Порядок в танковых войсках - Земсков Андрей - Страница 22

Вскоре подползла и саперно-штурмовая группа. Ярко горящая струя огнесмеси влетела в амбразуру и расцвела оранжево-черным клубящимся огненным облаком. Пулемет затих. Практически сразу такая же участь постигла и находившуюся по соседству вторую амбразуру. Где-то метрах в пятидесяти впереди открылась бронедверь. До этого она была так хорошо замаскирована, что казалось — финны вылезают прямо из земли. Гарнизон ДОТа понял, что бой проигран, и пытался спастись бегством. Одновременно бежала и уцелевшая пехота из разгромленного подразделения полевого прикрытия. Кто-то бежал по ходам сообщения, уходящим в тыл, кто-то прямо по снегу. Советская штурмовая группа подкралась к входу в покинутый ДОТ и, швырнув внутрь на всякий случай пару ручных гранат, нырнула под землю.

Основные ДОТы укрепрайона Сумма-Ляхде, прикрывавшие проход между озером Суммаярви и незамерзающим болотом Мунасуо, были взяты с ходу благодаря четкому взаимодействию пехоты и танков[21]. Конечно важную роль сыграло также хорошее оснащение и подготовка саперно-штурмовой группы. А ведь только позавчера пехотный полк, сопровождаемый танковым батальоном модернизированных Т-26Э, еле смог отойти, понеся большие потери. Занесенные снегом остовы трех сгоревших Т-26Э все еще стояли на месте вчерашнего боя.

Но теперь финны бежали. Дорога на Выборг была практически открыта. До второй полосы «Линии Маннергейма», находившейся непосредственно на подступах к городу, оставалось чуть более 30 километров. Впереди, правда, по данным разведки, была тыловая часть укреп-района, но она не имела столь серьезных оборонительных сооружений, как эти ДОТы.

После первоначального успеха командование решило продолжить наступление и, преследуя отступающих финнов, выйти на шоссе, ведущее к Выборгу. Танки двинулись по двум просекам. Вскоре впереди показалось новое финское изобретение — противобашенное заграждение. Оно представляло из себя толстые бревна, примотанные к деревьям стальными тросами примерно на уровне башен. Будь это в темноте или в тумане, наскочив на такой барьер, танк гарантированно повредил бы ствол пушки и пулеметы, а при достаточной скорости запросто мог бы остаться и без башни.

После успешного совместного штурма финских позиций взаимодействие танков и пехоты нарушилось. Пехота осталась зачищать финские траншеи и подземные помещения двух огромных ДОТов, а танковый батальон полным ходом продолжил наступление, преследуя бегущих в панике солдат противника. И теперь, встретив препятствие, был вынужден остановиться. Место для этого своеобразного забора финны выбрали соответствующее. Лес — густой, деревья в основном очень толстые. Двигаться можно только по просеке.

Вставшая на месте и лишенная возможности маневра танковая колонна, не прикрытая пехотой, — великолепная жертва даже для небольшого вражеского подразделения. Но пока вокруг в лесу все было тихо. Тех финнов, которые бежали медленно, уже перестреляли из пулеметов. Те, кто бежал быстро, да еще и на лыжах, уже были далеко. И они наверняка доложат о прорыве русских войск. Тогда жди «белых призраков» — финского лыжного отряда, который, оставаясь незамеченным среди заснеженного леса, выследит танковые колонны и, увидев, что нет пехотного охранения, наверняка нападет. Плохой обзор из непродуманных смотровых приборов советских танков не даст увидеть крадущихся финских солдат в белых маскировочных комбинезонах, которых и так почти не видно на фоне сугробов. А когда они достигнут «мертвой зоны», не простреливаемой оружием танка, и начнут кидать бутылки с зажигательной смесью, то будет поздно.

Времени было крайне мало. Тросы, которыми прикручены бревна, были очень толстыми. Возможно, что места крепления бревен еще и минированы. Но Иван, чей танк стоял в колонне вторым после экспериментального двухбашенного танка, нашел выход из положения.

— За мной, славяне! — воскликнул он, хватая автоматический карабин АВС-36К и открывая крышку люка. Снаружи на броне танка предусмотрительные танкисты всегда держат набор инструмента — несколько лопат, пару топоров и обязательно — двуручную пилу. Ее-то и взял лейтенант Терехов и вместе с одним из своих пулеметчиков побежал к заграждению. Вскоре к ним присоединились и другие экипажи с двуручными пилами. Минут через пятнадцать колонна продолжила движение.

Однако через пару километров впереди прогремел взрыв. Двигавшийся первым двухбашенный танк наскочил на мину. Дорога явно была минирована. Взрыв порвал гусеницу и оторвал несколько катков. Возможно, это была даже не простая мина, а управляемый по проводам фугас. Практически сразу танковую колонну, зажатую на лесной дороге, атаковала финская пехота. Засаду, скорее всего, подготовили на скорую руку, так как финны вряд ли ожидали, что основная линия обороны, в которую входили два ДОТа из числа так называемых «миллионеров», будет столь быстро прорвана.

Танкам ничего не оставалась, как отступать задним ходом, отстреливаясь из пулеметов, чтобы не подпустить вражескую пехоту с ручными гранатами и зажигательными бутылками на близкое расстояние. Из поврежденного экспериментального танка выскочил экипаж и, отстреливаясь от приближающихся финнов, побежал к танку лейтенанта Терехова. Иван приказал механику-водителю остановиться и подождать товарищей с поврежденной машины. Сам же Иван открыл люк и, высунувшись из него, несмотря на свистящие вокруг финские пули, взялся за рукоятку зенитного пулемета. Обзор сверху был намного лучше, чем через амбразуры башни, и он принялся меткими очередями гвоздить вражескую пехоту. Спасенный экипаж забрался в люки, и танк задним ходом двинулся вслед за уже скрывшимися за деревьями остальными машинами батальона.

Закончился короткий зимний день. Пехотинцы заняли оставленные финские траншеи, танки встали в несколько раскопанные воронки от снарядов 280-мм мортир и 152-мм гаубиц, которые до этого обстреливали финские укрепления почти сутки. Ночью разведывательный взвод вышел на разведку, но через полчаса вернулся, сообщив, что через лес скрытно движутся крупные силы финской пехоты, явно готовясь к атаке с целью отбить потерянные днем позиции с двумя мощными ДОТами.

Финскую атаку ждали, и неожиданности, на которую рассчитывал противник, не получилось. В воздух взвились осветительные ракеты, озарив светом ночной лес и кравшиеся подобно теням белые фигуры финских солдат. В лицо атакующим ударили мощные прожекторы, которые подтянули еще вечером. Затрещали выстрелы автоматических винтовок и пулеметов укрывшейся в бывших финских траншеях русской пехоты. Захлопали ружейные гранатометы, выстреливая в направлении финнов осколочные гранаты. А когда заградительный огонь открыли 152-мм гаубицы, стянутые ранее для обстрела укреплений перед штурмом, финны прекратили атаку и бросились бежать, оставляя на снегу убитых и раненых. Более в ту ночь они не пытались атаковать, хотя явно подтянули немалые силы — никак не меньше двух пехотных полков.

Рано утром старшего лейтенанта Терехова вызвали в штаб батальона, размещавшийся внутри захваченного ДОТа-«Миллионера» — Sj5. Иван прошел через бронедверь, около которой дежурили два красноармейца с винтовками АВС-36. Внутри в помещении за второй броне-дверью около оборонительной амбразуры сидел еще и пулеметчик с ручным пулеметом АВС-36П. Иван спустился по лесенке вниз, где в бывшей финской казарме расположилось командование танкового батальона и правительственная комиссия, ответственная за испытания новых танков. В другой части ДОТа в аналогичной казарме разместился штаб стрелковой дивизии.

В помещении было тепло, в печке потрескивали дрова, на плите пыхтел закипающий чайник. Финны бежали из ДОТа в такой спешке, что даже оставили в казарме все свои вещи, а на кухне запасы продуктов.

— Здравия желаю, товарищ командир! Старший лейтенант Терехов по вашему приказанию прибыл!

— Проходите, лейтенант, присаживайтесь. Не стесняйтесь, — сказал майор Васильев. — Сейчас вам нальют чаю. Вот тут у нас финское черничное вареньице, пальчики оближешь.