Жемчуг богов - Юрьев Сергей - Страница 99

– Мы что – собрались решать семейные проблемы? – вежливо поинтересовался Зеро. – Можно, я тогда сяду куда-нибудь.

– Нельзя. – В ее голосе мелькнула извиняющаяся интонация. – В святилище все, кроме меня, должны стоять, даже вождь.

– Ну, давай выйдем.

– Итак, Зеро Валлахо, гражданин Конфедерации Эвери, задержан на территории, испокон веков принадлежащей ватаху-урду, куда он, по его собственному признанию, был сброшен на парашюте. При себе имел: портативную радиостанцию, крупнокалиберный автоматический пистолет с шестью запасными обоймами, нож армейский, стандартную аптечку, запас продовольствия на трое суток…

– Роза!

– Не Роза, а Сквоседуватахучепанипарду…прибор ночного виденья, две ручных гранаты, фотоаппарат водонепроницаемый полуавтоматический. В любом уважающем себя государстве парашютиста с таким набором ставят к стенке.

– Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь! – Вот теперь было от чего испугаться. Роза и раньше-то была не в себе, а теперь, побывав в лапах старушки Лолы…

– Да, я знаю… Кстати, твой шеф тоже прибыл. Но ему меньше повезло.

– Судьба шефа меня мало интересует.

– Напрасно. От него кое-что зависит.

– Сейчас уже ни от кого ничего не зависит. – Зеро поставил ногу на ступеньку, одну из трех, ведущих к базальтовому трону, на котором сидела жрица. – Процесс пошел, и все в руках случая.

– У случая нет рук, дорогой…

– Да какой я тебе дорогой!

– Извини – привычка. – Роза посмотрела мимо собеседника туда, где располагался вход-выход, и Зеро поспешно оглянулся. Ватах, который привел его сюда, исчез, сами собой вспыхнули сальные светильники, бронзовые чашечки с фитильками, в беспорядке расставленные на полу и во впадинах барельефов. В помещении почти не стало светлей, но тени каменного зверья, казалось, начали медленно, но верно оживать.

– Что это? – После всего, что с ним произошло за последние несколько недель, подобные явления уже не вызывали ни удивления, ни испуга. Но все-таки…

– Это для слишком любопытных духов… Так вот, дженти Зеро, чтобы загнать пришельца обратно в Тантху, нужна жертва.

– А я думал, что для этого нужен лишь кусок тартаррина. Роза, ты опять несешь чушь. Какая жертва?!

– Вот именно, Зеро, только не простого тартаррина, а активированного… Ты что-нибудь понимаешь в квантовой механике?

– Нет.

– И я не понимаю, и дженти Гресс в этом смыслит немного, а уж местные жрецы – тем более. Насколько я знаю, для того, чтобы активировать стержень, нужно пару тысяч тонн специального оборудования и масса энергии, а здесь нет ни того, ни другого…

– И что делать?

– Я уже сказала: Красному Беркуту нужна жертва, человеческая жертва.

– Ты предлагаешь мою кандидатуру? – попытался сострить Зеро.

– Ты не годишься. – Жрица всем своим видом показывала, что отныне шуток понимать не собирается. – Великому Ватаху нужна именно Лола, но дженти Гресс, к сожалению, не прихватил ее с собой, а теперь уже поздно. Ты представляешь, чем это нам грозит?

– Значит, мероприятие откладывается?

– Шутить будешь на том свете. Вам, бледнолицым, наверное, ничего не стоит лизать пятки идолу, но не таковы люди Красного Беркута. Если не открыть Тантху, мы, ватаху-урду, соединимся с предками, а вот остальным придется гораздо хуже…

– Зачем Беркуту именно она? – Зеро вспомнил процессию, идущую по колено в розовом тумане навстречу черной бездне распахнутого клюва Великого Ватаху, Тику под знаменем Конфедерации, полупрозрачную хищную старушку…

– Вот у него и спроси.

– Ты – жрица, а я – так, с улицы пришел. – Его передернуло от одной мысли, что, может быть, вновь придется встретиться с Беркутом. – И что теперь?

– Теперь… – Она раскрыла ладони, и на них возникла чаша из серебристого металла с округлым дном, если наполнишь, уже не поставишь – надо пить до дна. – Вот сюда надо налить кровь, потом выплеснуть ее в жертвенный огонь. И только после этого несущий ее войдет в Тантху.

– У старушки, наверное, и не набралось бы столько. – Зеро осторожно взял сосуд.

– Чего не набралось?

– Крови.

Зеро стало слегка не по себе от собственной остроты, но слово – не воробей…

– Кстати, пока не забыла… Если останешься жив и доберешься до дому… Дженти Гресс обещал сделать для тебя свидетельство о моей безвременной кончине. Ты рад?

– Можно подумать, у меня есть выбор.

Внезапный короткий порыв ветра погасил все светильники. С Розой что-то случилось. Лицо ее побледнело, зрачки закатились под веки, пальцы впились в каменные подлокотники, а вокруг головы возникло бледно-алое сияние. Зеро почувствовал, что кто-то вцепился в плечо, и это вывело его из оцепенения. Сам вождь Седуватахучепанипарду, он же Мартин Шукша, чуть ли не волоком тащил его прочь из святилища.

– Поговорили, и хватит, – цедил Мартин сквозь зубы. – А теперь у жрицы встреча с Великим Ватаху.

Снаружи стояла влажная жара. Десятка два ватахов, вооруженных луками и автоматическими винтовками сидели на высоких каменных ступенях, и среди них лично Гресс Вико, одетый в потрепанную полевую униформу. Воины настороженно смотрели в одну сторону, да и сам дженти Гресс выглядел слегка обеспокоенным.

Ощутив, что он свободен от хватки вождя-шамана-императора, Зеро посмотрел туда же и в тот же миг ощутил, как у него холодеет спина.

Молодой человек шел прямо на них медленно, почти степенно, он был бос и полупрозрачен, точь-в-точь, как старушка Лола на языке Красного Беркута. Впрочем, с каждым шагом, он обретал плоть. Застиранный армейский комбинезон, на голове – что-то вроде пиратской повязки, двухдневная щетина на подбородке, в глазах – печаль и сострадание…

Отовсюду сбегаются ватахи: воины, женщины, дети, но никто не смеет приблизиться к нежданному гостю. Вдруг на вершине святилища сам собой вспыхнул жертвенный огонь, а из ворот святилища вышла Сквоседуватахучепанипарду, сжимая в правой руке жертвенный нож, черный от запекшейся крови, а по полу волочился красный форменный саван, перекинутый через ее левое запястье.

– Вообще-то, для церемоний времени нет, так что давайте быстрее. – Гость смотрит на верховную жрицу, и воины, только что заслонившие ее живым щитом, отходят в сторону, рядом остается лишь один из младших жрецов, несущий чашу со снадобьем, дарующим покой.

Присмотревшись, Зеро заметил, что это та самая чаша из серебристого металла, которую он сам рассматривал минуту назад. И тут воины оттеснили его в сторону, освобождая проход к лестнице. Рядом оказался дженти Гресс, но он, казалось, старался не замечать собственного агента…

– Шеф! – Зеро фамильярно дернул его за рукав. – Вам не кажется, что за подобную работу мне стоит прибавить жалованья.

Дженти Гресс лишь отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и в это мгновение ударили барабаны.

– Может быть, все-таки выпьешь, а то жалко будет, если снадобье пропадет. – Сквоседуватахучепанипарду поднималась к пылающему алтарю рядом с жертвой, и ее разбирало любопытство, не отвечающее торжественности момента.

– Нет уж, мамочка, обойдусь я без вашего пойла. Ты только ножичком так не размахивай, а то поранишь меня раньше времени. – Неожиданный гость говорил по-эверийски с легким ромейским акцентом. – И тебе со мной вообще говорить не положено, а то жертва не будет считаться.

– Нельзя говорить на языке ватахов, а по-эверийски можно… Кстати, как твое имя, а то мне надо будет представить тебя Великому Ватаху.

Последняя ступенька осталась позади, чаша, в которую надлежало выжать кровь из бьющегося еще сердца, повисла в воздухе, нож занесен над грудью жертвы.

– Иор. Меня зовут Иор. – Идущий на смерть виновато улыбнулся.

286-я зарубка на Лампе, вечер

– …свирепые псы Маргора легли у ее ног и стали лизать ее колени. И тогда могучий Маргор направил на нее тучи диких ос, но те, не тронув ее, обратились в янтарь и обрели вечность. Тогда могучий Маргор призвал на помощь шесть огромных огнедышащих демонов из Пекла…