Загадка миллиардера Брынцалова - Беляева Лилия Ивановна - Страница 52

Вот именно. Что бы там и как ни говорили — а «Ферейн» в славе и почете. Каждое третье лекарство в России — от «Ферейна».

И бегают, носятся по городам и весям машины с волшебной надписью «Ферейн», спешат на помощь людям…

И, стало быть, плевать на то, что миллиардер строит замок-дворец, и на то, что его жена красуется в бриллиантовом колье немыслимой стоимости почти в миллион долларов. Как говорится, могут себе позволить…

А любознательные на выставку художника Шилова спешат и, как оказалось, не только за эстетическим наслаждением. При мне три тетеньки, видимо, подружки, одетые бедненько, серенько, проходя внутрь зала, интересовались у билетерши:

— А где здесь портрет Брынцаловой?

И шустро так, скорехонько, мимо всех прочих картин — к этому самому портрету. А там и без того народ толпой.

Что такое? В чем главный интерес? Подхожу и слушаю:

— Гляди, гляди, сколько на ней изумрудов и бриллиантов! Деньжищ сколько на себя напялила — не постеснялась!

— А может, они все искусственные?

— Ты что! У них, этих «новых русских», все натуральное! Нахапали, а теперь хвалятся. Стыда на них нет. Народ перебивается с хлеба на квас, а эти… Ненавижу!

И что же, собственно, тут такого? Разве не о том толковал мне Владимир Алексеевич, что, мол, добьюсь любви через ненависть… Значит, на что рассчитывал — то и произошло? Ненависть уже есть… Остается дожидаться любви?

У меня же в голове еще добавилось неразберихи.

— Александр, как, как это все понимать? Всю эту открытость, которая очень смахивает на беззастенчивость? Неужели Владимир Алексеевич всерьез считал, что именно этот путь ведет к сердцам избирателей?

— Брынцалов относится к людям, которые говорят: «Я — открытый политик и должен быть на виду. Как может избиратель голосовать за кота в мешке? Он должен знать обо мне все — мои достоинства и недостатки, мои болезни, моих жен, моих любовниц, моих детей», то есть он не стесняется этого, он говорит об этом вслух. Здесь он «перекликается» с западными политиками.

— Позволь, позволь, Хиллари на выборах ходила во всем таком простеньком. Да и Клинтон не демонстрировал часов с бриллиантами… Хотя и могут себе позволить, небось, приобрести…

— Ну они уже сколько времени в политике! А Брынцалов — всего ничего, — срезал меня как всегда находчивый Александр.

Свидетельствую: пресс-секретарь миллиардера Александр Толмачев стеной стоял за своего хозяина, не давая мне усомниться ни на грамм в его праве быть таким, как он есть, и уверял:

— Он никогда не борется со своим характером. Да, нелегкий… Но считает, что раз этот характер помог ему выжить сорок лет назад, когда он ходил босой и когда нечего было есть, и десять лет назад, когда на него наезжает налоговая инспекция, а он выдерживает эти наезды… Он не откажется от своего характера никогда. Он считает, что сила его — в характере. А то, что он взбалмошный? Не всегда. Редко.

А едва я завела свою насквозь обывательскую речь о бриллиантовом колье — тотчас перевел все на другие рельсы:

— Да, Наташа числится помощником, советником Брынцалова и получает восемнадцать тысяч долларов в месяц. Но она не все деньги тратит на себя, это факт. Она потихонечку финансирует какой-то детский дом, отправляет деньги каким-то бедным семьям. Она считает, зачем вкладывать деньги в благотворительный фонд, где такие морды… лучше помочь конкретной семье.

Лучше… хуже… Запутаешься с этими миллиардерами!

В то бурное время, когда в новом составе Госдумы только-только замелькала, и то нечасто, фамилия Брынцалова, вдруг раз — и объявил он себя социалистом-капиталистом и врезался в круговерть президентских выборов, претендуя на роль «царя-батюшки» всея России! И бац — поместил в предвыборной листовке в качестве приманки для избирателя не какую-нибудь модель «Жигулей», а фото своего шестисотого «мерседеса»! Для голодного-холодного избирателя! Для тысяч и тысяч мечтающих просто о куске хлеба с чаем! Нате, мол, вам поцелуй от «мерседеса», от кучи долларов!

Ну и как наши сограждане? Матом-перематом в ответ? Батюшки-светы, стихи! Да еще величальные!

И тут же конкретный вклад в выборную кампанию в виде добавочных стихов-призывов:

И еще:

Это было тогда, когда еще цвели одуванчики… Это было, как подумаешь, давным-давно… Когда все мы хотели верить только в лучшее, в преодоление экономического и духовного кризиса, в рассветы без закатов…

И чегой-то мы были такие прямо глуповатые?!

СТРЕЛЯЙ, А ТО ПРОИГРАЕШЬ!

Как только моя подруга узнала, что я собираюсь писать о Владимире Алексеевиче Брынцалове, возмутилась ужасно:

— Ты что, с ума сошла? Сдались тебе эти «брынцаловы»! сколько ест интеллигентных, образованных, тихих людей, но их никто не замечает, никто о них ни полслова в прессе! Ученые, профессора, музыканты высшего класса — гордость России! А эти, «новые русские», так и лезут в глаза со своими «мерседесами» и брюликами! Полстраны без зарплаты сидит, нищенствует, а эти, бесстыжие, как вороны на помойке…

— Ну ты уж слишком! — пристыдила я.

— Да разве я одна их на дух не признаю? Хочешь, частушку спою? На рынке мужичок под гармошку наяривал. В рваных ботинках мужичок, с наградами за Великую Отечественную, лет семьдесят ему, если не больше.

— Давай, — согласилась я.

— Только забористо очень, — хохотнула она в трубку. — Не покраснеешь?

— Постараюсь.

— Ну, слушай про своих «героев».

— Все? — спросила я.

— Нет, есть продолжение. Это, конечно, не про самого миллиардера. Но, видимо, «муж и жена — одна сатана». Отметь, народу вокруг гармониста собралось немало, смеялись, кидали в его кепку рублики — тысячные по-нашему. А тот выдал дальше: