Жемчуг богов - Юрьев Сергей - Страница 95

Итак, они требуют Лолу… Где ж ее взять-то? Радиостанция при падении – вдребезги, да все равно, не успели бы…

Надвигался сон. Сон, а не беспамятство, в котором он пребывал до сих пор. Кстати, надо было спросить, сколько прошло времени…

– Почти сутки, – сказал из темноты женский голос.

– Кто здесь?

Язычок тусклого холодного пламени колыхнулся у нее на ладони. Роза поднесла его к лицу и тут же погасила легким дуновением.

– Мне вдруг захотелось посмотреть на вас. – Она говорила негромко и неторопливо…

– Было бы на что смотреть, Скво…

– …седуватахучепанипарду, – помогла ему Роза. – Не беспокойтесь, дженти Гресс, Великий Ватаху не хочет вашей смерти.

– Смерть – не причина для беспокойства. – Вико приподнялся на локте, стараясь хоть что-то разглядеть в темноте. – И чего же он хочет?

– Хотеть – привилегия смертных. Чего хочу я, того и хочет Великий Ватаху. – В темноте блеснули и погасли два кошачьих глаза. Казалось, серебристый барс на мгновение воплотился в Розу, после смерти настигнув вождя ватаху-урду. – А я хочу, чтобы все осталось так, как есть. А пока гость из Тантхи здесь, я рискую потерять все.

– Что – все?

– Лола не зря уделила мне столько внимания. Я только теперь поняла – почему… Я была чудовищно глупа и романтична, а значит, легко могла поверить во все, что угодно. А вера пробуждает силы, о которых и не подозреваешь. Лола, конечно, чудовище, но я ей признательна. Благодаря ей, я сейчас имею то, о чем и не мечтала. Кем я была… Подержанной дурой, прыщом на трупе мироздания… И еще это нелепое желание быть объектом всеобщего восхищения… А теперь я могу видеть жемчужины ожерелья Сквотантхахани, а в каждой из них заключена бесконечность…

Вико все-таки нашел в себе силы, чтобы сесть, прислонив спину к шершавой влажной каменной стене. Лежать в присутствии сумасшедших, тем более, если у самого есть проблемы со здоровьем, было опасно. Итак, эксперимент доктора Гобит пришел к логическому завершению —у Розы окончательно съехала крыша, и на нее положил глаз столь же безумный вождь…

– Я не сумасшедшая, дженти Гресс. – Судя по интонации, Роза при этом еще и снисходительно улыбалась. – Во всяком случае, я не более безумна, чем средний эвериец. Если хотите, я покажу вам…

– Что?

– Ожерелье…

– Нет!

– Я так и думала… Для тех, кто увидел это хоть однажды, путь назад закрыт. Тем, кто прикоснулся к бесконечности, любое видимое пространство кажется тесным, душным и бессмысленным. Отдыхайте, дженти Гресс. Здоровый сон – залог благополучия…

Тьма подернулась едва заметной серебристой рябью и вывернулась наизнанку. Теперь перед глазами плотной стеной стоял свет, столь же бессмысленный и непроглядный.

271-я зарубка на Лампе, начало дня

Сандра стояла на скальном уступе, закутавшись в овечий тулуп, ее ресницы покрылись налетом инея, и бледность на щеках проступала сквозь загар.

– Простудишься, заболеешь и умрешь, – мрачно пошутил Лопо, глядя сверху на древнее святилище, где мерзли под дырявым каменным сводом беззащитные древние боги.

– Не смеши меня. – Сандра выглядела предельно сосредоточенной и совершенно несчастной. – Хочу мерзнуть и буду. Хочется хоть иногда почувствовать себя человеком. Нормальным.

– Только давай без фокусов. Заберем фавр – и домой.

– А с чего ты взял, что нам надо караулить именно здесь?

– Боевой опыт подсказывает. Был такой предмет в военном училище – логика… Я уже объяснял: тот, у кого фавр, придет сюда. А нам бы…

– Тихо.

– Что такое?

– Исса здесь. Тоже, наверное, военное училище закончил.

Лопо окинул взглядом ущелье и успел заметить, как серая тень мелькнула на крыше строения и скрылась в одном из проломов.

– А ему что здесь надо?

– Тоже, наверное, домой хочет. – Сандра скинула с себя тулуп и растворилась в воздухе, прихватив с собой Лампу.

Вот так всегда. Даже ручкой не помахали на прощанье… Итак, трудами Еги Хранительницы, волею случая, стараниями многих поколений Видящих, благодаря отсутствию в этом мире бюрократической системы и т.д. возможность вернуться домой и предстать-таки перед военно-полевым судом сегодня стала более реальной, чем вчера. А потом можно будет все забыть – и Родонагрона, и Эленгу (хоть бы разок глянуть на нее), И Варлагор, и Ирольн, и Гета-странника, и Безымянную, и вшивых вархатов и вечно поддатых Милосердных Слуг. Главное – никому ничего потом не рассказывать… Забрались во глубь пещеры и там сидели все это время, питаясь земляными червями и кореньями… Откуда коренья? Оттуда же, откуда черви. Сходите и посмотрите, если крыша не съедет… Впрочем, для славного команданте Гальмаро нет разницы, кого к стенке ставить, псих ты или нормальный… Мятежник – к стенке! Можно было бы и тут остаться, но, во-первых, интересно, чем там дело кончилось (Вальпо наверняка уже взяли, крыс, господ консулов, топят в океане), а во-вторых, Сандру надо вытаскивать. Выбраться бы отсюда и исчезнуть, чтобы у нее проблем лишних не было. Если возле пещеры охранение сняли (пора бы уж), нужно будет пробираться в сторону Даунди, а там устроиться на временную работу либо к партизанам, либо к диктатору, как его там… А проблемы – дело наживное, Сандра их себе сколько угодно добудет, хоть в Сиаре, хоть в Варлагоре. Нет, о том, что будет после возвращения, лучше не думать. Лучше вообще ни о чем не думать… Пока.

В скалу врезался внезапный порыв морозного ветра. Уступ, на котором он стоял, с треском раскололся, и волна холодного алого пламени едва не обрушилась на Лопо всей своей смертоносной массой. Он едва успел спрыгнуть вниз, а через долю мгновения раствориться в пространстве, слиться со скалами, снегом и холодным туманом.

Быть ветром легко и приятно – ничто не сковывает движений, сладкое забытье смешивается с восторгом полета, а все, что было раньше, кажется далеким и бессмысленным. Кстати – а что было раньше, и что такое смысл?

« – Солдату совершенно не обязательно задумываться о смысле жизни. Достаточно, чтобы он мог усмотреть смысл в смерти. Разумеется, гораздо лучше, если он и об этом не задумывается, а вероятность собственной гибели осознает как нечто естественное, возможно, даже приятное и перспективное. В этом заключен главный смысл религиозного воспитания и психологической подготовки нижних чинов…»

Что это? Равенни. За окном сверкают серебряные купола кафедрального собора Семи Страстотерпцев, за кафедрой старший претор-наставник Сезар де Аллюро…

Не то… Гаснущее сознание пытается нащупать зацепку в уходящей реальности, найти обратный путь, который с каждым мгновением кажется все более призрачным и далеким.

« – Никто не смеет подвергать сомнению чистоту наших помыслов, мужество и непреклонность сынов и дочерей свободного Сиара! То, что происходит сейчас в нашей многострадальной стране – не революция, не переворот, не гражданская война. Настала пора очищения нации от пороков и предрассудков, подлости и продажности, трусости и безразличия, жестокости и лицемерия…»

Кто говорит? Говорит репродуктор. Голос команданте звучит уверенно и спокойно. Так и надо. Завтра десант на Гидальго. Успех обеспечат только уверенность и спокойствие…

Опять не то. А может быть, нет ничего такого, на что стоило бы оглядываться. Впереди вечность, простор и свобода…

« – Господь Единый и Всемогущий, сотворивший небо и землю, давший тела тварям земным, вдохнувший в них душу! Не оставь детей своих в странствиях, ниспосланных нам промыслом Твоим, укрепи нам сердце верой в Тебя. Дай нам силы не потворствовать страхам, не предаваться унынию, терпеть боль…»

Сандра. Он сжимал ее в своих объятиях, давая ей хоть какую-то опору в этом бесконечном полете, хотя и сам не имел никакой опоры, а со всех сторон зияла бездна…

– Да очнись ты, наконец! – Она хлестала его по щекам, сидя на большом пальце каменной ноги Еги-Хранительницы. – И не смей мне врать, что ты сдох! Не смей!

Сандра заметила, что он очнулся, и начала торопливо втирать слезы в покрасневшие веки.