Капитан - Зевако Мишель - Страница 118

– Да, – спокойно кивнул Капестан.

– Шевалье, я трижды обязан вам жизнью, – вскричал маркиз. – Вы для меня – не просто непобедимый герой. Я считал вас своим врагом, в то время как вы были для меня бесценным другом…

Глаза молодого вельможи увлажнились.

– Шевалье, когда Марион рассказала мне, как вы пришли к Ришелье… Описала всю эту сцену… я понял, что должен увидеть вас. – Сен-Мар вскочил со стула. – Шевалье, я прошу у вас прощения за то, что оскорбил вас в подвалах особняка герцога Ангулемского.

– Маркиз! – вспомнив о Жизели, Капестан побледнел.

– Шевалье, я прошу у вас прощения за то, что скрестил с вами шпаги. Я прошу у вас прощения за то, что был вашим врагом. Позволите ли вы мне считать вас своим братом? – воскликнул Сен-Мар.

Ничего не ответив, шевалье шагнул к маркизу, и молодые люди крепко обнялись.

Как только состоялось примирение, Капестан кликнул Коголена и велел ему принести вина, холодного цыпленка и какого-нибудь паштета. С недовольной миной слуга порылся в кошельке, и скоро друзья сели за стол.

Они попировали на славу.

Наконец Сен-Мар объявил, что ему пора забирать из «Трех королей» своего коня. Маркиз заставил Капестана поклясться, что тот приедет к нему в Орлеан погостить. После этого Сен-Мар пошел к двери, но на пороге внезапно остановился. Казалось, молодой человек был чем-то смущен.

– Дорогой друг, – наконец произнес он, – у меня к вам есть еще одна просьба. Окажите мне последнюю услугу. Может быть, она важнее, чем все предыдущие, потому что сейчас дело касается моей чести.

– Вы хотите, чтобы я был вашим секундантом? – осведомился Капестан.

– Нет, – опустил глаза Сен-Мар. – Послушайте, однажды, и может быть, даже совсем скоро, вы женитесь…

Шевалье побледнел и энергично замотал головой.

– Да, – продолжал маркиз. – Похоже, я понимаю это лучше, чем вы… Шевалье, вы женитесь на девушке, достойной вас, я в этом не сомневаюсь.

– Никогда, – прошептал Капестан.

– Послушайте же! – вскричал Сен-Мар. – По отношению к той, что предназначена вам судьбой, и по отношению к ее благородному отцу я вел себя не так, как подобает дворянину.

– Значит, вам известно что… – тихо проговорил потрясенный шевалье.

– Выслушайте меня до конца, – прервал его маркиз. – Умоляю вас, скажите этой девушке и ее отцу, что у маркиза де Сен-Мара есть только одно оправдание: он был ослеплен страстью. Заверьте их, что я преклоняюсь перед ними. Капестан, добейтесь того, чтобы они меня простили!

Изумленный шевалье жадно внимал словам Сен-Мара.

– Наконец, когда вы будете говорить с ней наедине, – продолжал молодой вельможа, – передайте ей, что маркизу де Сен-Мару очень стыдно за то, как он себя вел. И хотя этим он опозорил себя, он все же рад, вернее, пытается радоваться тому, что его поведение в какой-то мере способствовало браку Жизели с самым благородным рыцарем нашего времени!

Капестан хотел было что-то сказать, но Сен-Мар быстро повернулся и исчез за дверью. Через минуту он уже стоял на крыльце гостиницы.

Маркиз собирался отправиться на улицу Турнон. У него было легко на душе: он улыбался будущему, улыбался Марион, образ которой всегда и везде сопровождал молодого человека. Но вдруг Сен-Мар услышал резкую трель свистка. Оглядевшись по сторонам, маркиз увидел каких-то людей, выскочивших из-за забора. Через несколько секунд они окружили Сен-Мара плотным кольцом. Юноша выхватил шпагу, намереваясь дорого продать свою жизнь. «А не позвать ли на помощь Капестана?» – пронеслось в голове у Сен-Мара. И в этот миг кто-то крикнул:

– Капестан, если вы не сдадитесь, вам конец!

«Значит они охотятся за Капестаном!» – сообразил маркиз.

И тогда Сен-Мар решил: «Нужно спасти шевалье.

Необходимо убедить этих разбойников, что я и впрямь Капестан! Надо хотя бы раз помочь человеку, который так часто помогал мне». И маркиз ответил бандитам:

– Сейчас вы увидите, как умирает Капестан!

Читатель знает, чем закончилась эта схватка. Сен-Мара связали, бросили на лошадь и повезли в Лувр, к королю.

Теперь мы вернемся к нашему искателю приключений, на которого прощальные слова маркиза произвели большое впечатление.

«Сен-Мар, – говорил себе шевалье, – догадался, что я люблю Жизель. Раз он сам счастлив в любви, он думает, что должны быть счастливы и все вокруг. Ладно, надо попытаться заснуть в третий раз. Завтра придется позаботиться о деньгах… Коголен утверждает, что мы разорены. И этот дурак выбросил на ветер мои последние пять пистолей! Просто взял. – и отдал какому-то шарлатану!»

Капестан невольно покосился на бумажный шарик, валявшийся на полу.

Наконец юноша, не раздеваясь, вытянулся на кровати. Погруженный в свои мысли, он не услышал шума борьбы, который доносился с улицы. Впрочем, схватка у гостиницы оказалась недолгой… Зато Коголен понял, что внизу происходит что-то страшное. Весь дрожа, слуга вбежал в комнату шевалье как раз в ту минуту, когда Капестан закрыл глаза, собираясь заснуть в третий раз.

– По-моему, на дороге кого-то убивают! – сообщил своему господину Коголен.

«Нет, сегодня мне явно не дадут поспать, – обреченно подумал Капестан. – Наверное, такова воля небес. Этой ночью мне нельзя нежиться в постели!»

Он встал, зажег фонарь, вышел на улицу и, убедившись, что все спокойно, вернулся обратно.

– Ну как, господин шевалье, вы видели кучи трупов? – заикаясь спросил Коголен.

– Дурак! – ответил шевалье. – О, я, кажется, вижу кое-что другое! Вы, господин оруженосец, имели наглость положить на мой стол этот паршивый клочок бумаги, который обошелся мне в пять пистолей! Убирайся отсюда, болван! И если ты вздумаешь еще раз явиться ко мне, когда тебя не звали, я насажу тебя на вертел!

И Капестан снова заснул.

На рассвете он пробудился и привел себя в порядок. Шевалье находился в прекрасном расположении духа. Весело улыбаясь, юноша кликнул своего оруженосца. Коголен, видя, что у хозяина хорошее настроение, умоляюще сложил руки и храбро промолвил:

– Господин шевалье, может быть, еще не слишком поздно?

– Слишком поздно? – переспросил удивленный Капестан. – Объясни, о чем это ты толкуешь?