Бонжур, Антуан! - Злобин Анатолий Павлович - Страница 88

— Не надо, Николь, — Тереза достала платок. — Я ему верю. — Глаза её были сухими и решительными. — Что я должна сказать тебе ещё? — тревожно спросила она.

— Кто же всё-таки был в машине? — спросил Антуан.

— В какой машине? — не поняла Тереза.

— Темно-синий «феррари», номер девяносто три двадцать пять икс, — пояснил я.

— Я не знаю такого номера, — ответила Тереза.

— А с кем приехала твоя мать домой в воскресенье? — спросил я. — Ведь она приехала на «феррари»?

— Возможно, я плохо разбираюсь в машинах. Её привёз домой мсье ван Сервас. Мама была крайне взволнована и сразу ушла к себе. По-моему, она даже плакала… Но разве ты встречался с мамой в воскресенье?

— Ван Сервас? — удивился Антуан. — Это он арендовал машину. А кто он?

— «Человек в маске», шестая серия, — невесело усмехнулся я. — Икс плюс игрек равняется ван Сервас.

— Питер ван Сервас — управляющий барона Мариенвальда, — ответила Тереза Антуану. — Он живёт в Брюгге и бывает у нас каждый месяц. Он тоже настаивал на моём браке с бароном. Но ты не ответил на мой вопрос: ты встречался с мамой в воскресенье? — Она снова с ожиданием глянула на меня.

— Ты не должен говорить ей про её мать, я сам её обману, — Иван произнёс несколько французских фраз и внезапно ударил себя по лбу. — Кто же сказал женщине в чёрном про твоего Бориса? — удивился он с опозданием на два дня.

— Ты попал в точку, отважный следопыт. А что ты скажешь относительно ван Серваса?

— Пьер Дамере спрятал своё прошлое под могильной плитой и стал Питером ван Сервасом, — отвечал Иван, не задумываясь. — Ведь Питер будет по-ихнему Пьер, одну букву мы угадали. Он и сказал ей про Бориса…

— Увы, Иван, на одной букве далеко не уедешь. А после воскресенья ван Сервас приезжал к вам? — спросил я у Терезы.

— Он был вчера утром. Они с мамой проверяли все книги. Питер говорил, что это очень срочно. Они оба уговаривали меня позвонить к тебе, встретиться и передать карточку покойного дяди. Значит, они обманывали меня? Как это ужасно…

— О чём рассказал телефонный звонок, — проговорил я в задумчивости. — Кто его знает, может, этот Питер как раз и собирается удирать за границу. Как думаешь, Антуан? Николь же слышала разговор.

— Надо позвонить в Лилль к Терезиной бабушке, — предложил Антуан. — Кто ещё бывал у вас последние дни?

— Только барон, — ответила Тереза. — Он привозил мне подарок и о чём-то совещался с ван Сервасом. О, как я его ненавижу! Не нужны мне ни его подарки, ни его титул…

Времени оставалось все меньше. Пора подводить итоги. А загадок становилось все больше.

— От кого Пьер Дамере получил наследство? — спросил я.

— Умер его отец, он был единственным сыном. И тогда дядя переехал во Францию, но он сохранил бельгийское подданство, поэтому мы могли часто встречаться.

— Не было ли у твоего дяди Пьера какой-либо клички до войны? — спросил Антуан.

— Кличка? — Тереза задумалась. — Что-то он говорил один раз. Что-то такое смешное. Он был в детстве толстый, и его как-то дразнили. Но я не могу вспомнить.

— Постарайся, Тереза, постарайся, — настаивал Антуан. — Может, я тебе подскажу: его дразнили Буханка. Ну как, вспомнила?

— Нет, я не могу точно ответить. Это был давний разговор, а я была маленькая…

— Кому же принадлежала «Святая Мария»? — сказал я.

— Сейчас этот отель называется по-другому, — заметила Тереза. — Я была там в прошлом году и узнала это. Он называется «Над Маасом» и принадлежит барону Мариенвальду.

— Увы, Тереза, не бывать тебе баронессой! — живо воскликнул я. — Займёмся-ка его недвижимостью. Какими отелями он владеет ещё?

— В Брюгге он имеет отель «Храбрый Тиль», в Кнокке ему принадлежит «Палас». У него есть дома в Монсе и Генте.

— Идём по следам Щёголя, — заметил Антуан, сосредоточенно пощипывая ухо. — Адрес синего «феррари» тоже указывает на Кнокке.

— Где находится вилла нашего барона на побережье? — спросил я.

— Вендюне, сто сорок. Месяц назад он подарил мне список всех своих владений.

— А ван Сервас, говоришь, живёт в Брюгге?

— Каренмаркт, шесть, это рядом с гостиницей «Храбрый Тиль».

— Кто поверенный Мариенвальда? — спросил Антуан.

— Метр Фернан Ассо.

— У вас слишком много вопросов, — капризно воскликнула Николь.

— Вопросов больше нет, — ответил я.

— Но по-прежнему ничего и не ясно, — с улыбкой подхватил Антуан. — Наибольшее число совпадений приходится на отель «Святая Мария»: карточка Пьера Дамере, принадлежность её Мариенвальду, упоминание о ней в синей тетради. Это не может быть случайным. Дай-ка мне тетрадь, я ещё раз посмотрю, что пишет Альфред.

— Увы, Антуан, у нас уже нет синей тетради! Президент Поль Батист забрал её, чтобы показать в архиве и расшифровать клички.

— Ну что ж, — Антуан с выражением посмотрел на меня и пожал плечами. — Нет тетради, но есть «Святая Мария». Кажется, она ещё стоит на месте.

— Одно осталось нам, Антуан, уповать на «Святую Марию».

— Она уже перестала быть «Святой Марией», — мрачно изрёк Шульга.

— Святая Мария поможет нам в скрытом виде, о русский Жан, — я засмеялся. — Так что же мы решаем, Антуан?

— Нам пора, — ответил тот, поднимаясь. — Начнём с Шервиля, с Агнессы Меланже…

— В Ромушан тоже надо заехать, — сказал я.

— И к президенту в горы, — сказал Антуан.

— А потом прямым ходом в Кнокке, — сказал я.

— Зачем в Кнокке? — спросил Иван. — Это будет конец вашей дороги?

— Это будет началом, Иван.

— Итак, я звоню в Кнокке, — сказал Антуан, берясь за телефон.

— Но ты же не можешь заказать номер от своего имени, — сказал я.

— Ты забыл о моём кузене Оскаре, — бросил Антуан, не оборачиваясь.

— Виктор, ты вернёшься? Ты обещаешь мне? — спросила Тереза.

Кукушка на стене прокуковала десять раз.