горка» останется в роли подрядчика, выполняющего работы, а основные фонды и контракты поставок будут принадлежать этой самой СГМК. И лицензии на разработку недр перейдут в новую компанию… Уж об этом-то я позабочусь!…

Как бы мало не был осведомлен Кочет в тонкостях бизнеса, суть сказанного была понятна с полуслова. Если лицензии, активы и торговые обязательства СГК передаются новой компании, зарегистрированной не в крае, как нынешняя «горка», а в округе, для него, Кочета, это означает возможность полной потери такого крупного налогоплательщика, как Снежнинская компания. СГМК, зарегистрированная в округе, и налоги будет платить округу, а не Белогорскому краю.

«Новость» эта Кочету была известна месяц назад и, признаться честно, уже добавила седины в вороной шевелюре генерала. «Росинтер» не особенно скрывал подготовку к реструктуризации снежнинских активов, более того — делал это почти публично, демонстрируя полную серьезность намерений. Тем не менее, Кочет на слова Денисова отреагировал сдержанно:

— Это еще вилами по воде писано, — заявил он мрачно, — Переведут туда активы, не переведут… В нашей стране проверяльщиков хватит, чтоб года два законность сделок выяснять… Замаетесь!

— Это точно, — охотно поддержал тему Денисов, — Проверяльщиков у нас хватает… Кстати, о проверках… Не выясняли еще, что там за ажиотаж такой вокруг Цыпина поднялся?

Денисов попал в цель: глаза отставного генерала неожиданно остро и зло сверкнули из-под надбровных дуг.

— Это дело суда… — сказал Кочет — чуть громче, чем полагалось бы говорить человеку невозмутимому и к теме равнодушному.

— Оно конечно, — согласился Денисов, — Но интересно все-таки… Новый свидетель нашелся… Новые показания… Неужто этот Змеющенко сам надумал за Цыпу вступиться?… — Денисов подождал, не скажет ли чего Кочет, — Вряд ли сам… Кишка у него тонка… Помог, наверное, кто-то, подобрал, обогрел, пообещал защиту…

Генерал ответил неразборчивым хриплым рыком, но остановить Денисова ему не удалось.

— Вы б справочки навели, Александр Иванович, — не унимался он, — Змеющенко — это еще цветочки… А вдруг новый какой свидетель найдется? Вдруг расскажет что-нибудь вообще непотребное?… Например, о сговоре Апельсина с краевыми властями и о личном участие губернатора Кочета в операции «Подставь Цыпу»…

— Ссссука! — выдохнул, наконец, Кочет, и, неожиданно легко подскочив, попытался было через стол ухватить Денисова за лацканы, но тот спасся, отъехав вместе с креслом на безопасное расстояние, — Ах ты, щенок!…

— Ты совсем еще щенок, говорит суровый волк с инеем на холке… — процитировал задумчиво Денисов, — Да сядь ты!… — прикрикнул он, видя метания Кочета по ту сторону стола.

Кочет не сел, а вышел из кабинета — в ту дверь, что вела в комнату отдыха. Появился спустя минут пять — багровый, все еще злой, но уже без той гримасы слепой ненависти, которая на миг до неузнаваемости исказила лицо и, признаться, произвела на Денисова изрядное впечатление.

— Я в курсе, — сказал Денисов — уже без всякого издевательского миролюбия, — Я в курсе твоей договоренности с Фрайманом. Я знаю, что тебе нужна байкальская энергия. Но еще не факт, что, если ты выполнишь требования Фраймана и попытаешься загнобить «горку», ты получишь энергию. Далеко не факт!…

Повисла пауза, прервал которую Кочет — голосом глухим и нездоровым:

— Для меня тут вариантов нет. Больше мне энергию по таким ценам купить негде. И я свои обязательства выполню.

— А ведь это тоже вилами по воде писано… — теперь Денисов говорил жестко, — Даже если предположить, что у Фраймана нет планов тебя кинуть, его собственные возможности пока что очень ограничены. Будет или нет у него контроль над «Байкалэнерго», зависит от того, как кончатся выборы в Байкальске. А там случится может всякое. У Терских, который Фрайману обещал последний пакет «Байкалэнерго», шансы есть, но есть и конкурент достойный. И если этот конкурент при нашей горячей поддержке обскачет старика Терских — кирдык настанет и фраймановским планам, и твоим, соответственно.

Кочет молчал.

— Я тебе предлагаю сделку простую и ясную, — продолжал Денисов, — От Фраймана, или от кого-то еще, ты свое дешевое электричество получишь. Но если ты останешься с Фрайманом и продолжишь свои наезды на СГК, ты получишь в комплекте еще и большой геморрой в виде вывода «горки» в округ и всего прочего, о чем я тебе тут два часа рассказывал… Суть проста: ты оставляешь в покое Корпорацию, а Корпорация решает твою проблему с энергией…

Кочет продолжал молчать, глядя в стену.

— Пойду я, — Денисов поднялся, — Засиделся что-то… Ты, Кочет, думай. Но недолго. Завтра буду звонить.

Он пошел к выходу, и уже у самых дверей его окликнули: